Sperare (СИ)

Я с детства мечтала стать капитаном своего корабля. Летать в космосе, участвовать в войнах и быть героем. Но тогда я даже не предполагала, какой ценой достанется мне моя мечта.

Война шла уже второй год, а мне было 23 года, я только что закончила обучение на капитана корабля и вопреки протестам мамы, дядя (со стороны папы, который был не против моей военной карьеры) взял меня к себе на корабль помощником капитана. Военные действия после моего назначения продлились не долго. Через месяц в сражение погиб дядя, и я заняла его место. Мне потом долго еще снилось лицо убийцы дяди, ведь убийство произошло на моих глазах. Его застрелили буквально в упор во время штурма. Только потребность отступать сохранили мне тогда жизнь. Душа требовала убить, того, кто лишил жизни любимого дяди. Но потребность сохранить жизни экипажа корабля были превыше моих желании. Ни что не скажешь, стремительная карьера, построенная на боли утраты и потери. Детская мечта стать капитаном космического корабля не принесла той радости, которая предвкушалась. Было очень трудно управлять командой, которая вдвое старше тебя и смотрит свысока, выполняя команды, словно делая одолжение. Я не пользовалась их уважением. Только устав и помогал мне держать власть на корабле в своих руках.

Спустя два месяца моей работы в качестве капитана, воюющие стороны приняли решение о подписания мира. Командующие двух армий собрались на нейтральном корабле для подписания договора. Я была в числе свидетелей. Официальность, помпезность, прямая трансляция на обе планеты и мужчина чуть позади командующего вражеской армией. Я бы наверно даже не обратила бы на него внимания, если бы не его лицо, которое снилось мне в кошмарах. Именно он убил дядю. Я даже не заметила, как в моей руке очутился пистолет. Один удар сердца и мужчина падает замертво. На корабле воцаряется тишина лишь на мгновение, в потом словно залетает той диких пчел. Все начинают говорить, кричать, а меня берут в кольцо стража двух планет.

- Я отказываюсь подписывать договор! Война продолжается! - это кричит командующий вражеской армии.

- Капитан Ольхова, потрудитесь объяснить свое поведение! - Ко мне подходит командующий нашей армии.

- Какого черта, вы срываете подписание договора!? - И мир вокруг меня шумит и всем надо объяснений, извинений, и моей крови.

- Это мой сын! А эта сучка его убила! По нашим обычаям я имею право ее убить!

- Смерть девке!

Самое смешное, что оружие у меня никто даже не подумал отобрать, ну я этим и воспользовалась, выстрелив в воздух. После второго выстрела на подписание мирного договора снова воцарилась тишина. И снова никто не подумал отобрать у меня оружие.

- Вы требуете моей крови, - мой голос прокатился по кораблю, нарушая тишину, - в соответствии с вашими традициями. - Согласный гул был мне ответом. Чтобы восстановить тишину, снова пришлось выстрелить в воздух.

- Я еще не закончила! Так вот, по этому обычаю, я имела право на это убийство. Убийство следует расценивать как право кровной мести. А сейчас, я настаиваю, чтобы вы подписали договор. - И мило улыбнуться. Все!

Спустя часа два, проведенных в спорах, договор был подписан. И я вернулась на корабль. Перед тем, как взлететь командующий решил почтить меня своим присутствием.

- Капитан Ольхова, надеюсь, вы понимаете, что ваша выходка вам там просто не пройдет…

- Да, командующий Рейход.

- И даже не с нашей стороны. Просто чудо, что они не обратили внимания на то, что время было военное. Если Брод’Арлим будет мстить, это будет законно. Вы убили его, когда договор был еще не подписан. Лично я бы не надеялся, что ваша жизнь все еще ваша. - И он ушел. И уже минут через пять я отдала приказ лететь домой.

***

- Капитан, мы готовы к отправке. - Я кивнула и подошла к окну. В космопорту толпился народ, провожая родных и близких на курортную планету. Отвернувшись от окна, я прошла вглубь каюты. На экране ноута вспыхнуло новое письмо от мамы: "Удачного рейса". Простые два слова способные вызвать улыбку.

Нельзя выразить мою благодарность родителям за помощь в приобретение туристического четырех палубного корабля. Моего корабля. Уже два года он исправно приносит доход, а затраты на него окупились в первые месяцы работы.

Захлопнув крышку ноута, вышла из каюты. Пора обратиться к пассажирам собравшихся в актовом зале. По коридорам корабль бегали маленькие дети, вальяжно шествовали представители сливок общества, старались как можно быстрее преодолеть коридор вечно спешащие, даже на отдыхе, бизнесмены, неспешно шли простые люди - рабочие. И вся эта живая марта из людей направлялась в актовый зал. По пути здороваясь с важными людьми и отдавая приказы подчиненным ядов до актового зала. Приняв микрофон из рук организатора досуга пассажиров, я отошла в сторону, прикрепляя его на край кителя.

- Аделина, - ко мне подошла Нелли, единственная подруга и координатор на этом корабле. - В созвездии Роксан, объявили военное положение, если лететь через него большая вероятность попасть под обстрел, а в обход время полета увеличиться на неделю. - Я прикусила губу, раздумывая как быть. Пассажиры не одобрят удлинение времени, но и рисковать не хочется.

- Пусть усиливают щиты, курс менять не будем. Постараемся проскочить. - Я не люблю полагаться на волю случая, но, если другого выбора нет. Думаю, можно рискнуть.

- ... Капитан корабля Ольхова Аделина. – Объявила организатор досуга и мне пришлось оставить Нелли. Бросив взгляд на подругу, я включила микрофон и вышла на сцену.

- Добрый день дамы и господа, я рада приветствовать вас на борту туристического корабля. Наш путь лежит на курортную планету Лизат. Время в пути одна неделя, надеюсь, комфортные условия на борту, а также аниматоры помогут украсить ваш путь. Желаю приятного время проведения. - Улыбнувшись, сошла со сцены и выключила микрофон. Все с официальной частью покончено. Пора заниматься более интересными и важными делами. Проконтролировать усиление щитов. Скорректировать полет, а пока самое интересное и любимое мной дело - замена одного из пилотов. Губы растянулись в искренней улыбке от предвкушения нового полета.

Полет проходил без происшествий и на исходе третьего дня мы подлетали к созвездию Роксан. Предупрежденные заранее пассажиры об опасном пути полета, сидели в своих каютах. Конечно не все, были такие индивиды, которые считали, что просьба не выходить из каюты к ним не относиться. А случись, что винить будут меня.

 На этом отрезке пути я сама села за штурвал. Главной задачей было преодолеть созвездие быстро и без потерь.

- Включить голограмму на борту корабля с обозначением нейтралитета, поднять щиты. - Отдавала команды при этом зорко следя за обстановкой на пути следования. Щиты должны выдержать шальной удар, но вдруг решат, что это корабля противника. Обстрела корабль не выдержит, ведь он не военный. Я не смогла сдержать грустный вздох, команда с подозрением посмотрела на меня. После того инцидента на подписание мира меня предложили в мягкой форме оставить военную службу, намекая, что в мое решение не имеет значение. Но раз, попробовав полет, сложно вернуться на землю. Спасибо родителям, подсказавшим решение и помогшим в приобретение корабля. Так вот, чтобы защитить корабль от прямого обстрела существует голограмма, на которой указана планета и нейтралитет в данной войне.

Судя по обстановке за бортом удача нам сопутствовала, активные военные действия прошли, остались лишь разбитые корабли. Не страшен сам бой, страшны последствия боя. Корабли дрейфовали, разорванные и смятые противником.

- Капитан, по правому борту на корабле есть живые люди, они подают сигнал о помощи. Прикажете начать соединении с потерпевшим кораблем? - Ко мне подошел первый пилот, место которого я заняла. Его звали Поль, с ним я познакомилась еще при жизни дяди. После его смерти, Поль решил стать моей каменной стеной. На семь лет меня старше, надежный и преданный, он не раз видел мои слезы и поддерживал, не позволял, чтобы мою слабость увидел кто-то другой. Узнав, что я ищу пилота он ушел с военной службы и стал моим первым пилотом и снова опорой и поддержкой. Я ему была за это благодарна. Если родители и дядя обеспечили мне достойный старт, то Поль помог не потерять высоту. Он знал меня как никто другой. И его вопрос сейчас был скорее утверждением.

- Зачем? Это не наша война. Мы нейтральная сторона. - Я еще не говорила, что, имея прекрасного первого пилота, второй достался, мягко говоря, не совсем похожий на подарок. Нет, в качестве пилота он меня полностью устраивал, если бы дело было не так, долго бы он не проработал, а так работает практически с самого начала. Нет, дело в другом. Как человек, сам по себе он был не возможным. Склочный нелюдимый характер, и полное презрение к тем, кто хоть чуть-чуть хуже его. Вот и сейчас он не понимал, что значит для людей, которые потеряли надежду на спасение увидеть корабль, который может помочь. Это чудо, которое будет слишком жестоко отнять. Я прекрасно понимаю тех людей, которые увидели чудо и снова встретились с надеждой на спасение.

- Выполняйте. - Отдала я приказ.

- Но, почему? У нас Греберами подписан мирный договор, а не с Мерамовцами. Зачем портить отношения с союзниками? - Я бросила злой взгляд на пилота.

- Начать слияние.

Созвездие Роксан было позади, жизни спасенных людей благодаря искусству бортового врача были в неопасности. Непредвиденных пассажиров разместили по каютам команды. Удивительно, как быстро они нашли общий язык с командой. Вроде только два часа назад они, пошатываясь, входили из медпункта, а уже травят байки про свои приключения, и вроде я видела бутылку с чем-то явно спиртным. Я не одобряла спиртное во время полетов, и члены команды знали, что тот, кто находится на коробке в алкогольном опьянении, тот покинет корабль раз и навсегда. Надеюсь пить если и будут, то только потерпевшие, не хочется расставаться с кем-то из членов состава. Хороших служащих трудно найти.

С такими мыслями я зашла в приемную медпункта. Там дожидалась меня Нелли. Девушка сидела на краешке кушетки и смотрела на спящего раненого. У мужчины была перебинтована полностью голова. Это наверно первый из тяжелораненых. Увидев меня, подруга встала.

- Лина, Прокофьев борется за жизнь второго, он хочет после оставить его у себя. - Я кивнула, а координатор и моя помощница в одном лице продолжила докладывать: - Все каюты мужской части экипажа заняты, - кивок головой в сторону больного, - его не где разместить, если только в каюту к девушке.

- Нет.

- Ты думаешь, он в таком состояние сможет... - Со смехом в голосе спросила подруга. Я предпочла пропустить ее вопрос мимо ушей

- Пусть перенесут его ко мне в каюту. - И я направилась выйти из приемной. И уже у двери решила объяснить свое решение: - У меня две комнаты, когда у остальных по одной. - Я вышла уже не увидела реакцию подруги на мое решение.

……………………………………………………………………………………………………

Я очнулся в незнакомой каюте. Голову разрывала боль изнутри. Воспоминания последних часов прорвавшейся плотиной хлынули в голову, заставляя заново переживать весь ужас.

Нас разбили как котят, уничтожили почти всю группу. Умирая на корабле, на чистом упрямстве, не позволяя сознанию покинуть меня, отправил сигнал sos туристическому лайнеру, непонятно как оказавшийся в зоне военных действий. Видимо капитан данного судна либо уверен в полной защищенности судна, либо полный идиот.

Как только я увидел аншлаги на борту, понял, что помощи можно не ждать. Ларелы не могут помочь, в виду подписанного мирного договора с Греберами. Помощь могут расценить как разрыв договора. Чуда не будет…

Но все-таки странно. Почему капитан нейтрального корабля решил помочь? Каковы его мотивы?

Встав с кровати, я осмотрел каюту. Возле кровати на тумбочки, лежала книга. Не электронная, а печатная. Большая редкость в наше время. Рядом с книгой лежала половина плитки шоколадки. Похоже, хозяин комнаты любит почитать перед сном, при этом жуя шоколад. Хмыкнув, я продолжил осмотр. Шкаф с одеждой, на ручке которого висит белый махровый халат, полки с книгами, и опять печатными, видимо хозяин комнаты возит с собой персональную библиотеку, дверь, ведущая в ванную, а на стенах комнаты висели рамки с фотографиями.

Зайдя в ванную, я включил свет. Принять душ хотелось со страшной силой, только перемотанная бинтами голова и грудная клетка остановили меня от этого занятия. Подойдя к раковине, я заглянул в зеркало. Из кокона бинтов на меня сквозь две дырочки смотрело мое отражение. Переведя взгляд на полочку, я подивился количеству баночек с кремом, косметики и флакончиков духов. По-видимому, комната принадлежит женщине. Выйдя из ванны, мое внимание привлекли фотографии на стене. На одной из них была изображена чета, судя по всему, родители хозяйки комнаты. Со второй фотографии улыбался мужчина лет тридцати в форме военного капитана на фоне корабля. Краешек его фотографии был перевязан черной лентой. Тяжело терять близких. Интересно кем приходился капитан хозяйке каюты?

Прошел к другой двери и вышел из каюты. Как оказалось, каюта была двухкомнатная. Второе помещение оказалось кабинетом. Письменный стол с выдвижным стулом. На столе лежит ноут и планшет, рядом табличка. Приподняв ее прочитал: "Капитан Ольхова Аделина". Все-таки капитан. Еще в кабинете под иллюминатором стояло кресло и черный, кожаный диван около стенки. На кресле аккуратной стопочкой лежало постельное белье, рыжий плед и подушка. Видимо я вытеснил капитана из ее спальни в кабинет. Интересно, кто из наших шепнул ей, что я капитан и руководитель разбитой армии? По-другому я не могу объяснить столь великой жертвы, как пустить в капитанскую каюту мою персону.

На электронном замке на двери загорелся зеленый огонек.

- Я уверяю вас, - молодая девушка в форме капитана открыла дверь и зашла в каюту, но еще не заметила меня, ее внимание занимал парламентер Гриберов, я сразу это понял по форме. В отличие от нашей планеты, у всех других, служащие ходили в форме, по которой их можно было опознать.

- На борту только отдыхающие и члены экипажа. - Девушка держалась уверенно и властно, несмотря на то, что врет. За спиной парламентера, подовая мимикой знаки капитану, стоял первый пилот.

- А это тогда кто? - поинтересовался гибер. - Девушка обернулась и бросила быстрый взгляд на меня, тут же развернулась к собеседнику.

- Мой жених. - Не моргнув глазом соврала капитан. - Он, как и механик, которого вы видели в медпункте, пострадал от технического взрыва. – Улыбнувшись, я подошел к девушке и обнял ее за талию.

- Солнышко, есть какие-то проблемы? - Ласково прошептал я ей на ушко, но так, чтобы было всем слышно. Пилот сжал кулаки, и поджал губы. Похоже, кто-то влюблен в своего капитана. Девушка развернулась и с улыбкой, и влюбленным взглядом, таким, что я и сам засомневался, а нет ли у меня невесты, ответила:

- Не беспокойся, все хорошо. - И перевела взгляд на посетителя: - Чем еще могу помочь? - В ее голосе не осталось и капли теплоты.

- Думаю это все. - Парламентер скривился в ухмылке. - Провожать вам лично меня не надо.

Я остался в каюте с капитаном корабля, все еще обнимая ее, когда закрылась дверь. Девушка скинула мои руки с талии и оттолкнула. В ее взгляде не было той влюбленности и обожания.

- Рада, что вам лучше. Доктор осмотрит вас утром. - И не произнеся больше ни слова, отправилась в душ.

……………………………………………………………………………………………………

Когда я вышла из ванной, Мерамовца не было в каюте. На столе сняла горячая кружка безалкогольного глинтвейна. Как всегда, усердные служащие кухни позаботились о моем комфорте. Постелив себе на диване и прихватив кружку и бук, залезла под плед. Любимая работа, теплый плед и глинтвейн привели меня в хорошее расположение духа. И не удивительно, что, когда пришел Мерамовец в сопровождение Нелли я тепло им улыбнулась.

Подруга, подмигнув, ушла к себе, а мой временный сожитель сел в кресло и уставился на меня. Молчание затягивалось. Нарушать его я не собиралась. Гость тоже. Подумав, я вернулась к работе.

Я чувствовала, как меня рассматривают, наблюдают за мной, но не подавала ни каких признаков неприязни. - Аделина, зачем вы приняли вызов по спасению? - Я оторвалась от бука: - Для вас я капитан Ольхова. - Поправила я собеседника. - А вы до сих пор не представились.

- Прошу прощения. Я Берс Семест. И мне невероятно сложно обращаться к такой симпатичной девушке по званию. - Мужчина улыбнулся, надеюсь, что от комплимента я растаю. Не вышло.

- И все-таки я настаиваю.

 - Комплименты на вас не действуют? - Мужчина встал из кресла и подошел ко мне. Я подняла голову и встретилась с его взглядом.

-Нет.

-Разве вы не девушка? - Его глаза сверкали хищным блеском. От его ответа воздух застрял в груди от возмущения. Фыркнув, и попытавшись скрыть улыбку ответила:

- На данном корабле я в первую очередь Капитан.

- Как вам будет угодно, капитан. - Последние слово Берс выделил интонацией. - Так почему вы пришли на помощь? - Я не спешила отвечать. Выключила ноут, отставила его в сторону, расправила складки на пледе. Я тянула время, обдумывая ответ.

- Какое у вас звание? - наконец спросила я, в неудачной попытке сменить тему.

- А это имеет значение? - Я даже не заметила, как Семест уселся на краешек диван, и теперь нас разделяла только ткань пледа. Я чувства жар его тела. В груди росло возмущение, но что-то не давало ему вырваться наружу.

- В принципе нет. Считайте это таким же любопытством, как и у вас. - Отведя взгляд, и посмотрев в иллюминатор, я продолжила: - Когда человек умирает не своей смертью, шанс на спасение подобен чуду...

- И какова цена вашего чуда? - перебил меня Берс - Что вам нужно от Мерамовцев, что вы рискнули перейти дорогу Греберам?

- Им дорогу я перешла уже давно и поплатилась за это военной карьерой. Собеседник не мог отметить горечи, прозвучавшей в моем голосе. - Приятно сделать им гадость, а их противникам радость. - Мои губы растянулись в ухмылке. Столкнув с дивана мерама, я встала и прошла к рабочему столу. Положив на него ноут, обернулась к слушателю.

- Если бы не война с Герберами я бы все еще была помощником капитана на военном флоте. Но и мой дядя бы был жив. Думаете так приятно, когда детская мечта исполняется через смерть близкого для вас человека? - Я не знаю, что заставило меня рассказывать все это незнакомому человеку, наверно в нем было что-то такое, что заставляло ему верить.

- Вы заняли место командующего взамен дяди? - Я кивнула.

- А потом? - Любопытный и безжалостный, ведь видит, как мне больно рассказывать об этом. Но я ему расскажу, кратко, но расскажу. Почему-то мне важно чтобы он знал это. Что-то внутри меня стремилось, ему доверится.

- Потом на подписании мира, убила убийцу моего дяди, и меня поперли с военной службы. - Одним глотком я допила глинтвейн и поставила пустую кружку на стол. Рассказала. А он все так же сидит на диване и смотрит на меня. - Пора спать. Завтра прилетаем на Ирен. Там вы со своими товарищами покинете мой корабль. - Хотя я не хочу, чтобы вы ушли... Чуть не сказала я. Господи! Что со мной! Почему с каждой минутой его пребывания на моем корабле у меня укрепляется желание не отпускать его никогда и ни куда. Мой сожитель, не подозревая о моих душевных терзаниях, молча удалился в мою спальню и вскоре заснул, а я еще долго не могла уснуть. Прошлое снова начало приносить боль. Но не только оно беспокоило меня. Как оказалось, будущее тоже может приносить если не боль, то намек на нее. Берс Семест, что ты сделал со мной, что я не хочу отпускать тебя?

И только под утро я сумела заснуть. И во сне ко мне пришел он. Тот человек, который мне снился на протяжении всей моей жизни, каждую ночь из-за дня в день. Мне говорили, что это моя вторая половинка, вторая часть моей души, рвется быть со мной, но в физическом мире мы еще не встретились, поэтому он приходит во сне. Я не верила в это, но каждый раз засыпая, я, была рада предстоящей встречи.

На Ирене есть возле порта один ресторанчик. Его терраса возвышается над крутым обрывом, который заканчивается морем. В этом ресторанчике я любила сидеть за столиком у самого края обрыва. Вот и сейчас, зайдя на террасу, я сразу же направилась за "свои" столик.

Ведя свой личный код, постоянного клиента получила доступ к сенсорному меню. В верхней части были изображены блюда и напитки, которые я постоянно заказываю, в средней - новинки, а в самом низу все остальное меню. Подумав долю секунды, я нажала на картинку с изображением коктейля из свежевыжатого сока грейпфрута и черники, так же я выбрала малиновый чизкейк. Столешница загорелась красным, оповещая, что заказ сделан.

В ожидание заказа, я повернулась к морю. В моей голове роем диких пчел гудели мысли. Как так получилось, что, человек, которого я знаю ровно три дня, два из которых он провалялся без сознания, сумел, закрепится у меня в душе. Расставшись с ним четыре часа назад, я уже успела, по нему соскучится, так как не скучала по родителям. Бред.

- Не занято? - Я повернулась и невольно улыбнулась, как всегда бывало при виде Поля.

- Для тебя всегда свободно. - Первый пилот выдвинул стул, и ввел свои код.

- Сумасшедший вышел полет. - Все еще прибывая в своих мыслях, я неопределенно кивнула, встречая взглядом официанта с моим заказом.

- Пошли сегодня в "Путь"? - Неожиданно предложил Поль. Ну, неожиданно было скорей всего только для меня. Судя по его виду, он долго обдумывал этот вопрос. - Лина, сколько я тебя знаю, ты все время работаешь, потом у тебя случается нервный срыв от перенапряжения, а после ты снова работаешь. - Начал убеждать меня Поль. Зря в принципе, сегодня я сама была бы не против отвлечься от работы и своих мыслей. - Давай сегодня вечером у тебя будет выходной?

- Давай. – Похоже, друг не ожидал быстрой победы и немного растерялся. Улыбнувшись, я встала из-за стола, наслаждаясь эффектом растерянного Поля.

- Через час у входа в "Путь". - И поспешила назад к кораблю.

Без пяти девять я подошла к ночному клубу "Путь". Этот ночной клуб был в основном для экипажа космических кораблей. И его филиалы существовали на каждой планете. В нем можно было расслабиться после полета, завести нужные знакомство или найти работу. Я пару раз была в этом клубе по работе, но никогда просто так.

У входа я заметила Поля, нервно сжимающего букет из белых роз, и поспешила к нему. Мужчина равнодушно скользнул по мне взглядом и отвернулся. На миг. Его глаза расширились в удивлении. Это был первый раз за все время нашего знакомства, когда я была одета не в форму и не в строгий костюм, как обычно, а в легкий белый сарафан и босоножки на каблучке взамен ботинок и сапог. Волосы, обычно убранные наверх, были распущенны.

- Аделина...

- Да. - Поль неотрывно смотрел на меня. - Сильно изменилась? - Я покружилась перед мужчиной. Мне нравилось восхищение в его глазах.

- Да. - Он протянул мне букет. Нежный запах роз вызвал улыбку. Но заставил уточнить один момент.

- Поль, мы ведь просто друзья и это не свидание? - Хотела просто уточнить, а получился вопрос с надеждой на отрицательный ответ, и это не укрылось от мужчины.

- Конечно. - Ответил он и предложил мне локоть. Но его глаза говорили обратное. Это немного подпортило настроение. Но я смогла переступить через это, оставить все недомолвки и неловкость на потом.

Внутри клуба играла музыка, и было полно народу. Пройдя мимо барной стойки, Поль повел меня к свободному столику рядом с танцполом. Введя код доступа, друг выдвинул для меня стул. Улыбнувшись ему, я села. Сев напротив меня, пилот завел непринужденный разговор. А спустя полчаса предложил потанцевать.

В этот вечер мне было так хорошо, как не было уже давно. Я танцевала, шутила и просто наслаждалась обществом дорогого мне человека и просто была счастлива.

- Капитан Ольхова? - недоверчиво спросил мужской голос. Я повернулась и увидела подошедших трех мерамовцев, которых мы спасли.

- Чем могу помочь? - Беззаботная девушка, во мне открывшаяся в этот вечер сменилась на делового капитана, пусть и немного пьяного.

- Капитан Ольхова, наш капитан предлагает вам работать на нашем корабле. - Похоже, я сегодня напилась в зюзю, не могут ведь люди с таким серьезным выражением лица нести такую чушь. Наверно я так и сидела бы, глупо хлопая глазами, если бы в разговор не ввязался Поль.

- Кем? - Он был, так же, как и я удивлен таким предложением.

- Вторым капитаном взамен умершего. - И видя мое ну "очень" умное выражение лица мужчина продолжил: - Вам ведь не хватает военных действий. Не пора ли вам работать по профессии? - Его слова заставили меня задуматься над предложением. Мне действительно не хватало военных действий. И я смогу снова увидеть Берса. Сердце застучало быстрее. Это точно помешательство. Надо избавляться от этого психического расстройства. Хотя…

Я уже открыла рот, чтобы дать ответ, но меня перебили:

- Даже не думай. - Я посмотрела на Поля. Мужчина зло смотрел на мерамовцев. Была бы его воля тут бы уже лежали три трупа.

- Я согласна. - Говорила про три трупа? Ошиблась, мой труп был бы четвертым.

- Лина, не сходи с ума! Капитаны у них в основном связанны родственными узами: братья, отец и сын, редко брат и сестра, так же редко муж и жена! Ответь мне Аделина, ты так хочешь замуж?! - Этого я не знала. И замуж уж я точно не хотела. Но и сидеть на месте я тоже не желала.

- Уверяю, вас, чтобы стать капитаном не обязательны родственные узы. - Я перевела взгляд на марама. Чувствую себя героиней комедии. Все слишком абсурдно чтобы быть правдой, но и слишком заманчиво.

- Точно выходить замуж не потребуется? - парламентеры активно закивали. И я решила рискнуть. Наверно это алкоголь в крови помог принять решение, и следующее мои слова звучали так: - Принесите договор к рассмотрению.

- Аделина... - простонал Поль, уже понимая, что с намеченного курса меня не свернуть.

Мужчины заулыбались. Легкий признак подвоха царапнул душу, но я поспешно его отогнала.

- Прошу за мной, капитан Ольхова. - мараморец подал мне руку. - Наш капитан ждет вас в закрытой части клуба. - Подав руку, я встала из-за стола.

Закрытая часть клуба находилась на втором этаже, музыка с танцпола туда не проникала благодаря звукоизоляции. Это помещение использовали для подписания договоров и важных встреч. Свет в комнате был притушен и лицо сидевшего в одном из кресел, стоявших полукругом, мужчины невозможно было разглядеть. Только белая полоса бинтов, перевязывающая голову, указывала на личность марама. В голову были ранены только двое, один из которых, умер на операционном столе моего бортового врача, а другой был Берс. Сердце ускорило бег, а на душе стало так легко и спокойно. Самое интересное, я была не удивлена его званию. Слишком много вопросов для обычного рядового он задавал. Слишком командный голос.

Я заняла кресло напротив капитана. Рядом со мной сел Поль, взглядом сообщая мне, что он обо мне думает, и этим же взглядом "убивал" Берса. Ну и фиг с ним.

- Приятно снова видеть вас. - Взял слово Берс. А на кофейный столик приземлился планшет с условиями договора. Оперативно развиваются события. Хотя, зачем тянуть кота за хвост. Планшет перекочевал ко мне в руки. Первый пилот придвинулся ко мне, чтобы лучше видеть условия договора. Как будто это он на новую работу устраивается, а не я.

Внимательно прочитав каждый пункт, и не найдя там ничего не приемлемого для себя, я потянулась за стилусом, чтобы поставить свою подпись.

- Аделина, - прервал тишину в комнате Поль. - А как же лайнер? Как же твоя мечта? Ты так просто можешь отказаться от мечты ставшей реальностью? - Я покачала головой. Но подписание договора отложила.

- Я переношу дату вступления в должность на десять дней. У меня остались незаконченные дела. - И тут же исправила дату, даже не думая, что могут быть возражения. Их и не последовало, только внимательный и изучающий взгляд капитана.

- И, Поль, моя мечта быть капитаном военного корабля, а не туристического лайнера. - И не отвлекаясь больше ни на что, и ни на кого поставила свою подпись.

- Добро пожаловать в команду. - Берс протянул руку, которую я пожала. – Надеюсь, сработаемся. - Он улыбнулся, и я снова почувствовала какой-то подвох. Но не успела я проанализировать свои ощущения, как из холодильника, стоявшего в углу, были извлечены две бутылки вина, коньяк и.... Хм, я даже не знаю, как это называется, крепче водки, но точно не спирт в чистом виде. Вроде этот напиток очень популярен на одной из планет созвездия Дброд.

- Как говорится, за успешное и плодотворное сотрудничество! - Мерамовец, который привел меня сюда, передал мне бокал с белым вином. - Я Марш, и я один из пилотов на вашей части корабля. - Между тем в зал зашли две девушки официантки, и поставили на столик мясную нарезку, сырную и тарелку фруктов, половину из которых я никогда не ела.

- Что значит половина корабля? - Спросила я, отщипывая от кисти сочные ягоды винограда и отправляя их в рот вместе с ломтиком сыра.

- Корабль состоит как бы из двух кораблей, при надобности их можно разъединить. На одном остаётся первая команда со своим капитаном, на втором - вторая, тоже с капитаном. - Пояснил Берс, неотрывно смотря на меня.

- Капитан Семест, вы хотите, чтобы я была похожа на решето? - глаза капитана округлились в немом вопросе. - Вы так упорно сверлите меня взглядом, что на ум приходит только два варианта: либо у меня что-то не в порядке, но благодаря отражению в зеркале около выхода я понимаю, что это не так, либо, вам нравиться, чтобы ваши напарники были в крупную дырочку. - Спрятав улыбку в бокале с вином, я посмотрела на Берса. Тот встретил мой взгляд и через минуту отвел его.

- Вы очень красивы, Аделина... простите, капитан Ольхова. Вас трудно было узнать без формы и не в пижаме. - Я подавилась вином и закашлялась. Горячая рука Поля легла мне на спину, тихонько постукивая. А Берс смотрел на все это и улыбался.

Откашлявшись, я навалилась на плече Поля.

- Это очень необычный комплимент. - Выдавила из себя я. А друг продолжил:

- Впредь я попрошу воздержаться от таких комплиментов. Возможно, на Вашей планете они и приняты, но на Нашей такой комплимент можно причислить к оскорблению. Тем более, если этот комплимент получен, от мало знакомого человека. - Я успокаивающе погладила Поля по руке. Но это не помогло.

- Зачем вам Аделина? Что на вашей планете совсем нет специалистов? Деградируете! - Друг вскочил с кресла и, обойдя столик, нависал над Семестом. Капитан же сидел спокойно и так же спокойно произнес:

- Капитан, который не только прекрасный профессионал, но и знает цену жизни стоит того, чтобы его переманить на свою сторону. А то, что она согласилась, это уже недостатки вашей планеты, что не можете удержать сотрудников.

- Конечно, если поманить ребенка новыми игрушками, он пойдет играть новыми, позабыв про старые! - Орал мой друг. И я начинала понимать, почему, он был со мой все это годы. Как же можно оставить маленького ребенка без присмотра!

А я - то думала, он видит во мне равную личность, а оказывается... - Если она что-то захочет, она пойдет к своей цели, не взирая на потери. Захочет отомстить, будет действовать спонтанно, и не думая о последствиях. Пойдет на поводу у своих эмоций, наплевав на приказы и правила! - Чернил меня друг в глазах теперь уже напарника. Отрицать его слова полностью не имело смысла, ведь он был в чем-то прав. Но как же было неприятно! Усилием воли, удержав слезы, протянула руку за стаканом более крепкого спиртного. Сделав глоток, я почувствовала, как во рту вспыхнул пожар, затем, скорей всего благодаря мяте, я почувствовала приятную прохладу, а затем осталось сладкое послевкусие. Интересный вкус. Заметив мой интерес к новому напитку, Марш, подлил мне в стакан еще.

- ... Но если судить о ней как о человеке, то тут полная пустыня эмоций. Слепая, глухая, эгоистичная, - Поль перешел на крик, а его собеседник сидел с равнодушным лицом, так как будто он слушай прогноз погоды, той местности, куда он не собирается даже лететь. – Не замечет чужих чувств, а если и замечает, предпочитает игнорировать, ведь она не умеет чувствовать ничего кроме мести!

- Хватит! – Я не выдержала и вскочила на ноги. Меня немного пошатнуло в сторону, но я устояла. Такого предательства от друга я не ожидала.

- Клериас Поль, покиньте помещение. - Уже спокойно приказала я.

- Аделина... - С болью в голосе и растеряв весь свои пыл, произнес бывший друг.

- Я жду. - Голос звучал жестко и властно. И он подчинился. Как только за пилотом закрылась дверь, я посмотрела на Берса. Мужчина сидел с задумчивым видом, изучая поверхность стола. Затем кивнул Маршу, и он вместе с не представившимися мемарами, вышел вслед за Полем. В комнате остались только мы вдвоем.

- Он не хотел оскорблять вас. - Произнес капитан.

- Простите? - переспросила я, и он ответил:

- Ваш пилот любит, ревнует и не желает отпускать. Он ведь знает вас очень хорошо? - и не дожидаясь ответа, продолжил - Убеждать вас отказаться, поэтому он не стал, а вот показать вас в непригодном свете, чтобы я отказался, вполне мог. - Снова наполнив мой стакан спиртным, Берс встал с кресла, и, передав мне бокал, из которого я на автомате сделала глоток, мужчина подошел ко мне ближе, и я сделала еще один глоток. К щекам прилила краска, и стало невероятно жарко. В свою очередь я отступила на шаг назад и подняла глаза на мерама.

- Остался еще один нюанс. - Его голос заставлял табун мурашек бегать по моей коже. В голове гулял туман, а коленки подгибались, как у пятнадцатилетней девчонки.

Сев обратно в кресло, и сделав глоток, не отрывая взгляда от лица собеседника, я спросила:

- Какой?

- У тебя нет гражданства, - мы перешли на ты? Я не против! - Подписав этот договор, - передо мной на столе очутился новый договор, - у тебя оно будет. – Не глядя я поставила свою подпись.

За окном одиночного корабля мелькала, мала, как всегда бывает, когда летишь на сверх скорости. И, похоже, воспоминания последних дней в моей голове, решили, уподобится моему кораблю, то есть проносились на сверх скорости.

... Утро после ночного подписания договора, я встретила у себя в каюте. Голова совершенно не болела, что было весьма странно, учитывая то, сколько я вчера выпила. Если честно, до вчерашнего вечера я даже не представляла, что могу столько выпить.

Как я добралась до кровати, вспомнить, самостоятельно не получилось. Воспоминания закончились на подписание второго договора. Самое страшное то, что я даже не могу сказать, о чем шла речь в договоре и на что я согласилась! Сидя в постели, я застонала и закрыла ладонями лицо. Но тут же отдернула руки, заметив на правом запястье черное пятно. При дальнейшем рассмотрении это оказалась татуировка в виде переплетенных двух линий между собой и делающих вместе крюк. Стоит ли говорить, что я абсолютно не помню, зачем и главное, когда я ее сделала. Гипнотизирование черного рисунка на теле привило к тому, что у меня все-таки разболелась голова, ну и возникла ассоциация с горячими губами Берса.

Желая избавиться от навеянного видения моей богатой фантазии, я, выскочив из кровати, направилась в душ. На пол полетел мятый сарафан, а вслед за ним нижнее белье. А спустя пол час, приведенная в чувство горячими струями воды и горячим кофе, я направлялась за данными с камер наблюдения внутри и снаружи корабля, попутно отдав приказ заканчивать посадку и взлетать. Приветственную речь пассажирам можно сказать и позже...

И так, с камер наблюденья я узнала, что принес меня на корабль Берс. Встречать вернувшегося не на своих двоих и весьма пьяного капитана вышли дежурные и злой Поль, хотя спрашивается, чего это ему злиться? Предал та он меня, а не на оборот.

Пилот что-то сказал Берсу, тот отрицательно качнул головой. Как же жаль, что я посчитала ненужным устанавливать еще и микрофоны вместе с камерами! Бывший друг еще что-то произнес, и мемуаровец передал меня на руки одному из дежурных, другому же вручил мои босоножки, и с разворота врезал Полю.

Дежурные хотели, кинутся разнимать сцепившихся мужчин, но добившись того, чтобы меня отпустили с рук на землю, я, судя по жестам, остановила их, а сама подошла поближе, посмотрела и тут же развернулась и пошла к кораблю. Дежурные потянулись за мной, оставив мужчин разбираться самим. А я, судя уже по записям с наружных камер, добралась до своей каюты и завалилась спать. Чем закончилась драка, я даже смотреть не стала…

Полет на родную планету прошел без происшествий. И приземлившись, я прямо из порта направилась к сестре.

Лидия занималась разработками в области космических кораблей и оружия. Выдающийся ученый и прекрасная старшая сестра, которая всегда прикроет меня перед родителями.

Сказать маме с папой, что я снова собираюсь работать на военном корабле и участвовать в военных действиях у меня не хватило духа. И поэтому как раньше в детстве бегу под покровительство к старшей сестре.

В лабораторию к Лидии меня пропустили, но с небольшой заминкой. В прочем, как и всегда.

Заявление о смене работы сестренка приняла, конечно, не с радостью, но и сильно протестовать не стала, объяснив это тем, что это моя жизнь и если мне охота находить неприятности на пятую точку, то, пожалуйста. Единственное, что ее заинтересовала это моя татуировка. Лидия была уверенна, что она со смыслом, и очень удивилась, когда я ей сообщила, что без понятия что она обозначает и как у меня появилась. После этих слов, сестра засомневалась, что меня можно отпускать на новое место работы. Покричав о моей безответственности, больше для порядка, ведь она все-таки старшая сестра, она успокоилась. Потом ученая долго рассматривала мое запястье и, сделав фото, пообещала сообщить мне, как только что-то узнает. И не успела я допить чай, как Лидия нагрузила меня новыми разработками и вытолкнула из лаборатории, пока я ее еще больше не шокировала своими поступками, и она не сдала меня родителям…

Самое трудное было найти нового капитана для лайнера. И эта проблема грозила меня задержать на планете на неопределенный срок. Но удача показала мне улыбку и в маленьком ресторанчике, куда зашла перекусить, я встретила своего однокурсника Романа. Чуть ниже высшего проходной бал, прекрасно показал себя на практике. Однокурснику только совершенно не повезло с распределением. Капитан корабля, на котором он служил, совершенно не желал оставлять службу и уходить на пенсию. Лично, по моему мнению, люди в таком возрасте не то что в космос летать не могут, им в соседний город съездить тяжело, но данный индивид был похоже исключением.

Идею о смене места работы с последующим повышением Роман принял. Еще бы он отказался! И я была свободна и могла лететь на новое место работы.

Уже во время посадки в одиночный корабль, меня навестил муж Лидии.

- Лина, Ли попросила передать тебе сыворотку и проконтролировать, чтобы ты ее ввела. - Мой зять протянул мне чемоданчик, в котором находилось двенадцать ампул, тринадцатая уже была заряжена в пистолет.

Данная сыворотка была разработана специально для меня мужем сестры, в виду моего слабого здоровья. Если бы не эта разработка, не видать бы мне капитанских погонов, как и космоса. Сыворотка вводилась раз в месяц и не позволяла чужеродным бактериям и организмам влиять на организм. Такая вот универсальная прививка от всех болезней, ядов, наркотических веществ, алкоголя и беременности.

- Закатывай рукав. - Попросил зять или скорее потребовал.

- Я и сама могу поставить. - Решила возразить я, закатав все-таки рукав, но он подошел ко мне, и, приставив вплотную пистолет выстрелил. Рука тут же онемела, а в теле появилась слабость, которая должна пройти через полчаса.

- Не забывая вводить вакцину каждый месяц, и не будет незапланированных, хм... татуировок. - Пряча смех за серьезной маской, наставлял меня муж жены. - И Лидия передает свои поздравления, я присоединяюсь к ним.

- С чем поздравляете? - нахмурилась я. А потом в мозгу, что-то щелкнуло. - Ли узнала значение татуировки?

- Да, но предпочла, чтобы ты узнала значение сама. Еще раз поздравляю - И, вложив мне в руку пистолет, родственник покинул меня. Скривив рожицу его удаляющейся спине, я поднялась на корабль и через пятнадцать минут преодолела орбиту планеты...

Сутки в пути в полном одиночестве, кого хочешь, достанут, и заставят переживать последние дни снова и снова. Была ли я права, что не известила родителей о смене работы? Нет, это ведь родители и они имеют право знать. Но с другой стороны, я уже большая, самостоятельная личность, и зачем волновать маму, и портить ей отдых вместе папой? Мне кажется, это вечная дилемма детей, говорить родителям или нет.

Потянувшись и зевнув, не прикрывая ладонью рот (все равно никто не видит), я решила посмотреть какие новшества, предоставила мне сестренка.

И так, вытягиваем первый предмет из заколдованного мешка Снежного деда, и это оказывается... барабанная дробь... браслет. Разочарованно повертев его в руке, я поняла, что он даже не золотой, так простой сплав из металлов, красиво переплетенный между собой. Отложив браслет в сторону, я пошарилась еще в мешочке и извлекла на свет карточку с кодом. Тоже без пояснений. Похоже, придется звонить Лидии. Но перед звонком я достала из мешка набор патронов для пистолета. Зная мою слабость к старым видам оружия, то есть тем, которые стреляют не лазерам, а свинцовыми пулями, Ричард, он же мой зять, принялся изготовлять для меня патроны. Такие пистолеты вышли из обихода военных лет сто назад, но если ты растешь в семье, где обязательно хоть один член является военным, то сохранится и такая древность. Помимо пуль Ричард помог реанимировать семейную реликвию. От предложения доработать и внедрить в пулевое оружие лазерную установку я наотрез отказалась. Даже оптический прицел не дала поставить.

Первое, что сказала мне Лидия, когда ее изображение появилось у меня на экране, было:

- Когда ты, наконец, выбросишь эти штаны?! - Дело в том, что упомянутая вещ моего гардероба, находится там довольно давно. Штаны имели приятный темно синий цвет и хорошо на мне сидели, были приятны на ощупь и просто мне нравились. Единственный недостаток, который весьма раздражал мою сестру, была длина штанов. Они доставали мне до щиколотки и были немного потертые. Лидия неоднократно предпринимала попытки спрятать и выбросить мои штаны, но так получалось, что я успевала в последний момент, и отстаивала их. Я прекрасно понимала, что носить любимую деталь гардероба на людях уже просто не допустимо, но вот когда никто не видит...

- И что это за вытянутая футболка?! Аделина, ну как можно выглядеть как пугало, даже если тебя никто не видит?! Самой, то неужели не противно?!

- Мне так удобней и если тебе не нравится, не смотри! - Огрызнулась я, и, нахохлившись как в детстве, надув губки (все равно не перед кем строить из себя собранного и не пробиваемого начальника), буркнула:

- Может, объяснишь назначение браслета или это просто украшение? - Сестра тяжело вздохнула.

- Ли, я когда-нибудь давала тебе просто украшения? - И не дожидаясь ответа, продолжила - Надень браслет на руку. - Я послушно нацепила обсуждаемый предмет. Резкий укол заставил взвизгнуть.

- Лидия! - Обвиняюще крикнула я.

- Не так уж и больно, - отводя глаза, ответила сестра и чуть слышно добавила: - наверное. - Тем временем браслет растянулся от запястья до середины предплечья.

- Ну и? - Маленькая сестренка во мне уступила место специалисту.

- Ты ведь предпочитаешь доисторическое оружие, а более практичный лазер постоянно забываешь или специально не берешь. - Я кивнула, подтверждая правоту сестры. - Так вот, в данный, как ты его назвала „браслетик” встроен лазер. Попробуй собрать его на руке, словно гармошку... - Большим и средним пальцем я стянула края „браслетика”, и он снова стал сантиметр шириной. - А если растянуть его по руке, он примет боевую готовность. - Растянув новую „игрушку” я принялась с интересом ее рассматривать. - Главным преимуществом является то, что в собранном виде он напоминает, как ты уже выразилась браслет и вряд ли кому-нибудь придёт в голову снять его с твоей руки. В принципе без ключа и ты сама не сможешь его снять. - Оторвавшись от созерцания нового оружия, я подняла глаза на изображение сестры.

- И где ключ? - Лидия довольно улыбнулась и продемонстрировала мне тонкую пластину.

- Он у меня. Так ты точно не сможешь забыть „браслетик” где-нибудь. - Я попыталась снять „Браслет” с руки, но чем сильней я его дергала, тем уже обхватывал он мое запястье. - А Лидия продолжала улыбаться. Поняв, что дальнейшие попытки бессмыслен я оставила в покое покрасневшее запястье и уже плотно облегающий его браслет. Откинувшись на спинку кресла, устало закрыла глаза.

- На сколько выстрелов рассчитан данный агрегат?

- Он намного сильнее обычного лазера, но и энергии потребляет больше. Выстрела четыре точно сделает. - Я открыла глаза и посмотрела на сестру. - Потом требуется подзарядка. В отличие от обычного, данная модель сможет самостоятельно перезарядится, аккумулируя энергию из воздуха через день, так что считай это просто дополнительный козырь на крайний случай. - Лидия грустно улыбнулась.

- Спасибо. - Искренне поблагодарила я сестренку.

Сестра обернулась назад, выслушала собеседника, невидимого мне и, развернувшись быстро-быстро заговорила:

- Лина, мне пора идти так, что слушай меня внимательно. - Я кивнула. – Код, который ты нашла на карточке, нужен, чтобы открывать черные дары. - Я открыла рот, но Лидия не дала мне ответить. - Не перебивай. Ученые нашли способ использовать черные дыры для более быстрого перемещения, чем гиперскорость. Вводишь данный код вместо координат при расчете гиперпрыжка. Конечную точку пребывания введешь, когда корабль войдет в пространство черной дыры. Понятно? - Я кивнула, стараясь усвоить новую информацию и при этом не задавать вопросы. - Время полета сократиться в два раза. По прибытию минут десять корабль не будет существовать в реальности, после проявиться. У вас будет возможность оценить обстановку и принять верное решение в какой точке появиться. Только не смей соваться в черную дыру на корабле, рассчитанном меньше чем на троих человек. Есть вероятность не вернуться. Все, люблю, целую. - Лидия завершила звонок. Прикрыв, глаза я еще некоторое время просидела, обдумывая информацию, прежде чем потянулась за карточкой с кодом. Выучив код наизусть, следуя правилам, подожгла карточку с кодом, уничтожая возможность утечки информации.

Экран бортового компьютера озарился красным и из колонки вырвался звук сирены.

- Внимание! Резкое снижение энергоснабжение! Выход из гиперпространства. Переход на аварийное питание. - Лилось из колонки.

Корабль резко дернуло, и я довольно ощутимо приложилась головой об приборную панель. Да здравствуй шишка! Скорость замедлилась и через иллюминатор я заметила приближающийся метеорит.

- Внимание! Неизбежное столкновение! - И в подтверждение корабль поздоровался с метеоритом, одним, другим, третьим...

- Повреждение аварийного генератора. Отключение энергоснабжения... - В борт корабля врезался еще один метеорит, придав направления для падения. Через иллюминатор я заметила маленькую планету, которая должна стать для меня последним пристанищем, если не получиться запустить двигатель.

Уже можно было увидеть, покрытую толстым снегом, землю планеты, когда я приняла решение покинуть корабль. Времени, на то чтобы надеть на себя что-то теплое не осталось, и, гоня мысли, о возможности замерзнуть на смерть, я покинула корабль.

В первый момент, когда я открыла глаза, и белый свет ослепил меня, в голову закралась мысль, что я умерла и попала в рай, что было весьма удивительно, ведь праведником меня даже с натяжкой назвать нельзя. На самом деле в комнате, в которой я лежала на столе, все было белого цвета, аж мороз пробивает. Встать со стола мне не дали ремни, сдерживающие меня в горизонтальном положение.

Моей одежды на мне не было, вместо этого на мне был костюм Евы. Единственное, что грело душу в данной ситуации, это "браслетки" от Лидии, красовался на моем запястье. Только воспользоваться им, увы, мне не суждено, руки связаны.

Белая дверь отъехала в сторону, пропустив в комнату двух мужчин в черных, тонких костюмах плотно облегающие тело. В руках у одного находился сосуд с черной субстанцией, похожей на нефть, и маленький чемоданчик. Мужчина, у которых не было в руках ни чего, подошел ко мне. Он был стар и под его пристальным взглядом, почти бесцветных глаз стало неловко, но я не позволила показать свое смущение, и, сделав независимый вид, посмотрела в глаза мужчине.

- Гордая девочка. - Мужчина погладил меня по голове. - Гордая и храбрая. - Я упустила из виду, второго мужчину, который железной хваткой сжал мою руку. Легкий укол и несколько капелек моей крови перекачивали в сосуд с черной субстанцией. Затем передал данный сосед старику, и тот с улыбкой вылил черное не что мне на живот. Я не смогла скрыть своего отвращения и ужаса, когда черная "клякса” начала расползаться по моему телу, образуя собой нечто похожее на костюм мужчин.

- Это твой костюм. - Пояснил пенсионер. - Он будет поддерживать температуру твоего тела и не даст замерзнуть на моей планете. Меня можешь звать Владлен, моего помощника зовут Двоит. - Мужчина, названный Двоитом, наставил на меня медицинский пистолет и ввел мне какой-то препарат. Я не волновалась по поводу того, что мне ввели, вакцина, введенная мне Ричардом, нейтрализует любой препарат. Тут же Владлен что-то нажал и ремни, удерживающие меня, втянулись в стол.

- Дорогое мое дитя, - начал с пафосом пенсионер, и я всерьез задумалась о его мании величия. Господи! Я попала к шизику! - На моей планете тебе не стоит опасаться за свою жизнь, имущество, здоровье! Здесь нет убийств, грабежей, и разбоя. Все люди поддерживают своим трудом планету и все равны.

- Идеальный мир? - Мужчины в согласие кивнули, а мне стало не по себе. Обычно за маской идеального мира скрыт более жестокий и лживый мир, чем те, в которых нет совершенства.

- С этой минуты тебя будут звать Wr5. – Я чуть не задохнулась от возмущения, с какой стати пенсионер меняет мне имя?

- Но у меня уже есть имя, и во втором я не нуждаюсь. - Наверно это было моей ошибкой - возразить старику. Владлен кивнул и Двоит повторно ввел мне препарат, только в этот раз, увеличив дозу. Сыворотка, разработанная Ромой, не успела справиться с чужеродным препаратом, и из-за этого я ощутила его воздействия на себе.

Подняв глаза на Владлена, мне захотелось безоговорочно верить ему, выполнять каждое его приказание.

- Иди за Двоитом, он покажет тебе твой новый дом и определит на работу. - Спрыгнув со стола, я безвольным рабом пошла за мужчиной. Внутри меня разливалось счастье, что мне дозволили жить в мире, где нет недостатков и разочарований.

Утро началось с ощущения, что внутри меня лопнул воздушный шарик, но при этом ощущение свободы не покидало меня. В комнате, отведенной мне для жизни было темно. И я не помню, чтобы вчера где-то видела выключатель. Свет просто погас в определенное время. Сев на кровати, я свесила ноги с кровати. Внезапно включился свет, и на стене появилась голограмма, зазвучала музыка, и появилось лицо вчерашнего пенсионера.

- С добрым утром дети мои... - Начал он приветственную речь, от которой к горлу подкатывала тошнота. – Давайте, все вместе выполним укрепляющие упражнения для красоты и здоровья наших тел! - Лицо Владлена исчезло, но вместо него на экране появились фигурки людей, выполняющие зарядку. Владлен комментировал каждое действие.

Выполнять упражнения у меня не было никакого желания, и я поплелась по направлению ванны. Но дверь, ведущая из комнаты, самостоятельно не открылась, а толкать и открывать ее вручную, было бесполезно. Пришлось вернуться на середину комнаты. Кровать, как только я встала с нее и заиграла музыка, автоматически втянулась в стену, оставляя комнату абсолютно пустой.

- … ноги на ширине плеч - вещал голос.

Меня нельзя назвать поборникам здорового образа жизни, я не делала зарядку по утрам, не питалась исключительно здоровой пищей и уж точно не соблюдала режим дня. И я не видела смысла начинать заниматься этим сейчас.

До конца зарядки я просидела на полу посредине комнаты. Когда фигурки человечков исчезли с проекции, а на их место вернулось лицо пенсионера, я встала с пола.

- Давайте же закончим утренние физические упражнения полезной для пищеварения водой! - Из пола поднялся столик, на котором стоял стакан с водой. Хмыкнув, я взяла стакан, и, сделав глоток, поставила обратно.

 - Помните, что выпить вы должны все до последней капли, чтобы эффект был полным. -Захотелось тут же послушаться наставления, что было весьма странно, и я это понимала. Пока я раздумывала, дверь в ванну автоматически открылась, приглашая внутрь.

Маленькая комнатка с белыми стенами душевой кабинкой и унитазом. В душевой включилась вода и тонкими струйками начала падать на пол. Тут и произошла первая заминка, я не знала, как снять костюм. Оттягивая его и отпуская, ткань упрямо возвращалась на место. Поборовшись с костюмов минут, пять я все-таки нашла способ, как его снять. Ну, почти. Нужно представить себе, что костюм, как бы отъезжает в сторону, оголяя участок тела и вуаля, тонкая полоска ткани, словно браслет опоясывает кисть левой руки. На кисти правой татуировка сменила цвет на желтый. Во время падения татуировка пылала ярко алым цветом, тогда у меня не было времени рассматривать ее и удивляться. А сейчас уже как-то не хочется.

Когда я встала под душ струи воды были холодные, а через несколько секунд и вовсе вода прекратила свое поступление через дырочки душа. Кнопочек, краников и рычажков в кабинке не наблюдалось. И воду включить не получилось. Это называется, помылась? Только промокла и замерзла! Теплый воздух, вырвавшийся из вентиляции, согрел и высушил меня. Похоже, утреннего душа сегодня не будет. Ну что ж, будем пользоваться тем, что осталось. Подойдя к маленькой раковине, я подняла рычажок, к моему счастью из крана полилась вода.

Через десять минут, закончив с утренними гигиеническими процедурами, покинула ванну.

В комнате появился белый стол, со стоящем на нем завтраком. В тарелке была, судя по всему какая-то местная каша. Я не очень люблю каши, предпочитаю на завтрак салатик из свежей зелени и овощей. Ну, похоже, здесь такого не будет. И придется, есть то, что дают. Каша на вкус была как смерть пюре из картошки и томатом, не соленый и при этом вся масса была ярко синего цвета. Вместо моего любимого красного чая, здесь был отвар из горьких трав, пить который мне абсолютно не хотелось.

Как только я закончила завтрак, дверь открылась, и в комнату вошел мой вчерашний сопровождающий. Поздоровавшись со мной, он поинтересовался, почему я не выпила отвар и воду утром. И не смотря на мои протесты, заставил все-таки выпить ужасный отвар. И не отвечая на мои вопросы о том, где мой корабль, и смогут ли они предоставить мне помощь по его починке, потащил меня на улицу.

Климат этой планеты баловал своих жителей бесконечной снежной пустыней. Маленькие домики были похожи на сугробики с дверцей, из которых выходили люди и шустро шли, не с кем не разговаривая, и не оборачиваясь по своим делам. Было немного дико видеть людей, одетых только в один с виду тонкий костюм на таком морозе и посреди снегов, но как я уже убедилась прекрасно сохраняющий тепло.

Пока я шла к месту назначения, мне удалось разглядеть жителей планеты. У всех мужчин волосы были длиной до плеч, и форма стрижки была абсолютно одна и та же, у женщин наблюдалась та же картина, только длина была ниже спины на уровне ягодиц. Я со своей короткой стрижкой, по их ней мере, можно сказать мужской (хотя у мужчин на пять сантиметров волосы были длинней), сильно выделялась из толпы абсолютно одинаковых людей.

Вскоре Двоит завел меня в здание, у стен которого стояли плиты, столы и прочая кухонная утварь возле которой уже суетились женщины.

- Ты будешь здесь работать, - мужчина указал мне на одну из плит в середине. - Рецепт прочтешь над плитой. Работой и помни, что на столы всего города попадает еда отсюда. - И он ушел, оставив меня в полном шоке и ужасе, рядом со злейшим и ненавистным моим врагом с самого детства - плитой и задачей приготовить обед.

Оглядевшись вокруг и увидев, как организованно и точно женщины снуют по кухне, берут продукты, моют, чистят и варят и повторяют все снова и снова мне стало плохо.

Ко мне подошла женщина и потребовала от меня ответа, почему я все еще не работаю, а стою и хлопаю глазами. И не дожидаясь ответа, развернула меня к плите.

- Я ненавижу готовить! И не собираюсь этого делать нигде, и не под каким предлогом! Я пошла, учиться на военного капитана корабля, если бы я хотела готовить, пошла бы, учится на повара! - Все это я проорала на все помещение. Я не знаю почему я сорвалась на крик, возможно из-за того, что готовка у меня вызывала ужас, и я поклялась себе еще в детстве, что стану капитаном корабля и не буду больше никогда готовить, и вот мне тут предлагают приготовить обед. Черт возьми, я не повар!!!

После моего крика, двери распахнулись, пропуская в кухню мужчин, чьи волосы были подстрижены короче, чем у основной массы, так же был подстрижен и Двоит, и я догадалась по медицинским пистолетам у них в руках, что они выполняют тут функции охраны правопорядка, подавляя волю людей и превращая их в куклы, похожих друг на друга и не имеющих своего мнения. Я не могла им позволить сделать меня одной из них, и позволить превратить себя в куклу. Растянув браслет до середины предплечья, сделала выстрел по первому мужчине, который приблизился ко мне. Вырвался яркий луч и ударной волной снес не только того, в кого я целилась, но и еще двоих за его спиной. А все-таки молодец сестричка, такая мощность, точно в старом оружие не обнаружиться. Так, у меня еще осталось три выстрела, и, судя по всему, оставшийся охранник вызвал подкрепление. Плохо. Выстрелом я выбила дверь, и, оказавшись на улице, побежала подальше от кухни. Я отчетливо понимала, что, сколько бы я не бегала, мне не повезет, так, чтобы за следующим поворотом я наткнулась на свой корабль в рабочем состояние. Меня обязательно поймают и если не убьют, то лишат воли. Сопротивляться бессмысленно, но так не хочется сдаваться! Но вот, за поворотом тупик, сзади уже подбежали охранники. Они поднимают пистолеты уже не медицинские и стреляют.

Проснулась я в своей комнате, от ярко вспыхнувшего света и музыки. Настроение было отличное. Сделав зарядку, и приведя себя в порядок, села завтракать. Каша! Мое любимое блюдо! И отвар сегодня вкусный. После завтрака, я отправилась, как и все люди этого мира на работу. Я твердо шла к своей цели в потоке таких же, как и я людей, и была счастлива. Встав у плиты, я прочитала рецепт и начала готовить. Первым делом я вымыла руки - гигиена это наше все. Попутно заметив, что татуировка у меня на запястье желто оранжевого цвета, но меня это нисколько не волновало. Я начала готовить обед для людей этой планеты. Примерно на середине готовки внутри меня лопнул шар, и пришло понимание, что мою волю все-таки подавили и превратили меня в куклу. И я добровольно и с радостью готовила! На плите зашипела и зафыркала, все та же каша, которую ели и на завтрак, и на обед, и на ужин. Помешав, ее ложечкой, пришла к разумной идее - чтобы избежать повторения вчерашней истории и дальнейшего лишения воли, нужно притвориться, что я, все еще подчиняясь общей идеи, и не чем не выделяться. И если мне уж и продолжать дальше готовить эту кашу, то путь она будет хотя бы не такой пресной и обычной. Я отправилась на поиски приправы и того, что бы помогло мне изменить данное блюдо. Минут через десять, когда я поставила кашу в духовку (пытаясь превратить ее в запеканку) и отошла к столу, татуировка резко покраснела, и тут же за моей спиной раздался взрыв. Похоже, на этой планете я не смогу провести вечер и ночь, в сознательном состояние - это были мои последние мысли в тот день.

 Моей щеки дотронулась холодная ладонь, и я резко раскрыла глаза. Надомной склонялся Владлен.

- Помниться вчера ты была против готовки и сегодня взорвала кухню, что ж возможно работа с детьми получится у тебя лучше, чем готовка. Надо же женщина, не умеющая готовить! - И покачивая головой, он оставил меня отлеживаться в постели.

Спина ужасно болела, от полученных ожогов, обезболивающее на меня не действовало, как и другие лекарства, оставалось только ждать, пока организм сам не излечится. Процесс немного ускоряла сыворотка в моей крови, но не избавляла от боли. От этой боли спасала только темнота, в которую я с радостью отпустила сознание.

Самое приятное, это то, что когда обморок сменился просто глубоким сном, мне снова приснился Он.

Мы находились на залитой солнцем поляне, он стоял в середине, а я с краю. Улыбаясь, я побежала к нему, по пути заставляя белые парашюты одуванчиков взлетать в голубое небо. Подбежав к нему, уткнулась носом ему в грудь и обняла, при этом шепча, как же я по нему соскучилась. Он с какой-то заминкой положил руки мне на спину и начал успокаивающе поглаживать.

- Где ты, мой капитан? - Нежно спросил он, прижимая меня крепче к себе. Я вздрогнула и отстранилась, он с неохотой, но отпустил меня.

На меня смотрели немного удивленные и обеспокоенные его глаза. Но это был не тот человек, который посещал каждый мой сон на протяжении всей моей жизни. Он никогда не называл меня капитаном.

- И даже в мои сны пытаетесь проникнуть!!! - Проорала я, смотря в небо и чувствуя, что из глаз катятся слезы. – Неужели ваш идеальный мир и на сны воздействует?!

- Аделина, - с болью и отчаянием в голосе проговорил он. - Кто они? Где ты? ... ЛИНА!!! - Прокричал он, пока я падала в темноту.

И вот я снова на той же поляне, только уже я в центре, а он стоит с краю. Он бежит ко мне, хватает и кружит по поляне.

- Моя принцесса! – Поставив, наконец, меня на ноги прошептал он мне, вдыхая запах моих волос. Я улыбнулась, зная, что на этот раз это действительно он...

Сегодня второй день того, как я сижу с детьми. Небольшая группка мальчиков и девочек пяти шести лет. Вчера я смогла найти с ними общий язык. Я рассказывала и показывала в лицах им истории про космос, путешествия, дальние планеты, храбрых капитанов и злобных пиратов и дам сердца каждого героя. Конечно, большинство информации приукрасила, больше рассказывая сказки, чем о реальной жизни, но это ведь дети. И пока в их возрасте можно и даже нужно верить в сказки и волшебство.

Когда я зашла, малыши побросали свои игрушки и кинулись ко мне.

-Лина, Лина! – Слышалось со всех сторон. Меня теребили и тащили к маленькой скамеечке, где я вчера просидела целый день, даря детям волшебство сказок.

Но сегодня детям не суждено было услышать сказку, как потом оказалось, в обще им больше не было суждено послушать моих сказок.

В комнату вошли охранники и под конвоем увели меня к Владлену.

- Что же мне с тобой делать, а? сплошное недоразумение? Из-за твоего упрямства погибло трое солдат, из-за взрыва на кухне по твоей вине пострадало тридцать женщин, не говоря уже про то, что помещение кухни предстоит ремонтировать. Ты забила детям голову глупыми сказками и сейчас они только, и говорят про путешествия, в которые они непременно отправятся, как только подрастут. – Рассуждал вслух пенсионер, расхаживая по своему кабинету, в то время как меня с силой удерживали на стуле два охранника, хотя я не видела в этом смысла, бежать мне было не куда. - Ты ломаешь систему в самом ее центре! Так что же с тобой делать? Сыворотка подчинения на тебя действует в больших количествах, и то ненадолго. Убивать тебя нельзя, здесь нет убийств. Запереть? Людям станет любопытно и это снова пошатнет систему. Что с тобой делать?!

- Отдать свободу и корабль. Тогда я смогу убраться с этой «идеальной» планеты! – Я попыталась встать со стула, но мне не дали даже пошевелиться до боли сжав плечи.

- Нет, девочка, нет. Отпустить тебя не выход. Ты расскажешь о нашем идеальном мире, и сюда рванут толпы людей и нелюдей, за миром. А воспитывать мир в человеке нужно с детства, долгие годы взращивать и контролировать каждый вздох. Тогда и только тогда наступает гармония. Ты тоже ее поймешь. – И уже обращаясь к охранникам:

- Вкалывать ей каждые пять часов двойную дозу сыворотки, и отправить её работать в теплицы, где нет автоматического оборудования. – Охранники кивнули, и плече пронзила боль укола.

Каждый день изо-дня в день всю неделю я напоминала зомби. Из-за постоянного ввода инъекции для подчинения сыворотка не успевала вывести негативные частицы. Это по сравнению, как алкоголизм, только начинаешь трезветь, снова выпиваешь и по-прежнему пьян. Но кое-что сыворотка все же смогла уберечь от влияния - мой разум, подчинив полностью тело. Я понимала, что происходит, но не могла ни чего поделать, чтобы изменить это.

Мои дни были однообразны и безлики: я вставала, выпивала стакан воды, куда добавляли средство для поддержания контроля над людьми, делала зарядку, мылась, завтракала все той же кашей, убивала остатки разума отваром с той же дрянью, и шла к месту работы, но уже не могла сама мыслить. Ощущение всепоглощающего счастья и единства с людьми этого мира всецело завладевало мной. Сознание включалось уже на грядке, где я сажала, поливала, полола и удобряла, а вокруг ни души. В середине для, в конце огромной теплицы, появлялся белый столик с обедом - каша и отвар. Да здравствует забвение! Вечером я возвращалась к себе в комнату, ужинала и ложилась спать, а с утра все повторялось снова, только с одной разницей, с каждым часом я все ближе подступала к порогу сумасшествия.

Владлен не шутил, в тот день у себя в кабинете, когда говорил, что мне будут ставить инъекцию через каждые пять часов. Охранники минута в минуту исполняли его приказ, делая исключение только ночью, и благодаря этому я могла видеть Его.

Мы долго разговаривали ни о чем, гуляли по набережной какой-то из планет, целовались. Он старался избегать прямого обращения ко мне, предпочитал опускать момент, когда он раньше меня называл своей принцессой. И непременно, пытался узнать, где я нахожусь, и что со мной происходит. На эти вопросы я никогда не давала ответ. Координаты планеты я не знала, а рассказать, что стала пленницей в своем собственно теле, благодаря человеку, одержимого идеей идеального мира, я не хотела, предпочитала переводить тему. Ночные часы во сне стали для меня маленьким уголком счастья, который напрочь разбивали свет и музыка, которую я возненавидела, как и эту планету.

Через три дня "идеальной" жизни, я начала задыхаться от безысходности и однообразия. К концу недели я думала, что уже никогда не буду прежней. Я физически ощущала, нехватку воздуха, стены теплицы и комнаты давили на меня и заставляли думать о смерти, как об освобождении.

Однажды, работая в теплице, я почувствовала, что тело снова подчиняется мне. От неожиданности я не удержалась на ногах, упав в грядку и сломав росток плода схожего с помидорами. Мне было его абсолютно не жалко. Кое-как, встав с земли, подняла глаза на часы, висящие на стене, которые показывали без пяти минуты два. В два часа по полудню, был обед, за час до этого мне приходили ставить инъекцию. Сегодня этого не сделали, и сыворотка, получившая лишний час для исправления функционирования организма, смогла избавить меня от подчинения. Но зато, в виде побочного эффекта начались глюки.

В теплицу зашла группа люди, во главе с Владленом, рядом с ним шел Он, белая лента бинта охватывала его голову. Этого я уже выдержать не могла. Упав на колени, обхватила себя руками, а на глаза набежали слезы.

- Аделина! - он кинулся ко мне, а я, подняв на него глаза, со стоящими там слезами, тихо прошептала:

- Уйди, глюк. - Мой шепот остановил его, когда он уже встал рядом со мной на колени и протянул руки.

- Она назвала меня глюком? - Он повернулся назад, обращаясь к мужчине, которого я уже, где-то видела, но не могу вспомнить где.

- Капитан, на протяжении двух недель, они кололи ей наркотическое вещество, насколько я знаю, в несколько раз превышая допустимую для жизни норму. Даже сам факт, того что она жива уже является чудом...

Дальше я слушать не стала, просто потеряв сознание.

Светло зеленые стены, маленькая тумбочка у двуспальной кровати, зеркало около выдвижного шкафа, рядом с дверью ведущую в ванну стоит мой чемодан с вещами и маленький кейс с вакциной, больше в комнате ни чего нет.

Меня уже радовало, что стены не стерильно белого цвета, а мебель не выдвигается в стены. Встав с кровати, я подошла к иллюминатору. Моему взору предстал космос, во всей своей красе. Я вырвалась! И нахожусь на корабле. Еще бы узнать на каком корабле и куда лечу.

Повернувшись к чемодану, присела возле него на корточки. Щелкнули замки и предоставили мне внутреннее наполнение моего чемодана. Черный терма-костюм все еще был на мне, но он скорее походит на нижнее белье и ходить в нем будет не прилично. Наверно этот костюм единственный плюс моего пребывания на "идеальной планете". Из чемодана были извлечены мягкие темно серые обтягивающие брюки, водолазку и темные ботинки без каблука.

Одевшись, я вышка из каюты. Сразу около двери стоял высокий мужчин

- Капитан Ольхова, я рядовой вашей части корабля Купров. - Встав по стойке, смирно представился мерамовец.

Так, на каком корабле нахожусь, определилась, сейчас бы узнать, как я здесь очутилась.

- Где я могу найти капитана Семеста? - Купров замялся на мгновение, а потом ответил:

- Капитан, приказал следить, чтобы вам не стало хуже. И я не уверен, что вы достаточно оправились, чтобы идти к «сердцу» корабля.

- И чем же я, по-вашему, болею?! - Мужчина засмущался, и, потупив взор ответил:

- Вам длительное время кололи наркотические средства, и... мм.... Скажем так, не каждый человек останется после этого в здравом уме...

- Что?! - Выкрикнула я, полностью сраженная таким предположением.

- Капитан Ольхова, я не в коем случаи, не возьмусь утверждать, это на все сто процентов. Но процент, что вы остались в своем уме очень низок... - Если я сейчас ему врежу, то он точно убедится в том, что я сошла с ума, и таким образом у меня проявляется агрессия, но и оставить это я так просто не могу.

- Веди меня в «сердце» корабля. - Взяв эмоций под контроль, сухо приказала я. - Возражения не принимаются рядовой Купров. - И мужчине пришлось, подчинится.

Строение корабля было стандартным для военного, может только чуть больше. Экипаж корабля, который попадался нам по пути, не имел знаков отличия и военной формы. Простая удобная одежда разных цветов и покроя.

- Вы практикуете свободную форму одежды? - Спросила я у своего провожатого.

- Капитан Семест, считает, что это не обязательно. Своих подчиненных и их звания он знает и так, а если кого-то захватят в плен, то захватчики не смогут определить кто это - рядовой или сам капитан. - Я была вынуждена признать резонность данного положения. Ведь, подобрав команду, я не могла сказать, кто они по званию. - Капитан Гвор разделял его мнение. Но если вы предпочитаете, чтобы мы носили форму, мы будем носить.

- Думаю, я соглашусь с капитаном Семестом. - Дальше мы шли молча, но не долго.

Из «сердца» выполнялось управление всем кораблем. Если на других кораблях место пилотов и капитана, а также наводчиков и навигаторов находилось спереди корабля, то тут местоположение у него было в самом центре корабля. Около бортовых компьютеров сидели пилоты, места наводчиков пустовали, но я не сомневалась, что они, где-то рядом. В середине помещения, на возвышение разделенные стыковой полосой, разделяющей корабль на две части, стояли капитанские кресла. Одно из них, пустовало, на другом же сидел человек, который снился мне каждую ночь, который оказался капитаном Семестом. Какие еще сюрпризы приготовит мне жизнь? Рядом с Берсом стоял мужчина, которого я вчера не узнала - это был Марш, пилот моей половины корабля, как он сказал при встрече в "Полете".

Повернувшись, Берс увидел меня и поднялся с кресла.

- Добро пожаловать на борт, Лина. - Он мне обворожительно улыбнулся. От его улыбки стало на душе теплее. Но гордость доминировала над всеми остальными чувствами.

- Капитан Семест, я благодарна вам, что вы вытащили меня с той планеты (название я так и не узнала), долг жизни можете считать закрытым, но вроде я не давала вам разрешение называть меня сокращенным именем, для вас я по-прежнему капитан Ольхова. - Капитан грустно улыбнулся, а Марш откровенно рассмеялся. Но встретившись с моим взглядом, тут же извинился.

- Прошу прошение капитан Ольхова, просто очень необычно, чтобы супруги называли друг друга по званиям. - Моя челюсть тут же отвалилась. Какие супруги?! Почему я не в курсе, что я замужем?! А я давно замужем? Посмотрев на Берса, уже собиралась сказать ему все, что я о нем думаю, не взирая, на то, что все, кто были в сердце корабля, взирали на нас и явно ожидали продолжения комедией, но двери разъехались, пропуская внутрь Поля.

- Лина! – Мой бывший пилот, подбежав, сгреб меня в свои объятья. – Аделина, я так за тебя волновался!

- Поль, Поль, успокойся. – Попыталась я вырваться из захвата бывшего друга. Но безуспешно, тогда я попробовала другой способ. – Клериас Поль! Немедленно отпустите меня и объясните, почему вы сейчас находитесь на этом корабле, тогда, когда лайнер остался без первого пилота?!

- Как была жестокой, так и осталась. – Отпуская меня, грустно произнес Поль. И уже обращаясь к Берсу:

- Капитан Семест, можно попросить вас поднять заслон? Я бы хотел поговорить с Аделиной без лишних свидетелей. – Мерамовец согласно кивнул и вокруг возвышения, на котором стояла я Поль и Берс, поднялась прозрачная стена, отрезая нас от остальной части «сердца».

- Капитан, вы не оставите нас? Я хочу поговорить без посторонних. -

- Клерас, для Аделины, - Берс бросил взгляд в мою сторону и, улыбнувшись, поправился, - капитана Ольховой, я не являюсь посторонним, ведь я её муж. – Я открыла рот, чтобы сказать ему все, что я о нем думаю, но слов была так много, что я не смогла определить, что сказать ему в первую очередь. А между тем момент был упущен. Поль подскочив к мерамовцу, ударил его по лицу, а потом, развернувшись, посмотрел на меня.

- Я не на лайнере, потому что он – пилот показал пальцем на капитана, вытирающему рукой кровь с разбитой губы, - позвонил и поинтересовался, где ты можешь быть, так, не долетела до места назначения и у него есть сведенья, что с тобой что-то случилось! А потом почти две недели я искал тебя! И это, несмотря на то, что ты выбрала его вместо меня! Счастья вам в семейной жизни! – Поль нажал на какую-то кнопку на подлокотнике кресла, тем самым заставив стену исчезнуть, и вышел из «сердца» корабля.

- Можно сказать, прошло неплохо. – Подал голос Берс, к которому подошел Марш, протягивая салфетку. Я устала села в кресло.

- Берс, скажи, когда, почему и зачем мы поженились? – Закрыв глаза и потирая виски, задала я самый, интересующий меня вопрос.

- А где же капитан Семион? – Попробовал поддеть меня мой… муж. Но услышав мой тяжелый вздох, ответил: – Чтобы стать капитаном мерамовцкого военного корабля, нужно иметь гражданство. Ждать пока, ты проживешь на моей планете шесть лет, не было времени, мне нужен был новый напарник, другой способ получение гражданства – взять тебя в жены, ну или удочерить. – Я тихонько застонала. А Семион продолжил: - В «Полете» ты подписала брачный договор, там же я нанес тебе и себе на руку татуировку, – он закатил рукав, показывая точно такой же, как у меня на руке рисунок. – И скрепил его поцелуем. Ты разве не помнишь? – Я отрицательно покачала головой. – В любом случае все честно. Лина, ты добровольно дала согласие стать моей женой, иначе татуировка бы просто не активировалась. Ведь я по ней узнал, что ты в опасности.

- Она поменяла цвет. – Догадалась я.

- Да. Аделина, когда рисунок сменил цвет с черного на красный, ты даже не представляешь, как я за тебя испугался…

- Капитан, я получил результаты анализов – В «сердце» корабля влетел местный доктор, помахивая над головой листком с результатом.

- Ну и? – Мерамовец отвернулся от меня, переключив свое внимание на доктора.

- В крови не найдено наркотического вещества. Поздравляю капитан Семион, вы полностью здоровы! – Я уронила голову на руки, не разделяя радости бортового врача. Вместе с работой я сменила фамилию, изменила семейное положение и приобрела гражданство. Надо обрадовать маму с папой, а Лидия с мужем и так все знают, знали и не сказали!

- Аделина, - я открыла глаза и посмотрела на своего супруга. Он снился мне девятнадцать лет, и вот сейчас мы с ним одна семья. Но почему-то кажется, что это неправильно.

– Лина, с тобой все в порядке?

- Да! – Я встала с кресла. – Все замечательно. – Вот скажите мне, кто же жениться, когда жена в стельку пьяная? Или он специально меня напоил? Так, а вот это интересная мысль. - Разводы все еще существуют, а контракт подписан на два года. – И не надо мой милый супруг, так меняться в лице! Сейчас-то я трезвая и отвечаю за свои поступки.

- Марш, я жду всю команду корабля через 5 минут на построение. Буду знакомится. – И уже обращаясь к пилотам и наводчиком, оказавшихся на своих местах: - Все концерт окончен, второго действия не будет!

- А она знает, что комната с капитаном у неё одно? – Послышался шепот со стороны навигаторов.

- Когда узнает, будет второе действие. – И радостный смех, который я прервала:

- Если и будет, то точно без зрителей! – И оставив за своей спиной часть команды и мужа, вышла из «сердца» корабля.

Да, выйти из сердца и оставив последнее слово за собой, несомненно, эффектно, но глупо. Так же, как показывать свою гордость и усложнять, то, что могло быть намного проще, я про мои отношения с Берсом. Но с другой стороны, ему не стоило спаивать меня для получения положительного ответа. Я бы его и так дала... со временем... наверно... не знаю...

За анализом и раздумьями своих действий, я и не заметила, как оказалась рядом с отсеком катеров, и одноместных кораблей, такой мини ангар внутри большого корабля. Свой одиночный корабль я увидела сразу же. Устаревший по современным меркам, побитый, с облупившейся краской, но такой родной и любимый.

Данное средство передвижения я купила, еще, будучи студенткой, долго откладывала стипендию, и те крохи зарплаты, которые я получала на подработке. К концу третьего курса я накопила и стала гордой обладательницей. Со временем заменяла устаревшие детали, оборудование. На данный момент я имею новый корабль в старой оболочке, винтаж в своем роде.

Проведя рукой по приборной панели, попробовала завести, надеясь, что неполадки устранены. Корабль ожил, но показал, отсутствие энергии и автоматически выключился.

Вздохнув и прикинув, сколько прошло времени с момента моего последнего приказа, приняла решение возвращаться к «сердцу».

Но не успела я выйти из корабля, как в ангар вошел Пьер и Берс, направляющиеся ко второму одноместному кораблю.

Я не поддерживаю мнение, что подслушивать не хорошо. Иногда вовремя подслушанная информация является тем ключиком, который позволяет открыть двери к победе.

Приоткрыв двери, для лучшей слышимости, приготовилась слушать разговор моего бывшего пилота и моего... мужа.

- Мерамовец, не дай бог, она будет несчастна рядом с тобой! - Поль открыл дверь корабля и в пол оборота развернулся к капитану. - Я не посмотрю на твое положение, за одну ее слезу отправлю к праотцам.

 - Можешь не волноваться, я не позволю ей быть несчастной, да и она сама себе этого не позволит. - Берс, как всегда был самоуверен и оставался хозяином положения. Его ухмылка раздражала и при этом заставляла сердце биться чаще.

- А если захочет уйти, отпустишь? - Этот вопрос и меня интересовал, я непроизвольно задержала дыхание в ожидание ответа. Семест выдержал паузу и ответил, устремив взгляд на мой корабль. Неужели знает, что я здесь?

- Отпущу. Я дам ей свободу, даже если буду считать, что ей это не пойдет на пользу.

- Спасибо. - Прошептала я, и Берс, словно услышав меня, улыбнулся.

- Ты даже не представляешь, как мне хочется тебе врезать, этим убрав с твоих губ улыбку. – Прошипел Поль.

- Представляю. - Капитан дотронулся до развитой губы.

- Нет, ты не представляешь, каково любить ее, видеть, как она взрослеет, делает ошибки, набирается опыта, ждать, когда она повзрослеет и обратит на меня внимание, а потом, вдруг ее дорога пересекается с таким как ты! И все надежды рушатся! Я предупредил тебя. Ее жизнь и счастье для меня всегда будут на первом месте.

- Не для одного тебя. - Поль ничего не ответил мерамовцу, сел в корабль и улетел.

Когда в отсеке остался только Берс и я, он подошел к моему кораблю.

- То, что я говорил ему, я могу повторить и тебе лично.

Я вышка из корабля и встретилась с его глазами.

- Как узнал, что я тут? - мужчина подал мне руку, помогая мне сойти с корабля.

- Если я скажу, что чувствую твое присутствие, поверишь мне? - Он снова улыбался, и я понимала, что за одну эту улыбку согласна на все. Так, Лина, приходи в себя! Сколько можно строить из себя влюбленную дуру с розовыми мозгами?!

- А должна верить? - Ответ получился резче, чем мне бы хотелось.

- Как хочешь. Ты можешь не верить не тому, что я здесь говорил, ни моим ответам тебе, ни тому, что я тебя люблю. Это твое право верить или не верить мне. Но я буду старательно доказывать тебе свои слова.

- Попробуйте. Пока, я не верю, что можно влюбиться с первого взгляда. – Ну, да, ну, да, а я просто исключение из моего же собственного правила, но ему это знать не обязательно. Берс, словно догадываясь о чем-то подобном, приблизился ко мне в плотную и, нагнувшись, прошептал мне:

- Я буду, очень старятся. – По моему телу забегали табуном мурашки, а губы нестерпимо зачесались.

- Мне надо идти. - И я постыдно сбегаю из помещения. Можно сколько угодно себя убеждать, что меня ждет моя команда для знакомства. Правда же была в том, что я действительно сбежала, сославшись на дела. Почему, ну почему мне надо все усложнять? Показать, что я гордая? Да я уже всем это показала! Но нет, мне кажется это недостаточно, и продолжаю усложнять себе и другим жизнь.

В коридоре меня встретили Марш, и показал дорогу в кают-компанию, где обычно проводятся все сборы.

Четырнадцать мужчин при моём появление, поворачивают одновременно головы в мою сторону. Миг и они стоят в одной шеренге.

- Я капитан Аделина Ольхова - начинаю я, но Марш, стоявший за моей спиной, поправляет меня:

- Капитан Семест. - Наверно скрип моих зубов не слышал только глухой.

- Капитан Ольхова - снова продолжаю я. - Раньше была капитаном военного корабля «Sperare», а затем туристического лайнера. Чтобы вас надолго не отвлекать от ваших прямых обязанностей, прошу представиться быстро и четко. - И выжидательно уставилась на команду. Мерамовцы не заставили себя долго ждать и уже через пять минут, я знала всех. В моем подчинение оказалось пятнадцать человек: два пилота, хакер, двое оружейников, навигатор, кок по совместительству отвечающий за хозяйственную часть, трое механиков, и рядовые, а еще врач.

В лицо запомнила я их всех, но вот по именам... Всегда было туго с запоминанием мужских имен.

Распустив всех, отправилась вслед за Маршем в сердце корабля, где познакомилась с пилотами, хакером и навигатором второй части корабля, а также узнала, что из-за меня опаздываем на место соединения с другими кораблями для схватки на три дня.

- Как так получилось, что в военное время, Берс получил разрешение, отправится за мной? - Я сидела в своем кресле, придвинув его ближе к пилоту. Управляли кораблем сейчас Марш и Торл - пилот со стороны Берса. С Маршем я и говорила. В обще создавалось такое чувство, что Марша, приставили ко мне помощником, таким раскладом я была довольна, Он мне искренне нравился.

- А кто ему может запретить? Капитан, ведь далеко не простой военный. - Я нахмурилась. А пилот продолжает:

- Но это только одна часть, вторая же заключается в том, что любому мерамовцу нужен душевный покой. Если морально сломать мерамовца, то его можно уже считать мертвым. Он сходит с ума и медленно умирает. Это ужасное зрелище. Когда умер брат капитана, на вашем корабле, вы стали для Берса той неожиданной поддержкой, которая держит его на границе с безумием. Вся команда это понимает и не может забыть то состояние, в котором он был, когда вы не явились в назначенное время. - Я сидела, опустив глаза, и пыталась переварить информацию и не знала, что тут, можно сказать. Когда душевное спокойствие ставится на первое место это необычно и для того, кто рос в обществе, где с твоими переживаниями никто не считается и их принято скрывать, это трудно понять.

- Что бы вы, не думали о капитане Семесте, знайте, что вы то, что заставляете его жить. – Я подняла глаза на пилота, и увидела, что его слова искренне. Чтобы избавится от не ловкого чувства и продолжения разговора, решила перейти к активным действиям. Встала из кресла и подошла к приборной панели.

Прерывать гипер-прыжок не безопасно, но другого выхода я не видела, для исправления ситуации. Когда до пилотов, дошло что я собираюсь сделать, оба попытались меня остановить.

- Я знаю, что я делаю. - Был мой ответ на их протесты, а на заявление, что нужно согласовать действия с Берсом, попросила, чтобы с ним связались по внутренней связи и пригласили присоединиться.

Выжив из кресла Марша, села за управление сама. Корабль дернулся, при выходе и остановился. А я уже вводила код для создания черной дыры.

- Аделина, что черт... - Дальнейшее высказывания мужа заглушила сирена, объявляя о возникновение черной дыры в непосредственной близости от корабля.

Соседнее кресло пилота тут же занимает Берс и пытается исправить положение.

- Оставь! - Пытаясь перекричать сирену ору я. - Выключи сирену! Все под контролем! - На меня смотрят как на умалишенную и во взгляде явно читаются сожаление, что взял меня капитаном.

Тем временем мне удается завести корабль, не смотрю на старания Семеста, в черную дыру.

- Вводи координаты конечной точки! И выруби, наконец, сирену! – Ору я. - Если мы сейчас не введен направление, нас выкинет черт знает куда! - Мгновение Семест колеблется, но потом решает мне довериться, и вводит, наконец, координаты. На экране вспыхивает время прибытия в конечную точку. Полет будет длиться три минуты.

Сирену, наконец, отключают. И я оглядываюсь назад. В «сердце» присутствуют все пилоты, два хакера и навигаторы. Все поднятые по тревоге. Поворачиваюсь к супругу, тот сидит и внимательно меня изучает.

- Новая разработка ваших ученых? - Наконец спрашивает он. В его голосе слышится усталость.

- В несколько раз уменьшает время полета. Потом минут десять мы не будем существовать. Есть время оценить обстановку. - Решила я прояснить ситуацию до конца.

- В следующий раз предупреждай. - И объявляет по внешней связи боевую готовность, затем уходит.

Меня обступают пилоты и хакеры с вопросами по поводу использования черной дыры для перемещения. Вяло отвечаю, что не знаю принципа, что не скажу код открытия черной дыры, и что мы первые кто использует дыры на практике. После этого заявления, окружающие бледнеют и перестают меня расспрашивать.

- Похоже, с вами нам скучать не придется. - Марш был единственный, кто остался стоять возле меня. Ну, это и понятно, я все еще занимала его место.

- Думаю в моем запасе не так много выходок из разряда вон выходящего. И вы скоро привыкнете. - После этого я освободила место пилота и пересела в свое кресло. Вскоре и соседнее кресло было занято, и мы вышли из черной дыры.

Окружающий нас мир был словно черно белое кино, поставленное на паузу. По обстановке можно было понять, что противник значительно превосходит нас численностью, а половина наших кораблей при следующем выстреле потеряет способность к дальнейшему ведению боя.

Берс выругался, я его в этом полностью понимала, было видно, что бой проигран и как только мы в него вступим, нас прикончат.

- Капитан, что прикажете? - Было не понятно, у кого спрашивает пилот, но это было без разницы, идеи для выхода из ситуации не было ни у меня, ни у моего мужа.

Тишина, установившаяся в «сердце» корабля, давила и заставляла панику поднимать голову.

- Аделина, мы сможем сделать выстрел? - Обратился ко мне муж. Я только пожала плечами, но все же отдала приказ:

- Локальный, по ближайшему вражескому кораблю. - Приказ тут же выполнили, и заряд, покинув ствол орудия, завис в космосе по направлению к вражескому кораблю. Я перевела взгляд на Семеста.

- Есть шанс, что заряд достигнет своей цели, как только мы сами проявимся в реальности.

- Предлагаешь расстрелять все корабли противника?

- И увести из-под удара наши. - Я развернула кресло так, чтобы сидеть напротив Берса, а не рядом.

- Мы потратим большое количество зарядов и энергии, ты должна прекрасно понимать, что в случае неудачи мы будем на ровне с теми, кто ведет бой уже не первый час.

- В любом случае летальный исход неизбежен. Тут есть хотя бы шанс, что он будет не для нас. - Капитан кивнул, принимая решение, а в запасе у нас оставалось минут пять, а работа предстояла долгая.

Для экономии времени корабль разделили на две части, и там, где проходила линия разделения выросла прозрачная стена. Огромный корабль превратился в два средних, пока несуществующих в этой реальности корабля. И началась работа.

Кто-то может сказать, что обстрел кораблей, когда те не могут защититься не честно и подло, но, когда вопрос стоит: или ты или тебя, и плюсом еще несколько кораблей, мне кажется тут не до чести. К тому же, какой разговор может идти о чести, если противник в несколько раз превосходит тебя числом?!

За оставшееся время, предположительно было выведено большая половина противников и отведены от удара все союзники. Но оставались еще те, кто мог дать отпор, и они дали. Выход произошел незаметно, прозвучали взрывы, оповещая, что они достигли цели. Радость от того, что план сработал, тут же сменилась сосредоточенностью, когда на экране появилось предупреждение о наведения на нас локального выстрела.

- Восемьдесят процентов энергии на передние щиты. - Отдала я приказ, уже понимая, что после энергии останется только для того, чтобы двигатели не заглохли. Второго выстрела корабль не выдержит. Яркая вспышка ослепила меня на мгновение, но щиты выдержали.

- Капитан, второго попадания не выдержим. - Заикнулся кто-то из оружейников.

- Знаю! - Рявкнула, соображая, как сохранить корабль. Остается только маневрировать, и уклонятся от выстрелов.

- Кайл, освобождай кресло. - Отдала приказ пилоту, искренне надеясь, что не перепутала его имя. Второй пилот был примерно моего возраста с очень длинными, на мой взгляд, волосам. Но, похоже, с именем я не перепутала. Заняв место пилота, взялась за штурвал.

- Капитан, вас вызывают.

- Соединяй. - Ответила я, не отрывая напряженного взгляда с экрана.

Вызывал меня кто-то из союзников, как оказалось, он пытался организовать мне прикрытие, хотя сам был подбит и находился в гораздо плачевном состояние, чем мы. В резких формах оповестила его о том, что лучше бы сам пытался сохранить корабль, а не прикрывал меня.

Самое интересное, что таких вызовов с настойчивым предложением прикрыть было еще пять штук, на все я ответила отказом. То же, мне нашли принцессу, которую нужно оберегать и защищать.

Шестой вызов пришел от Берса. Он в такой же грубой форме, в какой я отказывалась от помощи, сообщил, что пора объединять корабль. А как только соединение произошло, чуть не убил.

- Какого, черта, отказываешься от помощи?! - Орал он на меня, предварительно подняв звукоизоляционную стенку.

- Я никогда не приму помощь, у тех, кому самому нужна помощь! - так же орала я. - И мне кажется, что сейчас не время предъявлять мне не обоснованные претензий! Кто я такая, чтобы меня должны прикрывать в ущерб себе?! - Берс отвел взгляд и предпочел отступить. Убрав стену, мы вернулись к управлению.

Добить почти разбитого противника не составит труда почти никому, ну или почти не составит. Но фактом остается то, что уже через полчаса мы летели на базу.

Стоит сказать, что когда корабль соединился, энергия сбалансировалась между двумя его частями. Очень интересная и практичная разработка.

Чтобы довести корабль до пункта назначение, присутствие капитана в «сердце» не обязательно, отсюда следует, что я могу, смело пойти к себе. Дяди уже большие и им не нужен постоянный контроль.

После горячего душа, который позволил снять напряжения после военных действий, завернувшись в мягкое, светло голубое полотенце, сдернув с кровати, покрывало, повалилась на нее. Уснула я моментально и уже не услышала, как в каюту вошел Берс.

Я стояла перед экраном и смотрела, как парламентеры выходят для переговоров на середину коридора между кораблями. Вот еще чуть-чуть и я увижу дядю. Сердце принимается бешено колотиться об грудную клетку. Воздуха катастрофически не хватает. Паника начинает поднимать свою голову.

Мужчина с нашей стороны тоже подходит к середине, оборачивается и смотрит на камеру. Это не дядя, это Берс…

Гребер резким движением достает оружие и стреляет. Семест падает, а я начинаю кричать, а в груди разрывается атомная бомба...

- Тшш... Тише девочка, успокойся... - Горячие, сильные руки укачивали меня, а по моим щекам катятся слезы.

- Лина... - Берс сидел, прислонившись спиной к спинке кровати, а я полулежала на нем упиравшись спиной ему в грудь.

Всхлипнув, попыталась слезть с Берса. Ключевое слово попыталась, мерамовец не отпустил меня, а продолжил укачивать и шептать, что-то утешительное.

И тут моя гордость сдала позиции. Развернувшись, поцеловала его, одной рукой пытаясь придержать сползающее полотенце. Секундное удивление, и он ответил на поцелуй. Господи! Как же я его люблю!

Потребность придерживать полотенце и дальше, как-то отпала сама по себе.

Муж ласково перебирал мои заметно отросшие, благодаря шампуню из "идеального мира", волосы. Было необыкновенно хорошо, и я была готова пролежать вот так в постели с ним хоть всю жизнь.

- Моя принцесса. – Прошептал он, прижимая меня теснее к себе.

В моих снах он всегда так меня называл, услышать это в первый раз бодрствуя, было неожиданно, и я вздрогнула, но тут же расслабилась, и, поднявшись на локте, поцеловала его в нос.

- Я знаю. - Берс поднял брови в удивление.

- Разве? - Кивнув, я еще раз его поцеловала.

- Пора вставать, скоро прилетим. - Сказала я, вставая с кровати и проходя к сумке с моими вещами, нужно будет разложить их потом в шкафу.

Берс внимательно наблюдал за мной горящими глазами, пока я не оделась.

- Ну?

- А мы уже давно прилетели. - Лениво потягиваясь на кровати, сообщил мне мерамовец.

- А почему ты мне ни чего не сказал? - Справившись с шоком, спросила я, подходя к кровати.

- Я пришел тебя будить, когда... Ты кричала. Лина, я очень испугался за тебя. - Я прилегла рядом с Берсом, положив ему голову на грудь, и обняла его. - Что тебе снилось? - я покачала головой. - Лина, я хочу, чтобы ты мне доверяла.

- Со временем. Пошли, нас наверняка ждут. – Ему только и осталось мне подчиниться.

Мне приходилось присутствовать на военных советах. Большой зал, в центре стоит стол, за которым сидят капитаны, чьи боевые заслуги позволяли им сидеть рядом с императором и военным министром. Вокруг стояли трибуны, на которых сидели все остальные военные.

Так вот, как не трудно догадаться, я обычно сидела на трибуне, а мой дядя за столом, в этот же раз мое место было за столом, рядом с Берсом, который в свою очередь сидел по правую руку от императора. Отсюда делаем вывод, что мой муж министр по военной части. Приплыли. Этого он мне не говорил. Да мы практически и не разговаривали. Я вышла замуж за человека, о котором ничего не знаю. Больше не буду пить в сомнительных компаниях, и принимать даже самые простые решения хоть с малой долей алкоголя в крови.

Сев за стол Берс обратился к Императору:

- Что ты тут делаешь?! - он обращайся шепотом, но мне все прекрасно было слышно.

- Отец отказался от титула в мою пользу, после смерти Гвора. Чаще бы выходил на связь, знал бы о смене своего положения раньше, наследник.

А я сидела и тихонечко офигевала. Наследник блин. С каждой минутой все интереснее.

- А вы милая девушка, как я понял Аделина, супруга, моего младшего брата? - обратился ко мне император. Я в ответ только кивнула, смотря прямо в глаза своего мужа. Интересно, каких еще тараканов и скелетов он имеет? Берс виновато на меня посмотрел. Я его понимала. Мы знакомы меньше месяца, общались при этом от силы часов десять. За это время невозможно рассказать все о своей жизни.

- Сочувствую вам. - Я перевела взгляд на правителя, а он продолжил:

- Мой брат далеко не подарок. Как же вы дали согласие на брак?

- В состояние алкогольного опьянения. - Наслаждаюсь растерянностью на лице правителя и ужаса супруга.

- Берс, я же тогда просто шутил, по поводу женитьбы на пьяной невесте. Зачем же принимать мои слова в серьез?! – Похоже, старший брат был глубоко поражен поведением младшего.

Дальше наш разговор не продолжился в виду начала военного собрания.

Собрание продолжалось часа три. Его итогами стала утвержденная военная стратегия и план дальнейших действий.

После собрания, вернувшись на корабль, я с Берсом впервые поговорили спокойно, не повышая голоса и не выходя из себя (это все относится на мой счет). Из разговора я смогла узнать некоторые подробности о семье мужа, его положение в обществе и о сложившейся ситуации.

Выходило весьма интересно:

У правителя Мерама было три сына (как в сказке). Старший сын Торш, средний Гвор и младший Берс. После смерти Гвора, Торш стал императором, и до появления у него детей (а он еще не желает, и обзаводиться семьей пока не планирует) Берс будет являться наследником престола.

Что же касается моей роли в этой игре, то после завершения военных действий, на меня как на жену наследника престола накладываются определенные обязательства. От примерного перечня обязательств и нормы поведения мне резко поплохело. С этой минуты я буду искренне молиться за здоровье шурина. Ведь если с ним не дай бог что-нибудь случиться...

В общем, кошмар на всю будущую жизнь мне обеспечен. А отказаться от этой почетной обязанности я не смогу.

Развод у Муромцев существовал, но только не у правящей семьи. В моем случае расторгнуть брак можно только после смерти одного из супругов.

Нельзя сказать, что я была сильно расстроена этим известием, ведь не надо было думать о разводе, показывать свою гордость и возможно потерять раз и навсегда человека, предоставленного мне самой судьбой. В общем, меня все устраивало в сложившейся ситуации, кроме титула моего супруга.

После разговора обстановка на корабле стала намного лучше. Уже не чувствовалось того напряжения, и граница разделения корабля и команды практически исчезла, появляясь лишь когда корабль разделяли для ведения военных действий.

День проходил за днем. Уже прошло полгода, с того момента, как я заключила договор. И я с каждым часом убеждалась, что решение, принятое на пьяную голову не такое уж ужасное и даже принесло мне больше пользы и счастья, чем, если бы отказалась, будучи трезвой. У меня есть любимая работа, есть муж, есть команда и корабль, что еще нужно для счастья? Наверно только победа в войне. А так как силы равны, победа далеко.

Бои были не столько кровожадными, сколько выматывающими. Не одна сторона не могла одержать победу или хотя бы хоть на шаг приблизиться к ней.

Сегодняшний бой длился уже десятый час. Корабль пришлось соединить на шестом часу боя. Сторона Берса была сильно повреждена, команда тоже была не в лучшем состояние, а сам же капитан еле держался на ногах.

После соединения, корабль недолго продержался, пришлось перейти на резервные генераторы и отсоединить, предварительно переведя людей, половину Берса. Она только отнимала энергию. В этот раз перевес сил был на стороне Греберов.

- Лина... - ко мне подошел Берс. По его виску сбегала струйка крови, а ноги подкашивались. Повернувшись к нему от пульта управления, еле удержалась, чтобы не высказать все, что я думаю об его умственных способностях. Ну, вот какого он спокойно не лежит в каюте, ну на худой конец не сидит в кресле, а ползает по всему кораблю?! С его командой удалось справиться и отправить раненых по постелям, но вот почему не удается справиться с капитаном? Я и сама не железная, несколько часов на ногах, а еще он, строит из себя героя, руководителя. Устало подошла к мужу с целью усадить его в кресло.

- Как обстановка? – спросил он, на минуту прикрывая глаза.

- Без изменений. Капитан Семест, я, конечно, понимаю, что вам непременно нужно находиться «у руля», и вы не будете обращать внимание на такие мелочи жизни, как слабость и не состояние стоять на ногах. Но вам следует учесть одно обстоятельство, что еще полчаса такого поведения, и вас можно будет выносить. – Развернувшись, я пошла к пульту управления, чтобы вызвать бортового медика.

- Тобиас, подойдите в сердце. – На другом конце канала ответили утвердительно, и, отключившись, повернулась к Берсу.

- Сидеть, на месте, в идеале не двигаться. – Ответ Берса по поводу моего самоуправства мне не суждено было выслушать, вражеский крейсер вызывал нас по видеосвязи. Кивнула пилоту, чтобы разрешил связь. На экране появился капитан греберов. Что-то неуловимо знакомое было в нем, какое-то сходство между моим собеседником и убийцей моего дяди, наверняка его родственник. Я точно знала, что у него на экране отражается только Берс и мое пустое кресло, и изменять позицию я не собиралась.

- Приветствую вас капитан Анторы. – Начал свою речь греберовец. – Вы один? – Я кивнула Семесту, чтобы подтвердил.

- На данный момент да. Чем могу быть полезен? – Удивительно, как меняется человек, под обстоятельствами. Больной, понимая, что нельзя показывать свою слабость, будет выглядеть полным сил, несмотря на то, что его состояние далеко от этого.

- Я выступаю от лица наших правителей, с предложением о переговорах. – Что-то внутри меня оборвалось, три года назад дяде пришло точно такое же предложение. – Мы будем ждать вас капитан Семест, через три часа – на экране появилось сообщение с координатами – в указанной точке. Если вылетите сейчас, как раз долетите вовремя.

После того, как вызов был завершен, я посмотрела на мужа. Он тоже внимательно рассматривал меня. Вот интересно, какие мысли у него сейчас в голове? Лично в моей голове табунами бегали мысли о сходстве ситуации и дальнейшем пути ее развития. Я не могла допустить, чтобы на моих глазах погиб и Берс.

В «сердце» стояла тишина, нарушаемая только легким гудением аппаратов.

- Курс на заданные координаты. – Прервал тишину Семест, а вместо с ней и мои сомнения. Грустно улыбнувшись, вышла из «сердца», и как раз вовремя, к «сердцу» подходил бортовой медик. Он был очень большим мужчиной с весьма устрашающей внешностью, но, не смотря на внешний вид, в душе он был милый и добрый, как ягненок.

- Тобиас, мне нужно снотворное для Берса, желательно быстродействующее. – Мужчина внимательно на меня посмотрел.

- Капитан Ольхова, вы уверенны в своих действиях? – Я только кивнула. А Тобиас полез в свою сумку и вытащил медицинский пистолет.

- Правила знаете, экипаж не может вмешиваться в разборки капитанов. – Я снова кивнула и протянула руку за пистолетом, предварительно спросив:

- Но конвоирование бесчувственного тела капитана в каюту, же можно? А то я его на себе не дотащу. – Врач только хмыкнул. – Позовите двух рядовых и будьте готовы.

Ну, что ж пора разыгрывать представление.

Спрятав пистолет под рукав просторного свитера (нагло стащенного у Берса), зашла в «сердце», прошла к панели передач. Присутствующие активно занимались трудовой деятельностью, других капитанов уже оповестили о предложение переговоров. Половина кораблей уже отправились на базу, а наши пилоты уже готовились к гипер-прыжку. Пора вмешиваться.

- Марш, подожди, не торопись. – Прошептала, не опуская глаз от экрана, спиной чувствую взгляд мужа.

- Вы что-то опять задумали? – Оставив вопрос без ответа, резко развернулась, быстро подошла к Берсу и села ему на колени. Удивление в его глазах и непонимание, и чтобы удивление не переросло в подозрение, закрепила эффект поцеловав в губы.

Так получилось, что за шесть месяцев мы ни разу не были наедине. Эти месяцы были полны только работы. Нет, конечно, мы спали в одной постели, правда, по очереди. Приходя в каюту, я падала на кровать и тут же отрубалась, будил меня Берс, в свою очередь тоже падая и засыпая. Какая уж тут супружеская жизнь и романтика, когда все мысли крутятся вокруг сражений, а сам устаешь, как собака?

Так вот, пока Берс пребывал в шоке, ввела ему снотворное.

- Прости. – Глаза мужа медленно закрывались, и я смотрела, как он засыпает. Подошел Тобиас и приложил пальцы к вене на шее.

- Замечательно вводите вакцину, так ровно и так аккуратно.

- Спасибо за лестную оценку. – Это доктору, и уже рядовым: Отнесите его в каюту. – Экипаж смотрел на меня с непониманием, я и сама себя иногда не понимаю. Подойдя к пульту управления начала объяснять свои действия.

- Греберы пять лет назад объявили войну Ларелам, через два года, они предложили переговоры, на которых расстреляли в упор парламентера и направили оружие на корабль с экипажем, на котором прилетел парламентер. – Во время объяснения, подготовила корабль для гипер-прыжка, заменив координаты личным кодом, и когда появилась черная дыра, ввела координаты родной планеты. – Сейчас Герберы решили повторить свой трюк. – Рассказывала я, отходя от управления и садясь в своё кресло. Через пять минут должны прибыть на место. – Сейчас мы летим на Ларел, там меняем корабль… - и, не дожидаясь протестов, обосновала - Антора, не достаточно маневренна, и не в лучшей форме. После летим на встречу, но немного изменяем правила поведения при переговорах.

- Капитан Ольхова, вы уверены, в том, что это ловушка? – Спросил Марш. Как же меня достали вопросы, уверенна ли я в своих действиях. Пора было уже запомнить, что я уверена в себе, в своей команде и в доверенных лицах.

- Да. Капитан Берс важная фигура на доске, и его смерть должна ослабить, если не вывести из равновесия военную мощь Моара, не зря Гребер уточнил, что на переговоры должен явиться капитан Семест.

- Но, вы, как я понял, не намерены отпускать его на переговоры? – Я улыбнулась пилоту.

- Правильно поняли. Туда пойду я. – Марш открыл рот, но я не дала ему сказать. – Возражения не принимаются и моё решение не обсуждается.

- Тогда у меня есть единственный вопрос. – Марш, сцепил пальцы в замок и обхватил колено. – Кто сообщит капитану Семесту, что его жена и второй капитан погибли вместо него?

- Думаю… - голос предательски сорвался. – Давайте решать проблемы по мере их поступления. – Знала ли я, что шанс вернутся с корабля Герберов, ничтожно мал, если совсем не отсутствует? Определенно да. Но все, же я надеялась, тайно на этот шанс.

- Введите запрос на посадку в порту Либод.

- Посадка разрешена. – Отрапортовал пилот.

- Тринадцатый ангар. – Практически безжизненным голосом произнесла я, а затем вышла из «сердца». Пока я на планете, хочу увидеть родителей, а то боюсь, другого шанса жизнь мне не предоставит.

В маленьком домике с желтой обшивкой и коричневой крышей жили мои родители. Подъездная дорожка подсвечивалась маленькими фонариками, журчала вода в декоративном фонтанчике на лужайке. Какая-то ночная птичка пела из пышного, зеленого куста.

Отогнув рукав черной водолазки, посмотрела на циферблат электронных часов, синие цифры показывали час ночи. Я очень надеялась, что родители еще не спят.

Открыв тяжелую дубовую дверь, вошла в маленький коридорчик, куда пробивались лучи света из кухни.

- Родители. – Позвала я, снимая ботинки. Из кухни вышел папа, а следом за ним и мама. – Опять трамбитесь на ночь?

- Вернулась… - Мама подошла ко мне и обняла. – Я боялась, что ты уже не вернешься. – По её щекам катились слезы, а я посмотрела на папу. Примерно четыре месяца назад, я сообщила ему, что подписала контракт с Моаровцами, и сейчас являюсь капитана военного корабля. Тогда он согласился со мной, что маме знать это не обязательно, а сейчас выясняется, что он ей все рассказал.

- Мамочка, не надо плакать. – Я вытерла ей слезы и улыбнулась. – Со мной все в порядке. У меня не так много времени, и через полчаса я должна буду уже отправляться на корабль. – После этих слов мама отступила и посмотрела на меня строго и сердито.

- Зачем ты опять ввязалась в войну? Хочешь повторить судьбу своего дяди?! Нам в семье хватает одного самоубийцы, возомнившего себя герое! Не повторяй тех же ошибок, выйди замуж, устройся на нормальную работу, роди детей. – Мама снова начала плакать. А мне от её слов стало смешно и ужасно грустно, ведь я полностью повторяю судьбу своего родственника, и при этом умудрилась выполнить два её условия, хотя с втором она была в корне не согласна.

- Оставь её, она не даст себя убить. – Папа подошел и обнял меня. – Пошли на кухню малышка, расскажешь, как у тебя дела. – И я дала себя увести на кухню.

Полчаса пролетели за одну секунду. Я интересовалась всеми происходящими у родителей делами, узнала, что Лилия ждет ребенка. Про мою работу по умолчанию мы ничего не говорили.

И вот, стою на крыльце и снова обнимаю родителей, на этот раз, прощаясь, возможно навсегда.

- Я люблю вас мама, папа. – Я стараюсь улыбаться, удерживая слезы.

- Мы тоже тебя любим. Постарайся вернуться. – Мама не скрывала своих слез.

- Мам…

- Ты думаешь, я не поняла, что ты прилетела сюда попрощаться с нами?! – Папа подошел и обнял маму за плечи. Я опустила голову.

- Простите… - И, развернувшись, пошла по дорожке к маленькому красному кораблю, взятому в аренду в порту, для перемещения по планете.

- Лина! – Я оглянулась, ко мне шел папа. – Лина, ты сейчас к Лидии? – Покачала головой, у меня уже не осталось времени попрощаться с сестрой. – Подожди минутку. – И папа убежал в дом. А на крыльце стояла мама и смотрела на меня.

- Мама, я вернусь, обещаю. – Она кивнула, хотя не верила в мои обещания. Я бы тоже себе не поверила.

Папа принес две капсулы, размером с арахис.

- Лидия просила передать тебе это. – Он отдал мне капсулы. – Моментальное перемещение из любой точки в другую для одного человека. – Мои глаза расширились, разработка, над которой бились ученые не одно столетие, лежала у меня на ладони.

- Она боялась, что ты не приедешь к ней, и вот её тревоги оказались не напрасны. Аделина, используй только в крайнем случае, их было крайне трудно достать, а еще капсулы не использовали в полевых условиях. В лаборатории работает, а вот вне ее стен… – Я обняла папу.

- Передай Лилии, огромное спасибо! Она подарила мне шанс на жизнь. – Прошептала я на ухо папе.

- Все так плохо?

- Герберы потребовали переговоры. – Больше я могла ничего не объяснять, он и так все понял.

- Удачи, дочка. – Папа выпустил меня из объятий, и как только я села в корабль, и отъехала на достаточное расстояние, чтобы родители не видели меня, заревела.

Когда я поднималась на бывший дядин корабль темно зеленого цвета, я уже успокоилась и была сосредоточена и полна решимости.

Марш и второй пилот сидели за штурвалом и осматривали «новую» панель управления. Хакер со стороны Берса, вроде бы Лонд, пытался взломать код бортового компьютера, чтобы войти в систему.

- «Лилина», - обратилась я к хакеру. – Пароль «Лилина». – Он поднял голову и посмотрел на меня, а я указала на фотографию, прикрепленную к стене над монитором. На ней была изображена я и сестра двадцать лет назад, мы сидели на качелях в парке и ели фруктовое мороженное. Эту фотографию сделал дядя, для того, чтобы его любимые племянницы всегда были с ним на любом задание. Своей семьи у него не было, и в свое свободное от службы время он проводил с нами. Вот и пароль у него состоял из наших имен.

Хакер ввел пароль и зашел в систему.

- Прежде чем лезть в окно, попробуй постучать в дверь, вдруг откроют.

- Греберам тоже будете стучать в дверь, капитан? – Хакер явно был против моих затей, и старался это показать.

- Нет, полезу через пространство. – На меня уставились, как на дуру. Ну да, ну, да, сама себе бы не поверила. - Мне нужна программа, которая сможет передать всю информацию системы на один компьютер.

- И защищенную? – Хакер подобрался, и можно было видеть, как его мысли уже забегали вокруг программ, которые могли бы подойти.

- Особенно защищенных. – Лонд нахмурился, но уткнулся в компьютер, ища программу. – А так, же нужна вирусная программа, полного уничтожения всей системы. И желательно скомбинированная с первой. – Моаровец хмыкнул, и больше не отвлекаясь на внешние раздражители, углубился в работу.

- Приготовится к отправке, курс на систему Ружрен. – Заняв свое место, стала наблюдать, за тем, как исполняют мой приказ, не прекращая при этом обдумывать план дальнейших действий.

Лилия спасала дядю и меня новыми разработками не один раз. Другой вопрос, что некоторые из них были неопробованные на практике и иногда в итоге результат не мог предсказать никто. Сейчас благодаря сестре, у меня есть шанс, может быть и не на жизнь, но шанс, испортить систему и передать данные.

Мне совершенно не охота изображать из себя героя и идти сознательно на верную смерть. Чтобы не отступить назад нужно еще больше мужества, чем нужно для шага вперед. И чтобы не сделать этот шаг назад, необходимо загнать себя в угол, отрезать все пути отступления. И тогда не останется иного выхода, как идти вперед. Это не смелость, это необходимость.

Как только, корабль вышел в зону доступную для гипер-прыжка, открыла черную дыру. Перемещение будет длиться шесть минут, у хакера осталось совсем немного времени для комбинирования двух программ.

- Капитан Ольхова, вы помните, что я вам рассказывал о эмоциональной зависимости Мерамовцев?

- Да, Марш, и поэтому, найдите ему новую привязанность, как можно скорее, если я не вернусь.

- Но капитан! – Я остановила дальнейшее высказывание пилота. Вынос мозга, это последнее, что мне сейчас нужно. Вместо этого я прошла в каюту, где лежал Берс.

В отличие от Анторы на Sperare не было больших кают, так как он сам был не очень большим кораблем, но зато маневренным и энергетические запасы у него были намного больше.

Прежде чем подойти к односпальной кровати, на которой лежал Семест, и сесть рядом с ним, сменила черную водолазку на китель. В нем я чувствовала себя более защищенно, да и в карманы можно положить полезные вещички.

Поцеловав мужа тихонько прошептала ему на ухо, хотя знала, что он не услышит:

- Прости, я эгоистка. Но я не смогу пережить еще одну смерть любимого человека. – Ресницы Берса задрожали, и он открыл глаза. В нутрии меня, что-то оборвалось. Он не позволит мне совершить задуманное – пронеслась мысль у меня в голове.

– Прости - в последний, раз прошептала я, и выскочила из каюты, закрыв дверь на кодовый замок с той стороны, предварительно вводя программу, чтобы было невозможно открыть из нутрии. Я слышала, как Берс звал меня, а потом дверь сотряслась от удара.

Мы прибыли в точку назначения, корабль противников уже был на месте. Пора было начинать действовать.

- Двери в мою каюту не открывать, пока не отойдете на достаточное расстояние от корабля Греберов. – Проинструктировала команду я, при этом отстегивая от пояса оружие. – Лонд, давай программу. – Хакер протянул мне чип.

- Информация будет поступать на наш компьютер, возможно, займет больше времени, по окончанию уничтожит систему. Вам лучше убраться оттуда до взрыва. – Голубые глаза хакера смотрели на меня и видели смертницу. Так же на меня смотрела и вся команда. В «сердце» стояла гнетущая тишина.

- Что ж, - мой голос прозвучал хрипло, и я прокашлялась. – Держите корабль на прицеле, если появятся другие корабли, уходите. – В полном молчание я ввела координаты вражеского корабля и координаты ближайшей населенной планеты на устройства мгновенного перемещения, и прежде чем активировать первый, спрятала второй в маленький карманчик на манжете кителя, предусмотренный специально для капсул.

- После уничтожения, вражеской системы, я перемещусь на Людойд. Если сигнал не подам в течение суток, - в горле образовался ком, - вам потребуется новый капитан. – И я раздавила устройство мгновенного перемещения, чтобы не видеть взглядов людей, которые понимали, что скорей всего я не вернусь.

Яркая вспышка ослепила меня, а после осталась тошнота, и темные круги перед глазами. Сделав шаг, я чуть не поприветствовала пол корабля, схватившись за приборную панель, переждала головокружение. Придя в себя, я огляделась. Мне определенно повезло, я находилась в «сердце» вражеского корабля, а все присутствующие застыли во времени.

Не теряя больше времени, вставила чип и запустила программу. Установив связь сo Sperare, узнала, что информация поступает. Я уже совсем собиралась покинуть корабль, как время вернулась в привычное русло. Я тут же оказалась окруженная и под прицелом.

- Кто такая?! – Прорычал мужчина, судя по всему, помощник капитана, так как сам капитал с величием смотрел на меня со своего кресла. У меня больше не осталось сомнений, что капитан гребероского корабля близкий родственник ныне покойного убийцы моего дяди. Меня силой принудили встать на колени, но они не могли мне не позволить гордо держать голову, тем самым показывая, что, даже физически находясь в невыгодном положение, я все равно не потеряю своего достоинства.

- Я не собираюсь спрашивать дважды! – К моей голове приставили бластер.

- Я парламентер Моара. – Смотрю прямо на капитана корабля.

- Мы настаивали, чтобы им был капитан Семест, только на этих условиях мы согласны проводить переговоры. – Я попыталась вырваться, но меня тут, же схватили за плечи двое греберов, этим самым не дав шевелиться.

- А я и есть капитан Семест. Аделина Семест. – И видя недоверие, внесла предложение – Можете посмотреть по базе, что у корабля Андоры два капитана и оба с фамилией Семест. Условие выполнено. - Капитан встал с кресла и подошел ко мне, дав знак отпустить меня. Я тут же поднялась с пола. Но прежде чем отойти от меня на достаточное расстояние, проверили наличие оружия. Браслет не привлек их внимание, а другого оружия у меня с собой не было.

- Твое лицо мне знакомо. Как зовут? – От его голоса по коже побежали мурашки, и я вспомнила, кто это. Брод'Арлим – отец убийцы моего дяди. Мне точно не выбраться живой.

- Капитан Брод'Арлим, я вроде уже назвалась, проблемы со слухом? – Главное не показывать свой страх и оставаться спокойной. Капитан крепко схватил меня за подбородок и принялся рассматривать моё лицо, поворачивая из стороны в сторону. От его хватки в будущем появятся синяки, но это самое малое, что меня сейчас заботило, в глазах греберовца проскользнуло узнавание.

- Ты!

- С парламентёрами так не обращаются. – Холодно заметила я.

- Но парламентёры и не взламывают систему! – Зло прошептал мне в лицо помощник капитана, а затем пояснил, чтобы, ни у кого не осталось сомнений: – Она запустила какой-то вирус к нам в систему! Капитан, мы пытаемся его ликвидировать, но пока безуспешно. - Я мысленно порадовалась их неудачам. Молодец Лонд, знает своё дело.

- Ты немедленно остановишь свой вирус, и обещаю, я убью тебя быстро! Для тебя, тварь, эта невиданная щедрость. – Схватил меня за горло Брод'Арлим.

- Если вы намекаете на то, что я убила вашего сына, так это было осуществлено по вашим же законам! – Пытаясь, высвободится от захвата, прошептала я.

- Закон не распространяется на военное время!

- Переговоры, всегда приравниваются к мирному времени. И именно в это время ваш сыночек убил капитана Ольхова. – Первый удар пришелся на лицо, затем удары посыпались по всем жизненно важным органам. Мне еще никогда не было так страшно. Я допускала тот факт, что умру в сражение, от пули, лазера или взрыва, но я даже не могла предположить, что могу умереть от побоев. Сквозь боль я слышала, как Брод'Арлим отдал приказ открыть огонь по Sperare. Слышала, что мой корабль первым сделал выстрел и повредил часть системы. За все неудачи греберовцев отвечала я. Удары становились с каждой минутой все сильнее.

Внезапно все прекратилось. С невероятным усилием встав на колени, и удивившись, что все еще способна шевелиться, сплюнула кровь на сапоги капитана. Руки и ноги дрожали, а тело превратилось в сплошной комок боли.

- Останови вирус и атаку, иначе твоему короблю и экипажу придёт конец! – Прорычал гребер мне на ухо.

- Сами останавливайте, если вам так надо. – Мой голос прозвучал подобно скрипу ржавого железа. За корабль я могла не волноваться, даже если они подзовут подкрепление Sperare маневренней и быстрее любого корабля греберовцев.

...Sperare – на забытом языке моей планеты это означает надежда. Надежда – самое светлое слово в любой войне.

Sperare первый и самый маневренный корабль, который был у военной мощи Ларела. По счастливому жребию он достался моему дяди, после окончания академии, и он полностью его выкупил спустя три года военной службы. Sperare дарил надежду отчаявшимся в космосе на протяжение семи лет. Ведь если и прекращалась война с одной планетой, то непременно начиналась заново с другой. Последние три года для моей планеты являются относительным затишьем.

В этот день Sperare снова подарит надежду воюющим в космосе, и потеряет второго своего капитана…

Боль разрывала мою голову, клоня её к земле. Меня перестали избивать, а принялись изощренно пытать радиационными волнами, вызывая головную боль, которая захватывала всю меня целиком, и становилось единственным, что я чувствовала, видеть и слышать я уже не могла.

- Останови вирус! – Когда греберы поняли суть вируса, попытались удалить систему на своем корабле и перекрыть доступ к другим кораблям. Но видимо Лонд не только скомбинировал две программы, но и добавил функцию «заморозки» системы.

- Немедленно! – Меня ткнули лицом в пульт управления.

- Идите к черту… - Еле проговорила я, наслаждаясь временным перерывом от пыток.

Меня схватили и потащили к какому-то отсеку.

Перед входом, разорвали на груди мне китель. Под ним у меня находился черный костюм с «идеальной» планеты.

- И где интересно ты достала этого паразита?! – Я подняла затуманенные болью глаза на капитана. В них он мог прочитать не понимание. – О господи! Девчонка, на тебе паразитирующий организм, да он поддерживает температуру твоего тела в норме, но за это пожирает годы твоей жизни! Год ношения такого костюмчика и пяти лет жизни, как не бывало! – Интересное открытие, только неактуальное на данный момент. – Но моя естественная доброта поможет тебе избавиться от паразита. В контакте с солью они погибают. Бринт, Колт, принесите раствор соли, три к одному будет вполне достаточно. – Миссионер блин нашелся. Вот вы поверите в добрые намеренья человека, у которого отняли сына? Мне почему-то не вериться. Но тратить силы на возражения я не стала, и так стою на ногах, благодаря, тому, что греберовец держит меня за шкирку.

Бринт и Колт на удивление быстро притащили огромный чан с холодной водой. Облив меня с головы до ног, встряхнули как котенка и с милой улыбкой садиста посоветовали:

- Охладись, милая. – После этого, меня втолкнули в служебный отсек. Не удержавшись на ногах, я упала на пол и осталась там лежать.

Вокруг меня стены были покрыты инеем, и было ужасно холодно в сырой одежде.

В такие отсеки, как этот обычно заходят в герметичном костюме, чтобы не замерзнуть. Мой паразит, согревавший меня, черной жижей стекал вместе с каплями воды на пол, образуя лужу, которая грозила вот-вот замерзнуть, как и я сама.

Чего я жду? Капсула мгновенного перемещения со мной, что мне мешает её раздавить прямо сейчас? Страх, что не переживу перемещение? А есть ли какая-то разница, как умирать? Так я пролежала минут двадцать, и ждала непонятно чего.

Система оповещения об опасности заревела раненным зверем, оповещая, об уничтожение всего корабля через пять… четыре… секунды. Мои губы растянулись в улыбке. Данные переданы, работа завершена. Надавив на кармашек на манжете, раздавила капсулу. Запоздалая мысль скользнула в сознание, что надо было бы проверить координаты прибытия, не дай бог изменилась хоть одна цифра. Оказаться в открытом космосе не входило в мои планы.

Взрыв, уничтоживший корабль прогремел на секунду позже, чем я исчезла с него. Бой был выигран, а со сведеньями не далеко и до победы в войне.

Из кабинета, в каюте капитана туристического лайнера, лился приглушенный свет в спальню. Такая знакомая и родная обстановка и ощущение полной безопасности.

Все происшедшее со мной было сном. Дурным сном. На самом деле, я нахожусь на своем лайнере, курс пролегает на Лизат.

Все бы было отлично, если бы не тело, которое болело так, как будто, по мне проехал каток. Попыталась перевернуться на бок и изо рта вырвался стон. Больно.

Зеленый огонек на двери мигнул, пропуская в каюту подругу.

- Нелли, что со мной?! – Мой голос был хриплым, а пересохший язык царапал горло.

Девушка молча подошла к моей кровати. – Нелли? – Красивое личико координатора искривилось в гримасе ненависти. В её руке, занесенной надо мной, блеснуло лезвие кухонного, разделочного ножа. Кошмар продолжается.

Сложно представить каких сил стоило мне уклониться от удара ножом в грудь. Откатилась к другому краю кровати, я упала на пол.

- Нелли, Нелли, Нели… - Разъяренная девушка гарпией нависла надомной. – Может, поговорим? – Подруга не была настроена на разговоры, ей зачем-то потребовалась моя смерть. И ей бы удалось достичь поставленной цели, если бы дверь повторно не открылась, и в каюту не вошел Роман с бортовым врачом. Правильно оценив ситуацию, новый капитан лайнера (все же не сон) сбил Нелли с ног.

Прижав ее к полу и выбив из рук нож, бывший сокурсник, обратился ко мне:

- Лина, ты как?

- А сам не видишь? – доктор подошел ко мне. – Ей лежать и лежать, а она тут спортом занимается. Напомнить тебе, что у неё все органы отбиты, сотрясение мозга и обморожение?

- Рома, я в порядке, правда. – Моему заверению не поверили, и врач, переложив меня снова на кровать, принялся за медосмотр. Капитан же вывел из каюты Нелли.

- Отдыхайте миссис Ольхова. – Я уже было открыла рот, чтобы возразить, что я уже не Ольхова, а Семест, как поняла, что собираюсь сказать. Упиралась, и не хотела менять фамилию, а сейчас чуть не поправила человека, назвавшего меня моей родной фамилией. Когда же я определюсь с тем, чего я хочу?

Я бы наверняка заснула, если бы нежелание узнать причину, подвигнувшую Нелли напасть на меня.

Бортовой медик наверняка бы меня убил, за мою идею не только нарушить постельный режим, но и присутствовать на допросе, который наверняка уже проводить Роман.

Встав с кровати, и стараясь не сильно стонать от боли, направилась к стулу, на котором лежало мое чистое нижнее бельё и штаны, под стулом стояли мои ботинки. Кителя не было. Если вспомнить, что его разорвали, то становится понятным, почему данная вещь моего гардероба отсутствует. Ну, ничего, можно ведь нагло позаимствовать из гардероба бывшего однокурсника какой-нибудь свитер.

Одевшись, вышла из каюты, и, придерживаясь за стенки, направилась в сторону… так, а в какую сторону мне идти? К счастью Рома, как раз шел за мной.

- Я так и знал, что ты не будешь лежать в постели, даже если будешь находиться при смерти. – Капитан говорил без укора в голосе, но его слова так напоминали мне мои собственные, которые я говорила Берсу. Грустная улыбка посетила мое лицо.

- Ты прав. Веди меня к ней. – Без лишних слов мужчина при обнял меня за плечи и повел в каюту Нелли.

Девушка сидела прикованная наручниками к спинке кровати. Как только я зашла, она одарила меня таким взглядом, что лучше бы мне быть мертвой.

- И так Неллина, зачем ты пыталась убить миссис Ольхову. – Я была не уверена, что Нелли, что-то скажет. Так каково же было мое удивление, когда девушка заговорила, при этом устремив взгляд куда-то вдаль. Позже, Рома объяснил мне, что он напоил её сывороткой правды, что было не вполне законно.

- Все началось еще в университете, она получила последнее место в группе, для подготовки капитанов кораблей, а мне пришлось, идти в группу координаторов, хотя проходной балл у нас был одинаковым! Всем было известно, что её дядя постарался, чтобы любимую племянницу взяли. А потом она предлагает мне работу под СВОИМ началом. Это было как плевок в лицо.

- Зачем же ты согласилась? – Меня очень интересовал этот вопрос.

- Все дело в Поле. Я встретилась с ним в одном из баров, после войны. С первого же взгляда, я поняла, что он тот, кто мне нужен. Естественно, как только я увидела его у тебя на корабле, я согласилась на твое предложение. А он сделал вид, что не узнает меня и собачонкой бегал за тобой, преданно заглядывая в глазки!

- Это все? – Устало спросила я, прислоняясь к стене. Силы постепенно покидали меня.

- Естественно нет. – С долей превосходства ответила бывшая подруга.

- Со временем я простила тебе Поля. Но тут появился морамовец и естественно, все его внимание было направленно не на жалкого координатора, а на капитана, которая пошла на риск, спасая его команду.

Когда ты покинула корабль, я постаралась и установила в твой одиночный корабль энергетическую бомбу. Высосав всю энергию из корабля, она должна была взорваться. Но ты не погибла. Но нет. Спустя полгода ты снова перешла мне дорогу! Свалилась непонятно откуда, во время отправки с Людойда капитану на руки. И последние четыре дня, он только и сидел рядом с твоей кроватью! А ведь Рома мне еще в университете нравился, и ты об этом прекрасно знала. Ты должна быть мертва! Мертва! Мерт… – Дальше слушать не имело смысла. Рома тоже, так думал, поднявшись, он помог мне добраться до моей, извиняюсь уже его каюты.

Когда я снова улеглась в постель, моё любопытство подняло голову вверх.

- Рома, что произошло еще за эти четыре дня? – Капитан, уже собиравшийся выйти из спальни, развернулся и присел на край кровати.

- В мире или на лайнере?

- В мире.

- Создается Альянс, против греберов. Поступила информация, что они собираются захватить всю галактику, объявляя войну планете за планетой и подчиняя их себе. Они завоевали уже около десяти планет. Наша отбилась, планета Моар в состояние войны, ну это ты и так знаешь. – Он на минуту замолчал. – Теперь ты мне будь добра ответь на вопрос. Откуда ты свалилась мне на голову. И я имею в прямом, а не переносном смысле. – Я улыбнулась.

- Опробовала новую разработку наших ученых на практике.

- А больше ты и не скажешь.

- Не скажу. Возможно потом, но не сейчас. – Роман все понял и оставил меня в каюте одну.

На следующий день мы прибыли домой. Рома довез меня до дома, и сдал меня счастливым родителям. Мама не могла нарадоваться, что я жива. Им сообщили, что, достав секретную информацию, я погибла на вражеском корабле. А тут их дочь привозит капитан лайнера. Становиться понятно, почему мамочка влюбилась в Романе и пригласила погостить у нас на даче. Рома пообещал как-нибудь обязательно воспользоваться предложением, а пока дела не отпускают. На этом обещание он покинул нас. А на следующий день он прислал мне цветы, с пожеланием поскорее выздоравливать.

Следующую неделю я приходила в себя, а за это время Альянс разнес греберов. На данный момент греберы стали вымирающим видом, полностью подчиненными Альянсу.

Я очень жалела, что не участвовала в финальной битве, а мама же напротив была этому рада. Меня охватила какая-то апатия. Никого не хотелось видеть, ни с кем не хотелось разговаривать. Подруга предала, все знакомые считают меня мертвой, в финальной битве не участвую, и контракт с Моаром подходит к концу. Возвращаться снова на туристический лайнер? Нет. Я не смогу жить спокойно. Играть роль примерной жены и растить детей тоже не для меня. Кстати насчет примерной жены. За все время, я ни разу не попыталась связаться с Берсом. Он точно знал, благодаря татуировке, что я жива и в безопасности, но рисунок на запястье не мог указать ему место моего назначения. И я не спешила заявлять о себе мужу, хотя уверенна, он волнуется, и как только все утрясётся, он обыщет всю галактику, чтобы найти меня. И найдет. Возможно… не сразу, но найдет… Вот тогда и встретимся…

- Лина… - на веранду где я предавалась размышлениям, зашел Роман. В его руках был огромный букет цветов. – А Берс ни разу не дарил мне цветов – мелькнула в голове шальная мысль. Прогнав её, я фальшиво улыбнулась сокурснику. Его видеть я тоже не хотела, хоть он и спас мне жизнь.

- Аделина, я пришел сюда, чтоб… - Он купился на фальшь, Берс бы не купился.

- Лина, каков будет твой ответ? – Из-за своих мыслей я пропустила вопрос Романа.

- Прости, ты не мог бы повторить вопрос? – мужчина уронил голову на колено, на котором он стоял (так, а почему он стоит на одном колене?!), но потом, протянув мне, букет и посмотрев глаза повторил:

- Лина ты согласна стать моей женой? – Приплыли.

- Ром, я как бы немного замужем.

- Линочка, - терпеть не могу, когда меня так называют – ключевое слово немного. Сейчас мы состоим в Альянсе, а это значит, - что брак, заключенный с твоим капитаном будет действителен только на его планете и негде больше. – Я поднесла правую руку к груди, а левой потерла запястье, где была нанесена татуировка. – Я предлагаю тебе совместное будущие.

- Полигамия меня не устраивает. – Слишком резко, чем хотелось, ответила я.

- Понятно. – Положив цветы на стол рядом со мной, он развернулся и пошел на выход, но остановившись в дверях спросил: - Любишь? – Мой ответ вырвался быстрее, чем я подумала:

- Да!

- Тогда вам нужно будет пожениться по правилам альянса. Ах, да, чуть не забыл. – Несостоявшийся жених достал из кармана конверт и передал его мне. – Тебя награждают «Высшим» орденом за заслуги перед Альянсом. – Ты будешь первым человеком, кто его получит лично. – И он ушел, больше не оборачиваясь.

Открыв конверт, быстро пробежала глазами приглашение, адресованное моим родителям. Меня действительно награждали «Высшим» ордером. Ордером, который дают посмертно…

Мое появление на церемонии было весьма эффектно. Естественно, человек, которого наградили посмертно пришел за наградой. А ведь все присутствующие были твердо уверенны, что я мертва, иначе наградили бы другим ордером.

Но самое интересное заключалось в том, что носитель такого высокого ордера, не имеют права отстранять от военной службы, если он не выходит на пенсию. Отсюда следует, вручив мне, ордер меня восстановили на службе. МЕНЯ ВЕРНУЛИ НА МОЮ ЛЮБИМУЮ РАБОТУ!!!

Апатия прошлых дней прошла, в глазах снова появился азартный огонек к жизни, а за спиной выросли крылья. И на этих крыльях я полетела к мужу. Ну ладно полетела на одноместном корабле, предварительно достав и обезвредив энергетическую бомбу (Нелли, надеюсь тебе комфортно в тюрьме).

Четыре дня пути, и я на планете. Как жена наследника, без проблем получила разрешение на приземление и как раз вовремя. Через три платформы от меня готовился к отлету Антора. Его капитан стоял на пирсе и прощался с братом. Подойдя поближе (охрана пропустила к венценосным особам без проблем), услышала вопрос моего шурина:

- Полетишь искать свою зазнобу? – Я не дала ответить Берсу, сама включившись в разговор.

- Зазноба сама себя нашла. – Братья повернулись ко мне.

- Не буду вам мешать. – Правитель быстро ретиревал в сторону, оставив нас с Берсом наедине.

Мы долго стояли и рассматривали друг друга, не произнеся ни слова. Вокруг кипела жизнь, а мы застыли двумя статуями. Я смотрела на усталые черты лица супруга, на ниточки седины в его темных волосах, на его потухшие глаза, в которые с каждой секундой возвращалась жизнь.

- Когда ты успел поседеть? – Наконец нарушала я молчание.

- Когда татуировка на запястье горела огнем, а я сидел запертый в каюте и боялся, что она исчезнет насовсем.

- Капитан Семест… - Позвал с трапа Марш.

- Да? – Одновременно спросила я с Берсом, а пилот предпочел отступить обратно на корабль. Я грустно усмехнулась.

- Наш брак действителен только на Моаре.

- Я знаю… - Был ответ Семеста, и снова наступила тишина. Я ждала четыре слова, а они не прозвучали, и я ушла к своему кораблю, а через минуту взлетела. В иллюминатор я видела, что Берса нет на пристани, и от этого стало грустно. Он обещал меня отпустить и отпустил. Морамовцы всегда держат свое слово.

Перед выходом в гипер-прыжок на бортовой компьютер пришло сообщение, отправленное с Анторы. Оно гласило: «Выходи за меня замуж». Это послужило рычагом, чтобы развернуть корабль.

Я с детства мечтала стать капитаном своего корабля. Летать в космосе, участвовать в войнах и быть героем. Но тогда я даже не предполагала, какой ценой достанется мне моя мечта.

Война шла уже второй год, а мне было 23 года, я только что закончила обучение на капитана корабля и вопреки протестам мамы, дядя (со стороны папы, который был не против моей военной карьеры) взял меня к себе на корабль помощником капитана. Военные действия после моего назначения продлились не долго. Через месяц в сражение погиб дядя, и я заняла его место. Мне потом долго еще снилось лицо убийцы дяди, ведь убийство произошло на моих глазах. Его застрелили буквально в упор во время штурма. Только потребность отступать сохранили мне тогда жизнь. Душа требовала убить, того, кто лишил жизни любимого дяди. Но потребность сохранить жизни экипажа корабля были превыше моих желании. Ни что не скажешь, стремительная карьера, построенная на боли утраты и потери. Детская мечта стать капитаном космического корабля не принесла той радости, которая предвкушалась. Было очень трудно управлять командой, которая вдвое старше тебя и смотрит свысока, выполняя команды, словно делая одолжение. Я не пользовалась их уважением. Только устав и помогал мне держать власть на корабле в своих руках.

Спустя два месяца моей работы в качестве капитана, воюющие стороны приняли решение о подписания мира. Командующие двух армий собрались на нейтральном корабле для подписания договора. Я была в числе свидетелей. Официальность, помпезность, прямая трансляция на обе планеты и мужчина чуть позади командующего вражеской армией. Я бы наверно даже не обратила бы на него внимания, если бы не его лицо, которое снилось мне в кошмарах. Именно он убил дядю. Я даже не заметила, как в моей руке очутился пистолет. Один удар сердца и мужчина падает замертво. На корабле воцаряется тишина лишь на мгновение, в потом словно залетает той диких пчел. Все начинают говорить, кричать, а меня берут в кольцо стража двух планет.

- Я отказываюсь подписывать договор! Война продолжается! - это кричит командующий вражеской армии.

- Капитан Ольхова, потрудитесь объяснить свое поведение! - Ко мне подходит командующий нашей армии.

- Какого черта, вы срываете подписание договора!? - И мир вокруг меня шумит и всем надо объяснений, извинений, и моей крови.

- Это мой сын! А эта сучка его убила! По нашим обычаям я имею право ее убить!

- Смерть девке!

Самое смешное, что оружие у меня никто даже не подумал отобрать, ну я этим и воспользовалась, выстрелив в воздух. После второго выстрела на подписание мирного договора снова воцарилась тишина. И снова никто не подумал отобрать у меня оружие.

- Вы требуете моей крови, - мой голос прокатился по кораблю, нарушая тишину, - в соответствии с вашими традициями. - Согласный гул был мне ответом. Чтобы восстановить тишину, снова пришлось выстрелить в воздух.

- Я еще не закончила! Так вот, по этому обычаю, я имела право на это убийство. Убийство следует расценивать как право кровной мести. А сейчас, я настаиваю, чтобы вы подписали договор. - И мило улыбнуться. Все!

Спустя часа два, проведенных в спорах, договор был подписан. И я вернулась на корабль. Перед тем, как взлететь командующий решил почтить меня своим присутствием.

- Капитан Ольхова, надеюсь, вы понимаете, что ваша выходка вам там просто не пройдет…

- Да, командующий Рейход.

- И даже не с нашей стороны. Просто чудо, что они не обратили внимания на то, что время было военное. Если Брод’Арлим будет мстить, это будет законно. Вы убили его, когда договор был еще не подписан. Лично я бы не надеялся, что ваша жизнь все еще ваша. - И он ушел. И уже минут через пять я отдала приказ лететь домой.

***

- Капитан, мы готовы к отправке. - Я кивнула и подошла к окну. В космопорту толпился народ, провожая родных и близких на курортную планету. Отвернувшись от окна, я прошла вглубь каюты. На экране ноута вспыхнуло новое письмо от мамы: "Удачного рейса". Простые два слова способные вызвать улыбку.

Нельзя выразить мою благодарность родителям за помощь в приобретение туристического четырех палубного корабля. Моего корабля. Уже два года он исправно приносит доход, а затраты на него окупились в первые месяцы работы.

Захлопнув крышку ноута, вышла из каюты. Пора обратиться к пассажирам собравшихся в актовом зале. По коридорам корабль бегали маленькие дети, вальяжно шествовали представители сливок общества, старались как можно быстрее преодолеть коридор вечно спешащие, даже на отдыхе, бизнесмены, неспешно шли простые люди - рабочие. И вся эта живая марта из людей направлялась в актовый зал. По пути здороваясь с важными людьми и отдавая приказы подчиненным ядов до актового зала. Приняв микрофон из рук организатора досуга пассажиров, я отошла в сторону, прикрепляя его на край кителя.

- Аделина, - ко мне подошла Нелли, единственная подруга и координатор на этом корабле. - В созвездии Роксан, объявили военное положение, если лететь через него большая вероятность попасть под обстрел, а в обход время полета увеличиться на неделю. - Я прикусила губу, раздумывая как быть. Пассажиры не одобрят удлинение времени, но и рисковать не хочется.

- Пусть усиливают щиты, курс менять не будем. Постараемся проскочить. - Я не люблю полагаться на волю случая, но, если другого выбора нет. Думаю, можно рискнуть.

- ... Капитан корабля Ольхова Аделина. – Объявила организатор досуга и мне пришлось оставить Нелли. Бросив взгляд на подругу, я включила микрофон и вышла на сцену.

- Добрый день дамы и господа, я рада приветствовать вас на борту туристического корабля. Наш путь лежит на курортную планету Лизат. Время в пути одна неделя, надеюсь, комфортные условия на борту, а также аниматоры помогут украсить ваш путь. Желаю приятного время проведения. - Улыбнувшись, сошла со сцены и выключила микрофон. Все с официальной частью покончено. Пора заниматься более интересными и важными делами. Проконтролировать усиление щитов. Скорректировать полет, а пока самое интересное и любимое мной дело - замена одного из пилотов. Губы растянулись в искренней улыбке от предвкушения нового полета.

Полет проходил без происшествий и на исходе третьего дня мы подлетали к созвездию Роксан. Предупрежденные заранее пассажиры об опасном пути полета, сидели в своих каютах. Конечно не все, были такие индивиды, которые считали, что просьба не выходить из каюты к ним не относиться. А случись, что винить будут меня.

 На этом отрезке пути я сама села за штурвал. Главной задачей было преодолеть созвездие быстро и без потерь.

- Включить голограмму на борту корабля с обозначением нейтралитета, поднять щиты. - Отдавала команды при этом зорко следя за обстановкой на пути следования. Щиты должны выдержать шальной удар, но вдруг решат, что это корабля противника. Обстрела корабль не выдержит, ведь он не военный. Я не смогла сдержать грустный вздох, команда с подозрением посмотрела на меня. После того инцидента на подписание мира меня предложили в мягкой форме оставить военную службу, намекая, что в мое решение не имеет значение. Но раз, попробовав полет, сложно вернуться на землю. Спасибо родителям, подсказавшим решение и помогшим в приобретение корабля. Так вот, чтобы защитить корабль от прямого обстрела существует голограмма, на которой указана планета и нейтралитет в данной войне.

Судя по обстановке за бортом удача нам сопутствовала, активные военные действия прошли, остались лишь разбитые корабли. Не страшен сам бой, страшны последствия боя. Корабли дрейфовали, разорванные и смятые противником.

- Капитан, по правому борту на корабле есть живые люди, они подают сигнал о помощи. Прикажете начать соединении с потерпевшим кораблем? - Ко мне подошел первый пилот, место которого я заняла. Его звали Поль, с ним я познакомилась еще при жизни дяди. После его смерти, Поль решил стать моей каменной стеной. На семь лет меня старше, надежный и преданный, он не раз видел мои слезы и поддерживал, не позволял, чтобы мою слабость увидел кто-то другой. Узнав, что я ищу пилота он ушел с военной службы и стал моим первым пилотом и снова опорой и поддержкой. Я ему была за это благодарна. Если родители и дядя обеспечили мне достойный старт, то Поль помог не потерять высоту. Он знал меня как никто другой. И его вопрос сейчас был скорее утверждением.

- Зачем? Это не наша война. Мы нейтральная сторона. - Я еще не говорила, что, имея прекрасного первого пилота, второй достался, мягко говоря, не совсем похожий на подарок. Нет, в качестве пилота он меня полностью устраивал, если бы дело было не так, долго бы он не проработал, а так работает практически с самого начала. Нет, дело в другом. Как человек, сам по себе он был не возможным. Склочный нелюдимый характер, и полное презрение к тем, кто хоть чуть-чуть хуже его. Вот и сейчас он не понимал, что значит для людей, которые потеряли надежду на спасение увидеть корабль, который может помочь. Это чудо, которое будет слишком жестоко отнять. Я прекрасно понимаю тех людей, которые увидели чудо и снова встретились с надеждой на спасение.

- Выполняйте. - Отдала я приказ.

- Но, почему? У нас Греберами подписан мирный договор, а не с Мерамовцами. Зачем портить отношения с союзниками? - Я бросила злой взгляд на пилота.

- Начать слияние.

Созвездие Роксан было позади, жизни спасенных людей благодаря искусству бортового врача были в неопасности. Непредвиденных пассажиров разместили по каютам команды. Удивительно, как быстро они нашли общий язык с командой. Вроде только два часа назад они, пошатываясь, входили из медпункта, а уже травят байки про свои приключения, и вроде я видела бутылку с чем-то явно спиртным. Я не одобряла спиртное во время полетов, и члены команды знали, что тот, кто находится на коробке в алкогольном опьянении, тот покинет корабль раз и навсегда. Надеюсь пить если и будут, то только потерпевшие, не хочется расставаться с кем-то из членов состава. Хороших служащих трудно найти.

С такими мыслями я зашла в приемную медпункта. Там дожидалась меня Нелли. Девушка сидела на краешке кушетки и смотрела на спящего раненого. У мужчины была перебинтована полностью голова. Это наверно первый из тяжелораненых. Увидев меня, подруга встала.

- Лина, Прокофьев борется за жизнь второго, он хочет после оставить его у себя. - Я кивнула, а координатор и моя помощница в одном лице продолжила докладывать: - Все каюты мужской части экипажа заняты, - кивок головой в сторону больного, - его не где разместить, если только в каюту к девушке.

- Нет.

- Ты думаешь, он в таком состояние сможет... - Со смехом в голосе спросила подруга. Я предпочла пропустить ее вопрос мимо ушей

- Пусть перенесут его ко мне в каюту. - И я направилась выйти из приемной. И уже у двери решила объяснить свое решение: - У меня две комнаты, когда у остальных по одной. - Я вышла уже не увидела реакцию подруги на мое решение.

……………………………………………………………………………………………………

Я очнулся в незнакомой каюте. Голову разрывала боль изнутри. Воспоминания последних часов прорвавшейся плотиной хлынули в голову, заставляя заново переживать весь ужас.

Нас разбили как котят, уничтожили почти всю группу. Умирая на корабле, на чистом упрямстве, не позволяя сознанию покинуть меня, отправил сигнал sos туристическому лайнеру, непонятно как оказавшийся в зоне военных действий. Видимо капитан данного судна либо уверен в полной защищенности судна, либо полный идиот.

Как только я увидел аншлаги на борту, понял, что помощи можно не ждать. Ларелы не могут помочь, в виду подписанного мирного договора с Греберами. Помощь могут расценить как разрыв договора. Чуда не будет…

Но все-таки странно. Почему капитан нейтрального корабля решил помочь? Каковы его мотивы?

Встав с кровати, я осмотрел каюту. Возле кровати на тумбочки, лежала книга. Не электронная, а печатная. Большая редкость в наше время. Рядом с книгой лежала половина плитки шоколадки. Похоже, хозяин комнаты любит почитать перед сном, при этом жуя шоколад. Хмыкнув, я продолжил осмотр. Шкаф с одеждой, на ручке которого висит белый махровый халат, полки с книгами, и опять печатными, видимо хозяин комнаты возит с собой персональную библиотеку, дверь, ведущая в ванную, а на стенах комнаты висели рамки с фотографиями.

Зайдя в ванную, я включил свет. Принять душ хотелось со страшной силой, только перемотанная бинтами голова и грудная клетка остановили меня от этого занятия. Подойдя к раковине, я заглянул в зеркало. Из кокона бинтов на меня сквозь две дырочки смотрело мое отражение. Переведя взгляд на полочку, я подивился количеству баночек с кремом, косметики и флакончиков духов. По-видимому, комната принадлежит женщине. Выйдя из ванны, мое внимание привлекли фотографии на стене. На одной из них была изображена чета, судя по всему, родители хозяйки комнаты. Со второй фотографии улыбался мужчина лет тридцати в форме военного капитана на фоне корабля. Краешек его фотографии был перевязан черной лентой. Тяжело терять близких. Интересно кем приходился капитан хозяйке каюты?

Прошел к другой двери и вышел из каюты. Как оказалось, каюта была двухкомнатная. Второе помещение оказалось кабинетом. Письменный стол с выдвижным стулом. На столе лежит ноут и планшет, рядом табличка. Приподняв ее прочитал: "Капитан Ольхова Аделина". Все-таки капитан. Еще в кабинете под иллюминатором стояло кресло и черный, кожаный диван около стенки. На кресле аккуратной стопочкой лежало постельное белье, рыжий плед и подушка. Видимо я вытеснил капитана из ее спальни в кабинет. Интересно, кто из наших шепнул ей, что я капитан и руководитель разбитой армии? По-другому я не могу объяснить столь великой жертвы, как пустить в капитанскую каюту мою персону.

На электронном замке на двери загорелся зеленый огонек.

- Я уверяю вас, - молодая девушка в форме капитана открыла дверь и зашла в каюту, но еще не заметила меня, ее внимание занимал парламентер Гриберов, я сразу это понял по форме. В отличие от нашей планеты, у всех других, служащие ходили в форме, по которой их можно было опознать.

- На борту только отдыхающие и члены экипажа. - Девушка держалась уверенно и властно, несмотря на то, что врет. За спиной парламентера, подовая мимикой знаки капитану, стоял первый пилот.

- А это тогда кто? - поинтересовался гибер. - Девушка обернулась и бросила быстрый взгляд на меня, тут же развернулась к собеседнику.

- Мой жених. - Не моргнув глазом соврала капитан. - Он, как и механик, которого вы видели в медпункте, пострадал от технического взрыва. – Улыбнувшись, я подошел к девушке и обнял ее за талию.

- Солнышко, есть какие-то проблемы? - Ласково прошептал я ей на ушко, но так, чтобы было всем слышно. Пилот сжал кулаки, и поджал губы. Похоже, кто-то влюблен в своего капитана. Девушка развернулась и с улыбкой, и влюбленным взглядом, таким, что я и сам засомневался, а нет ли у меня невесты, ответила:

- Не беспокойся, все хорошо. - И перевела взгляд на посетителя: - Чем еще могу помочь? - В ее голосе не осталось и капли теплоты.

- Думаю это все. - Парламентер скривился в ухмылке. - Провожать вам лично меня не надо.

Я остался в каюте с капитаном корабля, все еще обнимая ее, когда закрылась дверь. Девушка скинула мои руки с талии и оттолкнула. В ее взгляде не было той влюбленности и обожания.

- Рада, что вам лучше. Доктор осмотрит вас утром. - И не произнеся больше ни слова, отправилась в душ.

……………………………………………………………………………………………………

Когда я вышла из ванной, Мерамовца не было в каюте. На столе сняла горячая кружка безалкогольного глинтвейна. Как всегда, усердные служащие кухни позаботились о моем комфорте. Постелив себе на диване и прихватив кружку и бук, залезла под плед. Любимая работа, теплый плед и глинтвейн привели меня в хорошее расположение духа. И не удивительно, что, когда пришел Мерамовец в сопровождение Нелли я тепло им улыбнулась.

Подруга, подмигнув, ушла к себе, а мой временный сожитель сел в кресло и уставился на меня. Молчание затягивалось. Нарушать его я не собиралась. Гость тоже. Подумав, я вернулась к работе.

Я чувствовала, как меня рассматривают, наблюдают за мной, но не подавала ни каких признаков неприязни. - Аделина, зачем вы приняли вызов по спасению? - Я оторвалась от бука: - Для вас я капитан Ольхова. - Поправила я собеседника. - А вы до сих пор не представились.

- Прошу прощения. Я Берс Семест. И мне невероятно сложно обращаться к такой симпатичной девушке по званию. - Мужчина улыбнулся, надеюсь, что от комплимента я растаю. Не вышло.

- И все-таки я настаиваю.

 - Комплименты на вас не действуют? - Мужчина встал из кресла и подошел ко мне. Я подняла голову и встретилась с его взглядом.

-Нет.

-Разве вы не девушка? - Его глаза сверкали хищным блеском. От его ответа воздух застрял в груди от возмущения. Фыркнув, и попытавшись скрыть улыбку ответила:

- На данном корабле я в первую очередь Капитан.

- Как вам будет угодно, капитан. - Последние слово Берс выделил интонацией. - Так почему вы пришли на помощь? - Я не спешила отвечать. Выключила ноут, отставила его в сторону, расправила складки на пледе. Я тянула время, обдумывая ответ.

- Какое у вас звание? - наконец спросила я, в неудачной попытке сменить тему.

- А это имеет значение? - Я даже не заметила, как Семест уселся на краешек диван, и теперь нас разделяла только ткань пледа. Я чувства жар его тела. В груди росло возмущение, но что-то не давало ему вырваться наружу.

- В принципе нет. Считайте это таким же любопытством, как и у вас. - Отведя взгляд, и посмотрев в иллюминатор, я продолжила: - Когда человек умирает не своей смертью, шанс на спасение подобен чуду...

- И какова цена вашего чуда? - перебил меня Берс - Что вам нужно от Мерамовцев, что вы рискнули перейти дорогу Греберам?

- Им дорогу я перешла уже давно и поплатилась за это военной карьерой. Собеседник не мог отметить горечи, прозвучавшей в моем голосе. - Приятно сделать им гадость, а их противникам радость. - Мои губы растянулись в ухмылке. Столкнув с дивана мерама, я встала и прошла к рабочему столу. Положив на него ноут, обернулась к слушателю.

- Если бы не война с Герберами я бы все еще была помощником капитана на военном флоте. Но и мой дядя бы был жив. Думаете так приятно, когда детская мечта исполняется через смерть близкого для вас человека? - Я не знаю, что заставило меня рассказывать все это незнакомому человеку, наверно в нем было что-то такое, что заставляло ему верить.

- Вы заняли место командующего взамен дяди? - Я кивнула.

- А потом? - Любопытный и безжалостный, ведь видит, как мне больно рассказывать об этом. Но я ему расскажу, кратко, но расскажу. Почему-то мне важно чтобы он знал это. Что-то внутри меня стремилось, ему доверится.

- Потом на подписании мира, убила убийцу моего дяди, и меня поперли с военной службы. - Одним глотком я допила глинтвейн и поставила пустую кружку на стол. Рассказала. А он все так же сидит на диване и смотрит на меня. - Пора спать. Завтра прилетаем на Ирен. Там вы со своими товарищами покинете мой корабль. - Хотя я не хочу, чтобы вы ушли... Чуть не сказала я. Господи! Что со мной! Почему с каждой минутой его пребывания на моем корабле у меня укрепляется желание не отпускать его никогда и ни куда. Мой сожитель, не подозревая о моих душевных терзаниях, молча удалился в мою спальню и вскоре заснул, а я еще долго не могла уснуть. Прошлое снова начало приносить боль. Но не только оно беспокоило меня. Как оказалось, будущее тоже может приносить если не боль, то намек на нее. Берс Семест, что ты сделал со мной, что я не хочу отпускать тебя?

И только под утро я сумела заснуть. И во сне ко мне пришел он. Тот человек, который мне снился на протяжении всей моей жизни, каждую ночь из-за дня в день. Мне говорили, что это моя вторая половинка, вторая часть моей души, рвется быть со мной, но в физическом мире мы еще не встретились, поэтому он приходит во сне. Я не верила в это, но каждый раз засыпая, я, была рада предстоящей встречи.

На Ирене есть возле порта один ресторанчик. Его терраса возвышается над крутым обрывом, который заканчивается морем. В этом ресторанчике я любила сидеть за столиком у самого края обрыва. Вот и сейчас, зайдя на террасу, я сразу же направилась за "свои" столик.

Ведя свой личный код, постоянного клиента получила доступ к сенсорному меню. В верхней части были изображены блюда и напитки, которые я постоянно заказываю, в средней - новинки, а в самом низу все остальное меню. Подумав долю секунды, я нажала на картинку с изображением коктейля из свежевыжатого сока грейпфрута и черники, так же я выбрала малиновый чизкейк. Столешница загорелась красным, оповещая, что заказ сделан.

В ожидание заказа, я повернулась к морю. В моей голове роем диких пчел гудели мысли. Как так получилось, что, человек, которого я знаю ровно три дня, два из которых он провалялся без сознания, сумел, закрепится у меня в душе. Расставшись с ним четыре часа назад, я уже успела, по нему соскучится, так как не скучала по родителям. Бред.

- Не занято? - Я повернулась и невольно улыбнулась, как всегда бывало при виде Поля.

- Для тебя всегда свободно. - Первый пилот выдвинул стул, и ввел свои код.

- Сумасшедший вышел полет. - Все еще прибывая в своих мыслях, я неопределенно кивнула, встречая взглядом официанта с моим заказом.

- Пошли сегодня в "Путь"? - Неожиданно предложил Поль. Ну, неожиданно было скорей всего только для меня. Судя по его виду, он долго обдумывал этот вопрос. - Лина, сколько я тебя знаю, ты все время работаешь, потом у тебя случается нервный срыв от перенапряжения, а после ты снова работаешь. - Начал убеждать меня Поль. Зря в принципе, сегодня я сама была бы не против отвлечься от работы и своих мыслей. - Давай сегодня вечером у тебя будет выходной?

- Давай. – Похоже, друг не ожидал быстрой победы и немного растерялся. Улыбнувшись, я встала из-за стола, наслаждаясь эффектом растерянного Поля.

- Через час у входа в "Путь". - И поспешила назад к кораблю.

Без пяти девять я подошла к ночному клубу "Путь". Этот ночной клуб был в основном для экипажа космических кораблей. И его филиалы существовали на каждой планете. В нем можно было расслабиться после полета, завести нужные знакомство или найти работу. Я пару раз была в этом клубе по работе, но никогда просто так.

У входа я заметила Поля, нервно сжимающего букет из белых роз, и поспешила к нему. Мужчина равнодушно скользнул по мне взглядом и отвернулся. На миг. Его глаза расширились в удивлении. Это был первый раз за все время нашего знакомства, когда я была одета не в форму и не в строгий костюм, как обычно, а в легкий белый сарафан и босоножки на каблучке взамен ботинок и сапог. Волосы, обычно убранные наверх, были распущенны.

- Аделина...

- Да. - Поль неотрывно смотрел на меня. - Сильно изменилась? - Я покружилась перед мужчиной. Мне нравилось восхищение в его глазах.

- Да. - Он протянул мне букет. Нежный запах роз вызвал улыбку. Но заставил уточнить один момент.

- Поль, мы ведь просто друзья и это не свидание? - Хотела просто уточнить, а получился вопрос с надеждой на отрицательный ответ, и это не укрылось от мужчины.

- Конечно. - Ответил он и предложил мне локоть. Но его глаза говорили обратное. Это немного подпортило настроение. Но я смогла переступить через это, оставить все недомолвки и неловкость на потом.

Внутри клуба играла музыка, и было полно народу. Пройдя мимо барной стойки, Поль повел меня к свободному столику рядом с танцполом. Введя код доступа, друг выдвинул для меня стул. Улыбнувшись ему, я села. Сев напротив меня, пилот завел непринужденный разговор. А спустя полчаса предложил потанцевать.

В этот вечер мне было так хорошо, как не было уже давно. Я танцевала, шутила и просто наслаждалась обществом дорогого мне человека и просто была счастлива.

- Капитан Ольхова? - недоверчиво спросил мужской голос. Я повернулась и увидела подошедших трех мерамовцев, которых мы спасли.

- Чем могу помочь? - Беззаботная девушка, во мне открывшаяся в этот вечер сменилась на делового капитана, пусть и немного пьяного.

- Капитан Ольхова, наш капитан предлагает вам работать на нашем корабле. - Похоже, я сегодня напилась в зюзю, не могут ведь люди с таким серьезным выражением лица нести такую чушь. Наверно я так и сидела бы, глупо хлопая глазами, если бы в разговор не ввязался Поль.

- Кем? - Он был, так же, как и я удивлен таким предложением.

- Вторым капитаном взамен умершего. - И видя мое ну "очень" умное выражение лица мужчина продолжил: - Вам ведь не хватает военных действий. Не пора ли вам работать по профессии? - Его слова заставили меня задуматься над предложением. Мне действительно не хватало военных действий. И я смогу снова увидеть Берса. Сердце застучало быстрее. Это точно помешательство. Надо избавляться от этого психического расстройства. Хотя…

Я уже открыла рот, чтобы дать ответ, но меня перебили:

- Даже не думай. - Я посмотрела на Поля. Мужчина зло смотрел на мерамовцев. Была бы его воля тут бы уже лежали три трупа.

- Я согласна. - Говорила про три трупа? Ошиблась, мой труп был бы четвертым.

- Лина, не сходи с ума! Капитаны у них в основном связанны родственными узами: братья, отец и сын, редко брат и сестра, так же редко муж и жена! Ответь мне Аделина, ты так хочешь замуж?! - Этого я не знала. И замуж уж я точно не хотела. Но и сидеть на месте я тоже не желала.

- Уверяю, вас, чтобы стать капитаном не обязательны родственные узы. - Я перевела взгляд на марама. Чувствую себя героиней комедии. Все слишком абсурдно чтобы быть правдой, но и слишком заманчиво.

- Точно выходить замуж не потребуется? - парламентеры активно закивали. И я решила рискнуть. Наверно это алкоголь в крови помог принять решение, и следующее мои слова звучали так: - Принесите договор к рассмотрению.

- Аделина... - простонал Поль, уже понимая, что с намеченного курса меня не свернуть.

Мужчины заулыбались. Легкий признак подвоха царапнул душу, но я поспешно его отогнала.

- Прошу за мной, капитан Ольхова. - мараморец подал мне руку. - Наш капитан ждет вас в закрытой части клуба. - Подав руку, я встала из-за стола.

Закрытая часть клуба находилась на втором этаже, музыка с танцпола туда не проникала благодаря звукоизоляции. Это помещение использовали для подписания договоров и важных встреч. Свет в комнате был притушен и лицо сидевшего в одном из кресел, стоявших полукругом, мужчины невозможно было разглядеть. Только белая полоса бинтов, перевязывающая голову, указывала на личность марама. В голову были ранены только двое, один из которых, умер на операционном столе моего бортового врача, а другой был Берс. Сердце ускорило бег, а на душе стало так легко и спокойно. Самое интересное, я была не удивлена его званию. Слишком много вопросов для обычного рядового он задавал. Слишком командный голос.

Я заняла кресло напротив капитана. Рядом со мной сел Поль, взглядом сообщая мне, что он обо мне думает, и этим же взглядом "убивал" Берса. Ну и фиг с ним.

- Приятно снова видеть вас. - Взял слово Берс. А на кофейный столик приземлился планшет с условиями договора. Оперативно развиваются события. Хотя, зачем тянуть кота за хвост. Планшет перекочевал ко мне в руки. Первый пилот придвинулся ко мне, чтобы лучше видеть условия договора. Как будто это он на новую работу устраивается, а не я.

Внимательно прочитав каждый пункт, и не найдя там ничего не приемлемого для себя, я потянулась за стилусом, чтобы поставить свою подпись.

- Аделина, - прервал тишину в комнате Поль. - А как же лайнер? Как же твоя мечта? Ты так просто можешь отказаться от мечты ставшей реальностью? - Я покачала головой. Но подписание договора отложила.

- Я переношу дату вступления в должность на десять дней. У меня остались незаконченные дела. - И тут же исправила дату, даже не думая, что могут быть возражения. Их и не последовало, только внимательный и изучающий взгляд капитана.

- И, Поль, моя мечта быть капитаном военного корабля, а не туристического лайнера. - И не отвлекаясь больше ни на что, и ни на кого поставила свою подпись.

- Добро пожаловать в команду. - Берс протянул руку, которую я пожала. – Надеюсь, сработаемся. - Он улыбнулся, и я снова почувствовала какой-то подвох. Но не успела я проанализировать свои ощущения, как из холодильника, стоявшего в углу, были извлечены две бутылки вина, коньяк и.... Хм, я даже не знаю, как это называется, крепче водки, но точно не спирт в чистом виде. Вроде этот напиток очень популярен на одной из планет созвездия Дброд.

- Как говорится, за успешное и плодотворное сотрудничество! - Мерамовец, который привел меня сюда, передал мне бокал с белым вином. - Я Марш, и я один из пилотов на вашей части корабля. - Между тем в зал зашли две девушки официантки, и поставили на столик мясную нарезку, сырную и тарелку фруктов, половину из которых я никогда не ела.

- Что значит половина корабля? - Спросила я, отщипывая от кисти сочные ягоды винограда и отправляя их в рот вместе с ломтиком сыра.

- Корабль состоит как бы из двух кораблей, при надобности их можно разъединить. На одном остаётся первая команда со своим капитаном, на втором - вторая, тоже с капитаном. - Пояснил Берс, неотрывно смотря на меня.

- Капитан Семест, вы хотите, чтобы я была похожа на решето? - глаза капитана округлились в немом вопросе. - Вы так упорно сверлите меня взглядом, что на ум приходит только два варианта: либо у меня что-то не в порядке, но благодаря отражению в зеркале около выхода я понимаю, что это не так, либо, вам нравиться, чтобы ваши напарники были в крупную дырочку. - Спрятав улыбку в бокале с вином, я посмотрела на Берса. Тот встретил мой взгляд и через минуту отвел его.

- Вы очень красивы, Аделина... простите, капитан Ольхова. Вас трудно было узнать без формы и не в пижаме. - Я подавилась вином и закашлялась. Горячая рука Поля легла мне на спину, тихонько постукивая. А Берс смотрел на все это и улыбался.

Откашлявшись, я навалилась на плече Поля.

- Это очень необычный комплимент. - Выдавила из себя я. А друг продолжил:

- Впредь я попрошу воздержаться от таких комплиментов. Возможно, на Вашей планете они и приняты, но на Нашей такой комплимент можно причислить к оскорблению. Тем более, если этот комплимент получен, от мало знакомого человека. - Я успокаивающе погладила Поля по руке. Но это не помогло.

- Зачем вам Аделина? Что на вашей планете совсем нет специалистов? Деградируете! - Друг вскочил с кресла и, обойдя столик, нависал над Семестом. Капитан же сидел спокойно и так же спокойно произнес:

- Капитан, который не только прекрасный профессионал, но и знает цену жизни стоит того, чтобы его переманить на свою сторону. А то, что она согласилась, это уже недостатки вашей планеты, что не можете удержать сотрудников.

- Конечно, если поманить ребенка новыми игрушками, он пойдет играть новыми, позабыв про старые! - Орал мой друг. И я начинала понимать, почему, он был со мой все это годы. Как же можно оставить маленького ребенка без присмотра!

А я - то думала, он видит во мне равную личность, а оказывается... - Если она что-то захочет, она пойдет к своей цели, не взирая на потери. Захочет отомстить, будет действовать спонтанно, и не думая о последствиях. Пойдет на поводу у своих эмоций, наплевав на приказы и правила! - Чернил меня друг в глазах теперь уже напарника. Отрицать его слова полностью не имело смысла, ведь он был в чем-то прав. Но как же было неприятно! Усилием воли, удержав слезы, протянула руку за стаканом более крепкого спиртного. Сделав глоток, я почувствовала, как во рту вспыхнул пожар, затем, скорей всего благодаря мяте, я почувствовала приятную прохладу, а затем осталось сладкое послевкусие. Интересный вкус. Заметив мой интерес к новому напитку, Марш, подлил мне в стакан еще.

- ... Но если судить о ней как о человеке, то тут полная пустыня эмоций. Слепая, глухая, эгоистичная, - Поль перешел на крик, а его собеседник сидел с равнодушным лицом, так как будто он слушай прогноз погоды, той местности, куда он не собирается даже лететь. – Не замечет чужих чувств, а если и замечает, предпочитает игнорировать, ведь она не умеет чувствовать ничего кроме мести!

- Хватит! – Я не выдержала и вскочила на ноги. Меня немного пошатнуло в сторону, но я устояла. Такого предательства от друга я не ожидала.

- Клериас Поль, покиньте помещение. - Уже спокойно приказала я.

- Аделина... - С болью в голосе и растеряв весь свои пыл, произнес бывший друг.

- Я жду. - Голос звучал жестко и властно. И он подчинился. Как только за пилотом закрылась дверь, я посмотрела на Берса. Мужчина сидел с задумчивым видом, изучая поверхность стола. Затем кивнул Маршу, и он вместе с не представившимися мемарами, вышел вслед за Полем. В комнате остались только мы вдвоем.

- Он не хотел оскорблять вас. - Произнес капитан.

- Простите? - переспросила я, и он ответил:

- Ваш пилот любит, ревнует и не желает отпускать. Он ведь знает вас очень хорошо? - и не дожидаясь ответа, продолжил - Убеждать вас отказаться, поэтому он не стал, а вот показать вас в непригодном свете, чтобы я отказался, вполне мог. - Снова наполнив мой стакан спиртным, Берс встал с кресла, и, передав мне бокал, из которого я на автомате сделала глоток, мужчина подошел ко мне ближе, и я сделала еще один глоток. К щекам прилила краска, и стало невероятно жарко. В свою очередь я отступила на шаг назад и подняла глаза на мерама.

- Остался еще один нюанс. - Его голос заставлял табун мурашек бегать по моей коже. В голове гулял туман, а коленки подгибались, как у пятнадцатилетней девчонки.

Сев обратно в кресло, и сделав глоток, не отрывая взгляда от лица собеседника, я спросила:

- Какой?

- У тебя нет гражданства, - мы перешли на ты? Я не против! - Подписав этот договор, - передо мной на столе очутился новый договор, - у тебя оно будет. – Не глядя я поставила свою подпись.

За окном одиночного корабля мелькала, мала, как всегда бывает, когда летишь на сверх скорости. И, похоже, воспоминания последних дней в моей голове, решили, уподобится моему кораблю, то есть проносились на сверх скорости.

... Утро после ночного подписания договора, я встретила у себя в каюте. Голова совершенно не болела, что было весьма странно, учитывая то, сколько я вчера выпила. Если честно, до вчерашнего вечера я даже не представляла, что могу столько выпить.

Как я добралась до кровати, вспомнить, самостоятельно не получилось. Воспоминания закончились на подписание второго договора. Самое страшное то, что я даже не могу сказать, о чем шла речь в договоре и на что я согласилась! Сидя в постели, я застонала и закрыла ладонями лицо. Но тут же отдернула руки, заметив на правом запястье черное пятно. При дальнейшем рассмотрении это оказалась татуировка в виде переплетенных двух линий между собой и делающих вместе крюк. Стоит ли говорить, что я абсолютно не помню, зачем и главное, когда я ее сделала. Гипнотизирование черного рисунка на теле привило к тому, что у меня все-таки разболелась голова, ну и возникла ассоциация с горячими губами Берса.

Желая избавиться от навеянного видения моей богатой фантазии, я, выскочив из кровати, направилась в душ. На пол полетел мятый сарафан, а вслед за ним нижнее белье. А спустя пол час, приведенная в чувство горячими струями воды и горячим кофе, я направлялась за данными с камер наблюдения внутри и снаружи корабля, попутно отдав приказ заканчивать посадку и взлетать. Приветственную речь пассажирам можно сказать и позже...

И так, с камер наблюденья я узнала, что принес меня на корабль Берс. Встречать вернувшегося не на своих двоих и весьма пьяного капитана вышли дежурные и злой Поль, хотя спрашивается, чего это ему злиться? Предал та он меня, а не на оборот.

Пилот что-то сказал Берсу, тот отрицательно качнул головой. Как же жаль, что я посчитала ненужным устанавливать еще и микрофоны вместе с камерами! Бывший друг еще что-то произнес, и мемуаровец передал меня на руки одному из дежурных, другому же вручил мои босоножки, и с разворота врезал Полю.

Дежурные хотели, кинутся разнимать сцепившихся мужчин, но добившись того, чтобы меня отпустили с рук на землю, я, судя по жестам, остановила их, а сама подошла поближе, посмотрела и тут же развернулась и пошла к кораблю. Дежурные потянулись за мной, оставив мужчин разбираться самим. А я, судя уже по записям с наружных камер, добралась до своей каюты и завалилась спать. Чем закончилась драка, я даже смотреть не стала…

Полет на родную планету прошел без происшествий. И приземлившись, я прямо из порта направилась к сестре.

Лидия занималась разработками в области космических кораблей и оружия. Выдающийся ученый и прекрасная старшая сестра, которая всегда прикроет меня перед родителями.

Сказать маме с папой, что я снова собираюсь работать на военном корабле и участвовать в военных действиях у меня не хватило духа. И поэтому как раньше в детстве бегу под покровительство к старшей сестре.

В лабораторию к Лидии меня пропустили, но с небольшой заминкой. В прочем, как и всегда.

Заявление о смене работы сестренка приняла, конечно, не с радостью, но и сильно протестовать не стала, объяснив это тем, что это моя жизнь и если мне охота находить неприятности на пятую точку, то, пожалуйста. Единственное, что ее заинтересовала это моя татуировка. Лидия была уверенна, что она со смыслом, и очень удивилась, когда я ей сообщила, что без понятия что она обозначает и как у меня появилась. После этих слов, сестра засомневалась, что меня можно отпускать на новое место работы. Покричав о моей безответственности, больше для порядка, ведь она все-таки старшая сестра, она успокоилась. Потом ученая долго рассматривала мое запястье и, сделав фото, пообещала сообщить мне, как только что-то узнает. И не успела я допить чай, как Лидия нагрузила меня новыми разработками и вытолкнула из лаборатории, пока я ее еще больше не шокировала своими поступками, и она не сдала меня родителям…

Самое трудное было найти нового капитана для лайнера. И эта проблема грозила меня задержать на планете на неопределенный срок. Но удача показала мне улыбку и в маленьком ресторанчике, куда зашла перекусить, я встретила своего однокурсника Романа. Чуть ниже высшего проходной бал, прекрасно показал себя на практике. Однокурснику только совершенно не повезло с распределением. Капитан корабля, на котором он служил, совершенно не желал оставлять службу и уходить на пенсию. Лично, по моему мнению, люди в таком возрасте не то что в космос летать не могут, им в соседний город съездить тяжело, но данный индивид был похоже исключением.

Идею о смене места работы с последующим повышением Роман принял. Еще бы он отказался! И я была свободна и могла лететь на новое место работы.

Уже во время посадки в одиночный корабль, меня навестил муж Лидии.

- Лина, Ли попросила передать тебе сыворотку и проконтролировать, чтобы ты ее ввела. - Мой зять протянул мне чемоданчик, в котором находилось двенадцать ампул, тринадцатая уже была заряжена в пистолет.

Данная сыворотка была разработана специально для меня мужем сестры, в виду моего слабого здоровья. Если бы не эта разработка, не видать бы мне капитанских погонов, как и космоса. Сыворотка вводилась раз в месяц и не позволяла чужеродным бактериям и организмам влиять на организм. Такая вот универсальная прививка от всех болезней, ядов, наркотических веществ, алкоголя и беременности.

- Закатывай рукав. - Попросил зять или скорее потребовал.

- Я и сама могу поставить. - Решила возразить я, закатав все-таки рукав, но он подошел ко мне, и, приставив вплотную пистолет выстрелил. Рука тут же онемела, а в теле появилась слабость, которая должна пройти через полчаса.

- Не забывая вводить вакцину каждый месяц, и не будет незапланированных, хм... татуировок. - Пряча смех за серьезной маской, наставлял меня муж жены. - И Лидия передает свои поздравления, я присоединяюсь к ним.

- С чем поздравляете? - нахмурилась я. А потом в мозгу, что-то щелкнуло. - Ли узнала значение татуировки?

- Да, но предпочла, чтобы ты узнала значение сама. Еще раз поздравляю - И, вложив мне в руку пистолет, родственник покинул меня. Скривив рожицу его удаляющейся спине, я поднялась на корабль и через пятнадцать минут преодолела орбиту планеты...

Сутки в пути в полном одиночестве, кого хочешь, достанут, и заставят переживать последние дни снова и снова. Была ли я права, что не известила родителей о смене работы? Нет, это ведь родители и они имеют право знать. Но с другой стороны, я уже большая, самостоятельная личность, и зачем волновать маму, и портить ей отдых вместе папой? Мне кажется, это вечная дилемма детей, говорить родителям или нет.

Потянувшись и зевнув, не прикрывая ладонью рот (все равно никто не видит), я решила посмотреть какие новшества, предоставила мне сестренка.

И так, вытягиваем первый предмет из заколдованного мешка Снежного деда, и это оказывается... барабанная дробь... браслет. Разочарованно повертев его в руке, я поняла, что он даже не золотой, так простой сплав из металлов, красиво переплетенный между собой. Отложив браслет в сторону, я пошарилась еще в мешочке и извлекла на свет карточку с кодом. Тоже без пояснений. Похоже, придется звонить Лидии. Но перед звонком я достала из мешка набор патронов для пистолета. Зная мою слабость к старым видам оружия, то есть тем, которые стреляют не лазерам, а свинцовыми пулями, Ричард, он же мой зять, принялся изготовлять для меня патроны. Такие пистолеты вышли из обихода военных лет сто назад, но если ты растешь в семье, где обязательно хоть один член является военным, то сохранится и такая древность. Помимо пуль Ричард помог реанимировать семейную реликвию. От предложения доработать и внедрить в пулевое оружие лазерную установку я наотрез отказалась. Даже оптический прицел не дала поставить.

Первое, что сказала мне Лидия, когда ее изображение появилось у меня на экране, было:

- Когда ты, наконец, выбросишь эти штаны?! - Дело в том, что упомянутая вещ моего гардероба, находится там довольно давно. Штаны имели приятный темно синий цвет и хорошо на мне сидели, были приятны на ощупь и просто мне нравились. Единственный недостаток, который весьма раздражал мою сестру, была длина штанов. Они доставали мне до щиколотки и были немного потертые. Лидия неоднократно предпринимала попытки спрятать и выбросить мои штаны, но так получалось, что я успевала в последний момент, и отстаивала их. Я прекрасно понимала, что носить любимую деталь гардероба на людях уже просто не допустимо, но вот когда никто не видит...

- И что это за вытянутая футболка?! Аделина, ну как можно выглядеть как пугало, даже если тебя никто не видит?! Самой, то неужели не противно?!

- Мне так удобней и если тебе не нравится, не смотри! - Огрызнулась я, и, нахохлившись как в детстве, надув губки (все равно не перед кем строить из себя собранного и не пробиваемого начальника), буркнула:

- Может, объяснишь назначение браслета или это просто украшение? - Сестра тяжело вздохнула.

- Ли, я когда-нибудь давала тебе просто украшения? - И не дожидаясь ответа, продолжила - Надень браслет на руку. - Я послушно нацепила обсуждаемый предмет. Резкий укол заставил взвизгнуть.

- Лидия! - Обвиняюще крикнула я.

- Не так уж и больно, - отводя глаза, ответила сестра и чуть слышно добавила: - наверное. - Тем временем браслет растянулся от запястья до середины предплечья.

- Ну и? - Маленькая сестренка во мне уступила место специалисту.

- Ты ведь предпочитаешь доисторическое оружие, а более практичный лазер постоянно забываешь или специально не берешь. - Я кивнула, подтверждая правоту сестры. - Так вот, в данный, как ты его назвала „браслетик” встроен лазер. Попробуй собрать его на руке, словно гармошку... - Большим и средним пальцем я стянула края „браслетика”, и он снова стал сантиметр шириной. - А если растянуть его по руке, он примет боевую готовность. - Растянув новую „игрушку” я принялась с интересом ее рассматривать. - Главным преимуществом является то, что в собранном виде он напоминает, как ты уже выразилась браслет и вряд ли кому-нибудь придёт в голову снять его с твоей руки. В принципе без ключа и ты сама не сможешь его снять. - Оторвавшись от созерцания нового оружия, я подняла глаза на изображение сестры.

- И где ключ? - Лидия довольно улыбнулась и продемонстрировала мне тонкую пластину.

- Он у меня. Так ты точно не сможешь забыть „браслетик” где-нибудь. - Я попыталась снять „Браслет” с руки, но чем сильней я его дергала, тем уже обхватывал он мое запястье. - А Лидия продолжала улыбаться. Поняв, что дальнейшие попытки бессмыслен я оставила в покое покрасневшее запястье и уже плотно облегающий его браслет. Откинувшись на спинку кресла, устало закрыла глаза.

- На сколько выстрелов рассчитан данный агрегат?

- Он намного сильнее обычного лазера, но и энергии потребляет больше. Выстрела четыре точно сделает. - Я открыла глаза и посмотрела на сестру. - Потом требуется подзарядка. В отличие от обычного, данная модель сможет самостоятельно перезарядится, аккумулируя энергию из воздуха через день, так что считай это просто дополнительный козырь на крайний случай. - Лидия грустно улыбнулась.

- Спасибо. - Искренне поблагодарила я сестренку.

Сестра обернулась назад, выслушала собеседника, невидимого мне и, развернувшись быстро-быстро заговорила:

- Лина, мне пора идти так, что слушай меня внимательно. - Я кивнула. – Код, который ты нашла на карточке, нужен, чтобы открывать черные дары. - Я открыла рот, но Лидия не дала мне ответить. - Не перебивай. Ученые нашли способ использовать черные дыры для более быстрого перемещения, чем гиперскорость. Вводишь данный код вместо координат при расчете гиперпрыжка. Конечную точку пребывания введешь, когда корабль войдет в пространство черной дыры. Понятно? - Я кивнула, стараясь усвоить новую информацию и при этом не задавать вопросы. - Время полета сократиться в два раза. По прибытию минут десять корабль не будет существовать в реальности, после проявиться. У вас будет возможность оценить обстановку и принять верное решение в какой точке появиться. Только не смей соваться в черную дыру на корабле, рассчитанном меньше чем на троих человек. Есть вероятность не вернуться. Все, люблю, целую. - Лидия завершила звонок. Прикрыв, глаза я еще некоторое время просидела, обдумывая информацию, прежде чем потянулась за карточкой с кодом. Выучив код наизусть, следуя правилам, подожгла карточку с кодом, уничтожая возможность утечки информации.

Экран бортового компьютера озарился красным и из колонки вырвался звук сирены.

- Внимание! Резкое снижение энергоснабжение! Выход из гиперпространства. Переход на аварийное питание. - Лилось из колонки.

Корабль резко дернуло, и я довольно ощутимо приложилась головой об приборную панель. Да здравствуй шишка! Скорость замедлилась и через иллюминатор я заметила приближающийся метеорит.

- Внимание! Неизбежное столкновение! - И в подтверждение корабль поздоровался с метеоритом, одним, другим, третьим...

- Повреждение аварийного генератора. Отключение энергоснабжения... - В борт корабля врезался еще один метеорит, придав направления для падения. Через иллюминатор я заметила маленькую планету, которая должна стать для меня последним пристанищем, если не получиться запустить двигатель.

Уже можно было увидеть, покрытую толстым снегом, землю планеты, когда я приняла решение покинуть корабль. Времени, на то чтобы надеть на себя что-то теплое не осталось, и, гоня мысли, о возможности замерзнуть на смерть, я покинула корабль.

В первый момент, когда я открыла глаза, и белый свет ослепил меня, в голову закралась мысль, что я умерла и попала в рай, что было весьма удивительно, ведь праведником меня даже с натяжкой назвать нельзя. На самом деле в комнате, в которой я лежала на столе, все было белого цвета, аж мороз пробивает. Встать со стола мне не дали ремни, сдерживающие меня в горизонтальном положение.

Моей одежды на мне не было, вместо этого на мне был костюм Евы. Единственное, что грело душу в данной ситуации, это "браслетки" от Лидии, красовался на моем запястье. Только воспользоваться им, увы, мне не суждено, руки связаны.

Белая дверь отъехала в сторону, пропустив в комнату двух мужчин в черных, тонких костюмах плотно облегающие тело. В руках у одного находился сосуд с черной субстанцией, похожей на нефть, и маленький чемоданчик. Мужчина, у которых не было в руках ни чего, подошел ко мне. Он был стар и под его пристальным взглядом, почти бесцветных глаз стало неловко, но я не позволила показать свое смущение, и, сделав независимый вид, посмотрела в глаза мужчине.

- Гордая девочка. - Мужчина погладил меня по голове. - Гордая и храбрая. - Я упустила из виду, второго мужчину, который железной хваткой сжал мою руку. Легкий укол и несколько капелек моей крови перекачивали в сосуд с черной субстанцией. Затем передал данный сосед старику, и тот с улыбкой вылил черное не что мне на живот. Я не смогла скрыть своего отвращения и ужаса, когда черная "клякса” начала расползаться по моему телу, образуя собой нечто похожее на костюм мужчин.

- Это твой костюм. - Пояснил пенсионер. - Он будет поддерживать температуру твоего тела и не даст замерзнуть на моей планете. Меня можешь звать Владлен, моего помощника зовут Двоит. - Мужчина, названный Двоитом, наставил на меня медицинский пистолет и ввел мне какой-то препарат. Я не волновалась по поводу того, что мне ввели, вакцина, введенная мне Ричардом, нейтрализует любой препарат. Тут же Владлен что-то нажал и ремни, удерживающие меня, втянулись в стол.

- Дорогое мое дитя, - начал с пафосом пенсионер, и я всерьез задумалась о его мании величия. Господи! Я попала к шизику! - На моей планете тебе не стоит опасаться за свою жизнь, имущество, здоровье! Здесь нет убийств, грабежей, и разбоя. Все люди поддерживают своим трудом планету и все равны.

- Идеальный мир? - Мужчины в согласие кивнули, а мне стало не по себе. Обычно за маской идеального мира скрыт более жестокий и лживый мир, чем те, в которых нет совершенства.

- С этой минуты тебя будут звать Wr5. – Я чуть не задохнулась от возмущения, с какой стати пенсионер меняет мне имя?

- Но у меня уже есть имя, и во втором я не нуждаюсь. - Наверно это было моей ошибкой - возразить старику. Владлен кивнул и Двоит повторно ввел мне препарат, только в этот раз, увеличив дозу. Сыворотка, разработанная Ромой, не успела справиться с чужеродным препаратом, и из-за этого я ощутила его воздействия на себе.

Подняв глаза на Владлена, мне захотелось безоговорочно верить ему, выполнять каждое его приказание.

- Иди за Двоитом, он покажет тебе твой новый дом и определит на работу. - Спрыгнув со стола, я безвольным рабом пошла за мужчиной. Внутри меня разливалось счастье, что мне дозволили жить в мире, где нет недостатков и разочарований.

Утро началось с ощущения, что внутри меня лопнул воздушный шарик, но при этом ощущение свободы не покидало меня. В комнате, отведенной мне для жизни было темно. И я не помню, чтобы вчера где-то видела выключатель. Свет просто погас в определенное время. Сев на кровати, я свесила ноги с кровати. Внезапно включился свет, и на стене появилась голограмма, зазвучала музыка, и появилось лицо вчерашнего пенсионера.

- С добрым утром дети мои... - Начал он приветственную речь, от которой к горлу подкатывала тошнота. – Давайте, все вместе выполним укрепляющие упражнения для красоты и здоровья наших тел! - Лицо Владлена исчезло, но вместо него на экране появились фигурки людей, выполняющие зарядку. Владлен комментировал каждое действие.

Выполнять упражнения у меня не было никакого желания, и я поплелась по направлению ванны. Но дверь, ведущая из комнаты, самостоятельно не открылась, а толкать и открывать ее вручную, было бесполезно. Пришлось вернуться на середину комнаты. Кровать, как только я встала с нее и заиграла музыка, автоматически втянулась в стену, оставляя комнату абсолютно пустой.

- … ноги на ширине плеч - вещал голос.

Меня нельзя назвать поборникам здорового образа жизни, я не делала зарядку по утрам, не питалась исключительно здоровой пищей и уж точно не соблюдала режим дня. И я не видела смысла начинать заниматься этим сейчас.

До конца зарядки я просидела на полу посредине комнаты. Когда фигурки человечков исчезли с проекции, а на их место вернулось лицо пенсионера, я встала с пола.

- Давайте же закончим утренние физические упражнения полезной для пищеварения водой! - Из пола поднялся столик, на котором стоял стакан с водой. Хмыкнув, я взяла стакан, и, сделав глоток, поставила обратно.

 - Помните, что выпить вы должны все до последней капли, чтобы эффект был полным. -Захотелось тут же послушаться наставления, что было весьма странно, и я это понимала. Пока я раздумывала, дверь в ванну автоматически открылась, приглашая внутрь.

Маленькая комнатка с белыми стенами душевой кабинкой и унитазом. В душевой включилась вода и тонкими струйками начала падать на пол. Тут и произошла первая заминка, я не знала, как снять костюм. Оттягивая его и отпуская, ткань упрямо возвращалась на место. Поборовшись с костюмов минут, пять я все-таки нашла способ, как его снять. Ну, почти. Нужно представить себе, что костюм, как бы отъезжает в сторону, оголяя участок тела и вуаля, тонкая полоска ткани, словно браслет опоясывает кисть левой руки. На кисти правой татуировка сменила цвет на желтый. Во время падения татуировка пылала ярко алым цветом, тогда у меня не было времени рассматривать ее и удивляться. А сейчас уже как-то не хочется.

Когда я встала под душ струи воды были холодные, а через несколько секунд и вовсе вода прекратила свое поступление через дырочки душа. Кнопочек, краников и рычажков в кабинке не наблюдалось. И воду включить не получилось. Это называется, помылась? Только промокла и замерзла! Теплый воздух, вырвавшийся из вентиляции, согрел и высушил меня. Похоже, утреннего душа сегодня не будет. Ну что ж, будем пользоваться тем, что осталось. Подойдя к маленькой раковине, я подняла рычажок, к моему счастью из крана полилась вода.

Через десять минут, закончив с утренними гигиеническими процедурами, покинула ванну.

В комнате появился белый стол, со стоящем на нем завтраком. В тарелке была, судя по всему какая-то местная каша. Я не очень люблю каши, предпочитаю на завтрак салатик из свежей зелени и овощей. Ну, похоже, здесь такого не будет. И придется, есть то, что дают. Каша на вкус была как смерть пюре из картошки и томатом, не соленый и при этом вся масса была ярко синего цвета. Вместо моего любимого красного чая, здесь был отвар из горьких трав, пить который мне абсолютно не хотелось.

Как только я закончила завтрак, дверь открылась, и в комнату вошел мой вчерашний сопровождающий. Поздоровавшись со мной, он поинтересовался, почему я не выпила отвар и воду утром. И не смотря на мои протесты, заставил все-таки выпить ужасный отвар. И не отвечая на мои вопросы о том, где мой корабль, и смогут ли они предоставить мне помощь по его починке, потащил меня на улицу.

Климат этой планеты баловал своих жителей бесконечной снежной пустыней. Маленькие домики были похожи на сугробики с дверцей, из которых выходили люди и шустро шли, не с кем не разговаривая, и не оборачиваясь по своим делам. Было немного дико видеть людей, одетых только в один с виду тонкий костюм на таком морозе и посреди снегов, но как я уже убедилась прекрасно сохраняющий тепло.

Пока я шла к месту назначения, мне удалось разглядеть жителей планеты. У всех мужчин волосы были длиной до плеч, и форма стрижки была абсолютно одна и та же, у женщин наблюдалась та же картина, только длина была ниже спины на уровне ягодиц. Я со своей короткой стрижкой, по их ней мере, можно сказать мужской (хотя у мужчин на пять сантиметров волосы были длинней), сильно выделялась из толпы абсолютно одинаковых людей.

Вскоре Двоит завел меня в здание, у стен которого стояли плиты, столы и прочая кухонная утварь возле которой уже суетились женщины.

- Ты будешь здесь работать, - мужчина указал мне на одну из плит в середине. - Рецепт прочтешь над плитой. Работой и помни, что на столы всего города попадает еда отсюда. - И он ушел, оставив меня в полном шоке и ужасе, рядом со злейшим и ненавистным моим врагом с самого детства - плитой и задачей приготовить обед.

Оглядевшись вокруг и увидев, как организованно и точно женщины снуют по кухне, берут продукты, моют, чистят и варят и повторяют все снова и снова мне стало плохо.

Ко мне подошла женщина и потребовала от меня ответа, почему я все еще не работаю, а стою и хлопаю глазами. И не дожидаясь ответа, развернула меня к плите.

- Я ненавижу готовить! И не собираюсь этого делать нигде, и не под каким предлогом! Я пошла, учиться на военного капитана корабля, если бы я хотела готовить, пошла бы, учится на повара! - Все это я проорала на все помещение. Я не знаю почему я сорвалась на крик, возможно из-за того, что готовка у меня вызывала ужас, и я поклялась себе еще в детстве, что стану капитаном корабля и не буду больше никогда готовить, и вот мне тут предлагают приготовить обед. Черт возьми, я не повар!!!

После моего крика, двери распахнулись, пропуская в кухню мужчин, чьи волосы были подстрижены короче, чем у основной массы, так же был подстрижен и Двоит, и я догадалась по медицинским пистолетам у них в руках, что они выполняют тут функции охраны правопорядка, подавляя волю людей и превращая их в куклы, похожих друг на друга и не имеющих своего мнения. Я не могла им позволить сделать меня одной из них, и позволить превратить себя в куклу. Растянув браслет до середины предплечья, сделала выстрел по первому мужчине, который приблизился ко мне. Вырвался яркий луч и ударной волной снес не только того, в кого я целилась, но и еще двоих за его спиной. А все-таки молодец сестричка, такая мощность, точно в старом оружие не обнаружиться. Так, у меня еще осталось три выстрела, и, судя по всему, оставшийся охранник вызвал подкрепление. Плохо. Выстрелом я выбила дверь, и, оказавшись на улице, побежала подальше от кухни. Я отчетливо понимала, что, сколько бы я не бегала, мне не повезет, так, чтобы за следующим поворотом я наткнулась на свой корабль в рабочем состояние. Меня обязательно поймают и если не убьют, то лишат воли. Сопротивляться бессмысленно, но так не хочется сдаваться! Но вот, за поворотом тупик, сзади уже подбежали охранники. Они поднимают пистолеты уже не медицинские и стреляют.

Проснулась я в своей комнате, от ярко вспыхнувшего света и музыки. Настроение было отличное. Сделав зарядку, и приведя себя в порядок, села завтракать. Каша! Мое любимое блюдо! И отвар сегодня вкусный. После завтрака, я отправилась, как и все люди этого мира на работу. Я твердо шла к своей цели в потоке таких же, как и я людей, и была счастлива. Встав у плиты, я прочитала рецепт и начала готовить. Первым делом я вымыла руки - гигиена это наше все. Попутно заметив, что татуировка у меня на запястье желто оранжевого цвета, но меня это нисколько не волновало. Я начала готовить обед для людей этой планеты. Примерно на середине готовки внутри меня лопнул шар, и пришло понимание, что мою волю все-таки подавили и превратили меня в куклу. И я добровольно и с радостью готовила! На плите зашипела и зафыркала, все та же каша, которую ели и на завтрак, и на обед, и на ужин. Помешав, ее ложечкой, пришла к разумной идее - чтобы избежать повторения вчерашней истории и дальнейшего лишения воли, нужно притвориться, что я, все еще подчиняясь общей идеи, и не чем не выделяться. И если мне уж и продолжать дальше готовить эту кашу, то путь она будет хотя бы не такой пресной и обычной. Я отправилась на поиски приправы и того, что бы помогло мне изменить данное блюдо. Минут через десять, когда я поставила кашу в духовку (пытаясь превратить ее в запеканку) и отошла к столу, татуировка резко покраснела, и тут же за моей спиной раздался взрыв. Похоже, на этой планете я не смогу провести вечер и ночь, в сознательном состояние - это были мои последние мысли в тот день.

 Моей щеки дотронулась холодная ладонь, и я резко раскрыла глаза. Надомной склонялся Владлен.

- Помниться вчера ты была против готовки и сегодня взорвала кухню, что ж возможно работа с детьми получится у тебя лучше, чем готовка. Надо же женщина, не умеющая готовить! - И покачивая головой, он оставил меня отлеживаться в постели.

Спина ужасно болела, от полученных ожогов, обезболивающее на меня не действовало, как и другие лекарства, оставалось только ждать, пока организм сам не излечится. Процесс немного ускоряла сыворотка в моей крови, но не избавляла от боли. От этой боли спасала только темнота, в которую я с радостью отпустила сознание.

Самое приятное, это то, что когда обморок сменился просто глубоким сном, мне снова приснился Он.

Мы находились на залитой солнцем поляне, он стоял в середине, а я с краю. Улыбаясь, я побежала к нему, по пути заставляя белые парашюты одуванчиков взлетать в голубое небо. Подбежав к нему, уткнулась носом ему в грудь и обняла, при этом шепча, как же я по нему соскучилась. Он с какой-то заминкой положил руки мне на спину и начал успокаивающе поглаживать.

- Где ты, мой капитан? - Нежно спросил он, прижимая меня крепче к себе. Я вздрогнула и отстранилась, он с неохотой, но отпустил меня.

На меня смотрели немного удивленные и обеспокоенные его глаза. Но это был не тот человек, который посещал каждый мой сон на протяжении всей моей жизни. Он никогда не называл меня капитаном.

- И даже в мои сны пытаетесь проникнуть!!! - Проорала я, смотря в небо и чувствуя, что из глаз катятся слезы. – Неужели ваш идеальный мир и на сны воздействует?!

- Аделина, - с болью и отчаянием в голосе проговорил он. - Кто они? Где ты? ... ЛИНА!!! - Прокричал он, пока я падала в темноту.

И вот я снова на той же поляне, только уже я в центре, а он стоит с краю. Он бежит ко мне, хватает и кружит по поляне.

- Моя принцесса! – Поставив, наконец, меня на ноги прошептал он мне, вдыхая запах моих волос. Я улыбнулась, зная, что на этот раз это действительно он...

Сегодня второй день того, как я сижу с детьми. Небольшая группка мальчиков и девочек пяти шести лет. Вчера я смогла найти с ними общий язык. Я рассказывала и показывала в лицах им истории про космос, путешествия, дальние планеты, храбрых капитанов и злобных пиратов и дам сердца каждого героя. Конечно, большинство информации приукрасила, больше рассказывая сказки, чем о реальной жизни, но это ведь дети. И пока в их возрасте можно и даже нужно верить в сказки и волшебство.

Когда я зашла, малыши побросали свои игрушки и кинулись ко мне.

-Лина, Лина! – Слышалось со всех сторон. Меня теребили и тащили к маленькой скамеечке, где я вчера просидела целый день, даря детям волшебство сказок.

Но сегодня детям не суждено было услышать сказку, как потом оказалось, в обще им больше не было суждено послушать моих сказок.

В комнату вошли охранники и под конвоем увели меня к Владлену.

- Что же мне с тобой делать, а? сплошное недоразумение? Из-за твоего упрямства погибло трое солдат, из-за взрыва на кухне по твоей вине пострадало тридцать женщин, не говоря уже про то, что помещение кухни предстоит ремонтировать. Ты забила детям голову глупыми сказками и сейчас они только, и говорят про путешествия, в которые они непременно отправятся, как только подрастут. – Рассуждал вслух пенсионер, расхаживая по своему кабинету, в то время как меня с силой удерживали на стуле два охранника, хотя я не видела в этом смысла, бежать мне было не куда. - Ты ломаешь систему в самом ее центре! Так что же с тобой делать? Сыворотка подчинения на тебя действует в больших количествах, и то ненадолго. Убивать тебя нельзя, здесь нет убийств. Запереть? Людям станет любопытно и это снова пошатнет систему. Что с тобой делать?!

- Отдать свободу и корабль. Тогда я смогу убраться с этой «идеальной» планеты! – Я попыталась встать со стула, но мне не дали даже пошевелиться до боли сжав плечи.

- Нет, девочка, нет. Отпустить тебя не выход. Ты расскажешь о нашем идеальном мире, и сюда рванут толпы людей и нелюдей, за миром. А воспитывать мир в человеке нужно с детства, долгие годы взращивать и контролировать каждый вздох. Тогда и только тогда наступает гармония. Ты тоже ее поймешь. – И уже обращаясь к охранникам:

- Вкалывать ей каждые пять часов двойную дозу сыворотки, и отправить её работать в теплицы, где нет автоматического оборудования. – Охранники кивнули, и плече пронзила боль укола.

Каждый день изо-дня в день всю неделю я напоминала зомби. Из-за постоянного ввода инъекции для подчинения сыворотка не успевала вывести негативные частицы. Это по сравнению, как алкоголизм, только начинаешь трезветь, снова выпиваешь и по-прежнему пьян. Но кое-что сыворотка все же смогла уберечь от влияния - мой разум, подчинив полностью тело. Я понимала, что происходит, но не могла ни чего поделать, чтобы изменить это.

Мои дни были однообразны и безлики: я вставала, выпивала стакан воды, куда добавляли средство для поддержания контроля над людьми, делала зарядку, мылась, завтракала все той же кашей, убивала остатки разума отваром с той же дрянью, и шла к месту работы, но уже не могла сама мыслить. Ощущение всепоглощающего счастья и единства с людьми этого мира всецело завладевало мной. Сознание включалось уже на грядке, где я сажала, поливала, полола и удобряла, а вокруг ни души. В середине для, в конце огромной теплицы, появлялся белый столик с обедом - каша и отвар. Да здравствует забвение! Вечером я возвращалась к себе в комнату, ужинала и ложилась спать, а с утра все повторялось снова, только с одной разницей, с каждым часом я все ближе подступала к порогу сумасшествия.

Владлен не шутил, в тот день у себя в кабинете, когда говорил, что мне будут ставить инъекцию через каждые пять часов. Охранники минута в минуту исполняли его приказ, делая исключение только ночью, и благодаря этому я могла видеть Его.

Мы долго разговаривали ни о чем, гуляли по набережной какой-то из планет, целовались. Он старался избегать прямого обращения ко мне, предпочитал опускать момент, когда он раньше меня называл своей принцессой. И непременно, пытался узнать, где я нахожусь, и что со мной происходит. На эти вопросы я никогда не давала ответ. Координаты планеты я не знала, а рассказать, что стала пленницей в своем собственно теле, благодаря человеку, одержимого идеей идеального мира, я не хотела, предпочитала переводить тему. Ночные часы во сне стали для меня маленьким уголком счастья, который напрочь разбивали свет и музыка, которую я возненавидела, как и эту планету.

Через три дня "идеальной" жизни, я начала задыхаться от безысходности и однообразия. К концу недели я думала, что уже никогда не буду прежней. Я физически ощущала, нехватку воздуха, стены теплицы и комнаты давили на меня и заставляли думать о смерти, как об освобождении.

Однажды, работая в теплице, я почувствовала, что тело снова подчиняется мне. От неожиданности я не удержалась на ногах, упав в грядку и сломав росток плода схожего с помидорами. Мне было его абсолютно не жалко. Кое-как, встав с земли, подняла глаза на часы, висящие на стене, которые показывали без пяти минуты два. В два часа по полудню, был обед, за час до этого мне приходили ставить инъекцию. Сегодня этого не сделали, и сыворотка, получившая лишний час для исправления функционирования организма, смогла избавить меня от подчинения. Но зато, в виде побочного эффекта начались глюки.

В теплицу зашла группа люди, во главе с Владленом, рядом с ним шел Он, белая лента бинта охватывала его голову. Этого я уже выдержать не могла. Упав на колени, обхватила себя руками, а на глаза набежали слезы.

- Аделина! - он кинулся ко мне, а я, подняв на него глаза, со стоящими там слезами, тихо прошептала:

- Уйди, глюк. - Мой шепот остановил его, когда он уже встал рядом со мной на колени и протянул руки.

- Она назвала меня глюком? - Он повернулся назад, обращаясь к мужчине, которого я уже, где-то видела, но не могу вспомнить где.

- Капитан, на протяжении двух недель, они кололи ей наркотическое вещество, насколько я знаю, в несколько раз превышая допустимую для жизни норму. Даже сам факт, того что она жива уже является чудом...

Дальше я слушать не стала, просто потеряв сознание.

Светло зеленые стены, маленькая тумбочка у двуспальной кровати, зеркало около выдвижного шкафа, рядом с дверью ведущую в ванну стоит мой чемодан с вещами и маленький кейс с вакциной, больше в комнате ни чего нет.

Меня уже радовало, что стены не стерильно белого цвета, а мебель не выдвигается в стены. Встав с кровати, я подошла к иллюминатору. Моему взору предстал космос, во всей своей красе. Я вырвалась! И нахожусь на корабле. Еще бы узнать на каком корабле и куда лечу.

Повернувшись к чемодану, присела возле него на корточки. Щелкнули замки и предоставили мне внутреннее наполнение моего чемодана. Черный терма-костюм все еще был на мне, но он скорее походит на нижнее белье и ходить в нем будет не прилично. Наверно этот костюм единственный плюс моего пребывания на "идеальной планете". Из чемодана были извлечены мягкие темно серые обтягивающие брюки, водолазку и темные ботинки без каблука.

Одевшись, я вышка из каюты. Сразу около двери стоял высокий мужчин

- Капитан Ольхова, я рядовой вашей части корабля Купров. - Встав по стойке, смирно представился мерамовец.

Так, на каком корабле нахожусь, определилась, сейчас бы узнать, как я здесь очутилась.

- Где я могу найти капитана Семеста? - Купров замялся на мгновение, а потом ответил:

- Капитан, приказал следить, чтобы вам не стало хуже. И я не уверен, что вы достаточно оправились, чтобы идти к «сердцу» корабля.

- И чем же я, по-вашему, болею?! - Мужчина засмущался, и, потупив взор ответил:

- Вам длительное время кололи наркотические средства, и... мм.... Скажем так, не каждый человек останется после этого в здравом уме...

- Что?! - Выкрикнула я, полностью сраженная таким предположением.

- Капитан Ольхова, я не в коем случаи, не возьмусь утверждать, это на все сто процентов. Но процент, что вы остались в своем уме очень низок... - Если я сейчас ему врежу, то он точно убедится в том, что я сошла с ума, и таким образом у меня проявляется агрессия, но и оставить это я так просто не могу.

- Веди меня в «сердце» корабля. - Взяв эмоций под контроль, сухо приказала я. - Возражения не принимаются рядовой Купров. - И мужчине пришлось, подчинится.

Строение корабля было стандартным для военного, может только чуть больше. Экипаж корабля, который попадался нам по пути, не имел знаков отличия и военной формы. Простая удобная одежда разных цветов и покроя.

- Вы практикуете свободную форму одежды? - Спросила я у своего провожатого.

- Капитан Семест, считает, что это не обязательно. Своих подчиненных и их звания он знает и так, а если кого-то захватят в плен, то захватчики не смогут определить кто это - рядовой или сам капитан. - Я была вынуждена признать резонность данного положения. Ведь, подобрав команду, я не могла сказать, кто они по званию. - Капитан Гвор разделял его мнение. Но если вы предпочитаете, чтобы мы носили форму, мы будем носить.

- Думаю, я соглашусь с капитаном Семестом. - Дальше мы шли молча, но не долго.

Из «сердца» выполнялось управление всем кораблем. Если на других кораблях место пилотов и капитана, а также наводчиков и навигаторов находилось спереди корабля, то тут местоположение у него было в самом центре корабля. Около бортовых компьютеров сидели пилоты, места наводчиков пустовали, но я не сомневалась, что они, где-то рядом. В середине помещения, на возвышение разделенные стыковой полосой, разделяющей корабль на две части, стояли капитанские кресла. Одно из них, пустовало, на другом же сидел человек, который снился мне каждую ночь, который оказался капитаном Семестом. Какие еще сюрпризы приготовит мне жизнь? Рядом с Берсом стоял мужчина, которого я вчера не узнала - это был Марш, пилот моей половины корабля, как он сказал при встрече в "Полете".

Повернувшись, Берс увидел меня и поднялся с кресла.

- Добро пожаловать на борт, Лина. - Он мне обворожительно улыбнулся. От его улыбки стало на душе теплее. Но гордость доминировала над всеми остальными чувствами.

- Капитан Семест, я благодарна вам, что вы вытащили меня с той планеты (название я так и не узнала), долг жизни можете считать закрытым, но вроде я не давала вам разрешение называть меня сокращенным именем, для вас я по-прежнему капитан Ольхова. - Капитан грустно улыбнулся, а Марш откровенно рассмеялся. Но встретившись с моим взглядом, тут же извинился.

- Прошу прошение капитан Ольхова, просто очень необычно, чтобы супруги называли друг друга по званиям. - Моя челюсть тут же отвалилась. Какие супруги?! Почему я не в курсе, что я замужем?! А я давно замужем? Посмотрев на Берса, уже собиралась сказать ему все, что я о нем думаю, не взирая, на то, что все, кто были в сердце корабля, взирали на нас и явно ожидали продолжения комедией, но двери разъехались, пропуская внутрь Поля.

- Лина! – Мой бывший пилот, подбежав, сгреб меня в свои объятья. – Аделина, я так за тебя волновался!

- Поль, Поль, успокойся. – Попыталась я вырваться из захвата бывшего друга. Но безуспешно, тогда я попробовала другой способ. – Клериас Поль! Немедленно отпустите меня и объясните, почему вы сейчас находитесь на этом корабле, тогда, когда лайнер остался без первого пилота?!

- Как была жестокой, так и осталась. – Отпуская меня, грустно произнес Поль. И уже обращаясь к Берсу:

- Капитан Семест, можно попросить вас поднять заслон? Я бы хотел поговорить с Аделиной без лишних свидетелей. – Мерамовец согласно кивнул и вокруг возвышения, на котором стояла я Поль и Берс, поднялась прозрачная стена, отрезая нас от остальной части «сердца».

- Капитан, вы не оставите нас? Я хочу поговорить без посторонних. -

- Клерас, для Аделины, - Берс бросил взгляд в мою сторону и, улыбнувшись, поправился, - капитана Ольховой, я не являюсь посторонним, ведь я её муж. – Я открыла рот, чтобы сказать ему все, что я о нем думаю, но слов была так много, что я не смогла определить, что сказать ему в первую очередь. А между тем момент был упущен. Поль подскочив к мерамовцу, ударил его по лицу, а потом, развернувшись, посмотрел на меня.

- Я не на лайнере, потому что он – пилот показал пальцем на капитана, вытирающему рукой кровь с разбитой губы, - позвонил и поинтересовался, где ты можешь быть, так, не долетела до места назначения и у него есть сведенья, что с тобой что-то случилось! А потом почти две недели я искал тебя! И это, несмотря на то, что ты выбрала его вместо меня! Счастья вам в семейной жизни! – Поль нажал на какую-то кнопку на подлокотнике кресла, тем самым заставив стену исчезнуть, и вышел из «сердца» корабля.

- Можно сказать, прошло неплохо. – Подал голос Берс, к которому подошел Марш, протягивая салфетку. Я устала села в кресло.

- Берс, скажи, когда, почему и зачем мы поженились? – Закрыв глаза и потирая виски, задала я самый, интересующий меня вопрос.

- А где же капитан Семион? – Попробовал поддеть меня мой… муж. Но услышав мой тяжелый вздох, ответил: – Чтобы стать капитаном мерамовцкого военного корабля, нужно иметь гражданство. Ждать пока, ты проживешь на моей планете шесть лет, не было времени, мне нужен был новый напарник, другой способ получение гражданства – взять тебя в жены, ну или удочерить. – Я тихонько застонала. А Семион продолжил: - В «Полете» ты подписала брачный договор, там же я нанес тебе и себе на руку татуировку, – он закатил рукав, показывая точно такой же, как у меня на руке рисунок. – И скрепил его поцелуем. Ты разве не помнишь? – Я отрицательно покачала головой. – В любом случае все честно. Лина, ты добровольно дала согласие стать моей женой, иначе татуировка бы просто не активировалась. Ведь я по ней узнал, что ты в опасности.

- Она поменяла цвет. – Догадалась я.

- Да. Аделина, когда рисунок сменил цвет с черного на красный, ты даже не представляешь, как я за тебя испугался…

- Капитан, я получил результаты анализов – В «сердце» корабля влетел местный доктор, помахивая над головой листком с результатом.

- Ну и? – Мерамовец отвернулся от меня, переключив свое внимание на доктора.

- В крови не найдено наркотического вещества. Поздравляю капитан Семион, вы полностью здоровы! – Я уронила голову на руки, не разделяя радости бортового врача. Вместе с работой я сменила фамилию, изменила семейное положение и приобрела гражданство. Надо обрадовать маму с папой, а Лидия с мужем и так все знают, знали и не сказали!

- Аделина, - я открыла глаза и посмотрела на своего супруга. Он снился мне девятнадцать лет, и вот сейчас мы с ним одна семья. Но почему-то кажется, что это неправильно.

– Лина, с тобой все в порядке?

- Да! – Я встала с кресла. – Все замечательно. – Вот скажите мне, кто же жениться, когда жена в стельку пьяная? Или он специально меня напоил? Так, а вот это интересная мысль. - Разводы все еще существуют, а контракт подписан на два года. – И не надо мой милый супруг, так меняться в лице! Сейчас-то я трезвая и отвечаю за свои поступки.

- Марш, я жду всю команду корабля через 5 минут на построение. Буду знакомится. – И уже обращаясь к пилотам и наводчиком, оказавшихся на своих местах: - Все концерт окончен, второго действия не будет!

- А она знает, что комната с капитаном у неё одно? – Послышался шепот со стороны навигаторов.

- Когда узнает, будет второе действие. – И радостный смех, который я прервала:

- Если и будет, то точно без зрителей! – И оставив за своей спиной часть команды и мужа, вышла из «сердца» корабля.

Да, выйти из сердца и оставив последнее слово за собой, несомненно, эффектно, но глупо. Так же, как показывать свою гордость и усложнять, то, что могло быть намного проще, я про мои отношения с Берсом. Но с другой стороны, ему не стоило спаивать меня для получения положительного ответа. Я бы его и так дала... со временем... наверно... не знаю...

За анализом и раздумьями своих действий, я и не заметила, как оказалась рядом с отсеком катеров, и одноместных кораблей, такой мини ангар внутри большого корабля. Свой одиночный корабль я увидела сразу же. Устаревший по современным меркам, побитый, с облупившейся краской, но такой родной и любимый.

Данное средство передвижения я купила, еще, будучи студенткой, долго откладывала стипендию, и те крохи зарплаты, которые я получала на подработке. К концу третьего курса я накопила и стала гордой обладательницей. Со временем заменяла устаревшие детали, оборудование. На данный момент я имею новый корабль в старой оболочке, винтаж в своем роде.

Проведя рукой по приборной панели, попробовала завести, надеясь, что неполадки устранены. Корабль ожил, но показал, отсутствие энергии и автоматически выключился.

Вздохнув и прикинув, сколько прошло времени с момента моего последнего приказа, приняла решение возвращаться к «сердцу».

Но не успела я выйти из корабля, как в ангар вошел Пьер и Берс, направляющиеся ко второму одноместному кораблю.

Я не поддерживаю мнение, что подслушивать не хорошо. Иногда вовремя подслушанная информация является тем ключиком, который позволяет открыть двери к победе.

Приоткрыв двери, для лучшей слышимости, приготовилась слушать разговор моего бывшего пилота и моего... мужа.

- Мерамовец, не дай бог, она будет несчастна рядом с тобой! - Поль открыл дверь корабля и в пол оборота развернулся к капитану. - Я не посмотрю на твое положение, за одну ее слезу отправлю к праотцам.

 - Можешь не волноваться, я не позволю ей быть несчастной, да и она сама себе этого не позволит. - Берс, как всегда был самоуверен и оставался хозяином положения. Его ухмылка раздражала и при этом заставляла сердце биться чаще.

- А если захочет уйти, отпустишь? - Этот вопрос и меня интересовал, я непроизвольно задержала дыхание в ожидание ответа. Семест выдержал паузу и ответил, устремив взгляд на мой корабль. Неужели знает, что я здесь?

- Отпущу. Я дам ей свободу, даже если буду считать, что ей это не пойдет на пользу.

- Спасибо. - Прошептала я, и Берс, словно услышав меня, улыбнулся.

- Ты даже не представляешь, как мне хочется тебе врезать, этим убрав с твоих губ улыбку. – Прошипел Поль.

- Представляю. - Капитан дотронулся до развитой губы.

- Нет, ты не представляешь, каково любить ее, видеть, как она взрослеет, делает ошибки, набирается опыта, ждать, когда она повзрослеет и обратит на меня внимание, а потом, вдруг ее дорога пересекается с таким как ты! И все надежды рушатся! Я предупредил тебя. Ее жизнь и счастье для меня всегда будут на первом месте.

- Не для одного тебя. - Поль ничего не ответил мерамовцу, сел в корабль и улетел.

Когда в отсеке остался только Берс и я, он подошел к моему кораблю.

- То, что я говорил ему, я могу повторить и тебе лично.

Я вышка из корабля и встретилась с его глазами.

- Как узнал, что я тут? - мужчина подал мне руку, помогая мне сойти с корабля.

- Если я скажу, что чувствую твое присутствие, поверишь мне? - Он снова улыбался, и я понимала, что за одну эту улыбку согласна на все. Так, Лина, приходи в себя! Сколько можно строить из себя влюбленную дуру с розовыми мозгами?!

- А должна верить? - Ответ получился резче, чем мне бы хотелось.

- Как хочешь. Ты можешь не верить не тому, что я здесь говорил, ни моим ответам тебе, ни тому, что я тебя люблю. Это твое право верить или не верить мне. Но я буду старательно доказывать тебе свои слова.

- Попробуйте. Пока, я не верю, что можно влюбиться с первого взгляда. – Ну, да, ну, да, а я просто исключение из моего же собственного правила, но ему это знать не обязательно. Берс, словно догадываясь о чем-то подобном, приблизился ко мне в плотную и, нагнувшись, прошептал мне:

- Я буду, очень старятся. – По моему телу забегали табуном мурашки, а губы нестерпимо зачесались.

- Мне надо идти. - И я постыдно сбегаю из помещения. Можно сколько угодно себя убеждать, что меня ждет моя команда для знакомства. Правда же была в том, что я действительно сбежала, сославшись на дела. Почему, ну почему мне надо все усложнять? Показать, что я гордая? Да я уже всем это показала! Но нет, мне кажется это недостаточно, и продолжаю усложнять себе и другим жизнь.

В коридоре меня встретили Марш, и показал дорогу в кают-компанию, где обычно проводятся все сборы.

Четырнадцать мужчин при моём появление, поворачивают одновременно головы в мою сторону. Миг и они стоят в одной шеренге.

- Я капитан Аделина Ольхова - начинаю я, но Марш, стоявший за моей спиной, поправляет меня:

- Капитан Семест. - Наверно скрип моих зубов не слышал только глухой.

- Капитан Ольхова - снова продолжаю я. - Раньше была капитаном военного корабля «Sperare», а затем туристического лайнера. Чтобы вас надолго не отвлекать от ваших прямых обязанностей, прошу представиться быстро и четко. - И выжидательно уставилась на команду. Мерамовцы не заставили себя долго ждать и уже через пять минут, я знала всех. В моем подчинение оказалось пятнадцать человек: два пилота, хакер, двое оружейников, навигатор, кок по совместительству отвечающий за хозяйственную часть, трое механиков, и рядовые, а еще врач.

В лицо запомнила я их всех, но вот по именам... Всегда было туго с запоминанием мужских имен.

Распустив всех, отправилась вслед за Маршем в сердце корабля, где познакомилась с пилотами, хакером и навигатором второй части корабля, а также узнала, что из-за меня опаздываем на место соединения с другими кораблями для схватки на три дня.

- Как так получилось, что в военное время, Берс получил разрешение, отправится за мной? - Я сидела в своем кресле, придвинув его ближе к пилоту. Управляли кораблем сейчас Марш и Торл - пилот со стороны Берса. С Маршем я и говорила. В обще создавалось такое чувство, что Марша, приставили ко мне помощником, таким раскладом я была довольна, Он мне искренне нравился.

- А кто ему может запретить? Капитан, ведь далеко не простой военный. - Я нахмурилась. А пилот продолжает:

- Но это только одна часть, вторая же заключается в том, что любому мерамовцу нужен душевный покой. Если морально сломать мерамовца, то его можно уже считать мертвым. Он сходит с ума и медленно умирает. Это ужасное зрелище. Когда умер брат капитана, на вашем корабле, вы стали для Берса той неожиданной поддержкой, которая держит его на границе с безумием. Вся команда это понимает и не может забыть то состояние, в котором он был, когда вы не явились в назначенное время. - Я сидела, опустив глаза, и пыталась переварить информацию и не знала, что тут, можно сказать. Когда душевное спокойствие ставится на первое место это необычно и для того, кто рос в обществе, где с твоими переживаниями никто не считается и их принято скрывать, это трудно понять.

- Что бы вы, не думали о капитане Семесте, знайте, что вы то, что заставляете его жить. – Я подняла глаза на пилота, и увидела, что его слова искренне. Чтобы избавится от не ловкого чувства и продолжения разговора, решила перейти к активным действиям. Встала из кресла и подошла к приборной панели.

Прерывать гипер-прыжок не безопасно, но другого выхода я не видела, для исправления ситуации. Когда до пилотов, дошло что я собираюсь сделать, оба попытались меня остановить.

- Я знаю, что я делаю. - Был мой ответ на их протесты, а на заявление, что нужно согласовать действия с Берсом, попросила, чтобы с ним связались по внутренней связи и пригласили присоединиться.

Выжив из кресла Марша, села за управление сама. Корабль дернулся, при выходе и остановился. А я уже вводила код для создания черной дыры.

- Аделина, что черт... - Дальнейшее высказывания мужа заглушила сирена, объявляя о возникновение черной дыры в непосредственной близости от корабля.

Соседнее кресло пилота тут же занимает Берс и пытается исправить положение.

- Оставь! - Пытаясь перекричать сирену ору я. - Выключи сирену! Все под контролем! - На меня смотрят как на умалишенную и во взгляде явно читаются сожаление, что взял меня капитаном.

Тем временем мне удается завести корабль, не смотрю на старания Семеста, в черную дыру.

- Вводи координаты конечной точки! И выруби, наконец, сирену! – Ору я. - Если мы сейчас не введен направление, нас выкинет черт знает куда! - Мгновение Семест колеблется, но потом решает мне довериться, и вводит, наконец, координаты. На экране вспыхивает время прибытия в конечную точку. Полет будет длиться три минуты.

Сирену, наконец, отключают. И я оглядываюсь назад. В «сердце» присутствуют все пилоты, два хакера и навигаторы. Все поднятые по тревоге. Поворачиваюсь к супругу, тот сидит и внимательно меня изучает.

- Новая разработка ваших ученых? - Наконец спрашивает он. В его голосе слышится усталость.

- В несколько раз уменьшает время полета. Потом минут десять мы не будем существовать. Есть время оценить обстановку. - Решила я прояснить ситуацию до конца.

- В следующий раз предупреждай. - И объявляет по внешней связи боевую готовность, затем уходит.

Меня обступают пилоты и хакеры с вопросами по поводу использования черной дыры для перемещения. Вяло отвечаю, что не знаю принципа, что не скажу код открытия черной дыры, и что мы первые кто использует дыры на практике. После этого заявления, окружающие бледнеют и перестают меня расспрашивать.

- Похоже, с вами нам скучать не придется. - Марш был единственный, кто остался стоять возле меня. Ну, это и понятно, я все еще занимала его место.

- Думаю в моем запасе не так много выходок из разряда вон выходящего. И вы скоро привыкнете. - После этого я освободила место пилота и пересела в свое кресло. Вскоре и соседнее кресло было занято, и мы вышли из черной дыры.

Окружающий нас мир был словно черно белое кино, поставленное на паузу. По обстановке можно было понять, что противник значительно превосходит нас численностью, а половина наших кораблей при следующем выстреле потеряет способность к дальнейшему ведению боя.

Берс выругался, я его в этом полностью понимала, было видно, что бой проигран и как только мы в него вступим, нас прикончат.

- Капитан, что прикажете? - Было не понятно, у кого спрашивает пилот, но это было без разницы, идеи для выхода из ситуации не было ни у меня, ни у моего мужа.

Тишина, установившаяся в «сердце» корабля, давила и заставляла панику поднимать голову.

- Аделина, мы сможем сделать выстрел? - Обратился ко мне муж. Я только пожала плечами, но все же отдала приказ:

- Локальный, по ближайшему вражескому кораблю. - Приказ тут же выполнили, и заряд, покинув ствол орудия, завис в космосе по направлению к вражескому кораблю. Я перевела взгляд на Семеста.

- Есть шанс, что заряд достигнет своей цели, как только мы сами проявимся в реальности.

- Предлагаешь расстрелять все корабли противника?

- И увести из-под удара наши. - Я развернула кресло так, чтобы сидеть напротив Берса, а не рядом.

- Мы потратим большое количество зарядов и энергии, ты должна прекрасно понимать, что в случае неудачи мы будем на ровне с теми, кто ведет бой уже не первый час.

- В любом случае летальный исход неизбежен. Тут есть хотя бы шанс, что он будет не для нас. - Капитан кивнул, принимая решение, а в запасе у нас оставалось минут пять, а работа предстояла долгая.

Для экономии времени корабль разделили на две части, и там, где проходила линия разделения выросла прозрачная стена. Огромный корабль превратился в два средних, пока несуществующих в этой реальности корабля. И началась работа.

Кто-то может сказать, что обстрел кораблей, когда те не могут защититься не честно и подло, но, когда вопрос стоит: или ты или тебя, и плюсом еще несколько кораблей, мне кажется тут не до чести. К тому же, какой разговор может идти о чести, если противник в несколько раз превосходит тебя числом?!

За оставшееся время, предположительно было выведено большая половина противников и отведены от удара все союзники. Но оставались еще те, кто мог дать отпор, и они дали. Выход произошел незаметно, прозвучали взрывы, оповещая, что они достигли цели. Радость от того, что план сработал, тут же сменилась сосредоточенностью, когда на экране появилось предупреждение о наведения на нас локального выстрела.

- Восемьдесят процентов энергии на передние щиты. - Отдала я приказ, уже понимая, что после энергии останется только для того, чтобы двигатели не заглохли. Второго выстрела корабль не выдержит. Яркая вспышка ослепила меня на мгновение, но щиты выдержали.

- Капитан, второго попадания не выдержим. - Заикнулся кто-то из оружейников.

- Знаю! - Рявкнула, соображая, как сохранить корабль. Остается только маневрировать, и уклонятся от выстрелов.

- Кайл, освобождай кресло. - Отдала приказ пилоту, искренне надеясь, что не перепутала его имя. Второй пилот был примерно моего возраста с очень длинными, на мой взгляд, волосам. Но, похоже, с именем я не перепутала. Заняв место пилота, взялась за штурвал.

- Капитан, вас вызывают.

- Соединяй. - Ответила я, не отрывая напряженного взгляда с экрана.

Вызывал меня кто-то из союзников, как оказалось, он пытался организовать мне прикрытие, хотя сам был подбит и находился в гораздо плачевном состояние, чем мы. В резких формах оповестила его о том, что лучше бы сам пытался сохранить корабль, а не прикрывал меня.

Самое интересное, что таких вызовов с настойчивым предложением прикрыть было еще пять штук, на все я ответила отказом. То же, мне нашли принцессу, которую нужно оберегать и защищать.

Шестой вызов пришел от Берса. Он в такой же грубой форме, в какой я отказывалась от помощи, сообщил, что пора объединять корабль. А как только соединение произошло, чуть не убил.

- Какого, черта, отказываешься от помощи?! - Орал он на меня, предварительно подняв звукоизоляционную стенку.

- Я никогда не приму помощь, у тех, кому самому нужна помощь! - так же орала я. - И мне кажется, что сейчас не время предъявлять мне не обоснованные претензий! Кто я такая, чтобы меня должны прикрывать в ущерб себе?! - Берс отвел взгляд и предпочел отступить. Убрав стену, мы вернулись к управлению.

Добить почти разбитого противника не составит труда почти никому, ну или почти не составит. Но фактом остается то, что уже через полчаса мы летели на базу.

Стоит сказать, что когда корабль соединился, энергия сбалансировалась между двумя его частями. Очень интересная и практичная разработка.

Чтобы довести корабль до пункта назначение, присутствие капитана в «сердце» не обязательно, отсюда следует, что я могу, смело пойти к себе. Дяди уже большие и им не нужен постоянный контроль.

После горячего душа, который позволил снять напряжения после военных действий, завернувшись в мягкое, светло голубое полотенце, сдернув с кровати, покрывало, повалилась на нее. Уснула я моментально и уже не услышала, как в каюту вошел Берс.

Я стояла перед экраном и смотрела, как парламентеры выходят для переговоров на середину коридора между кораблями. Вот еще чуть-чуть и я увижу дядю. Сердце принимается бешено колотиться об грудную клетку. Воздуха катастрофически не хватает. Паника начинает поднимать свою голову.

Мужчина с нашей стороны тоже подходит к середине, оборачивается и смотрит на камеру. Это не дядя, это Берс…

Гребер резким движением достает оружие и стреляет. Семест падает, а я начинаю кричать, а в груди разрывается атомная бомба...

- Тшш... Тише девочка, успокойся... - Горячие, сильные руки укачивали меня, а по моим щекам катятся слезы.

- Лина... - Берс сидел, прислонившись спиной к спинке кровати, а я полулежала на нем упиравшись спиной ему в грудь.

Всхлипнув, попыталась слезть с Берса. Ключевое слово попыталась, мерамовец не отпустил меня, а продолжил укачивать и шептать, что-то утешительное.

И тут моя гордость сдала позиции. Развернувшись, поцеловала его, одной рукой пытаясь придержать сползающее полотенце. Секундное удивление, и он ответил на поцелуй. Господи! Как же я его люблю!

Потребность придерживать полотенце и дальше, как-то отпала сама по себе.

Муж ласково перебирал мои заметно отросшие, благодаря шампуню из "идеального мира", волосы. Было необыкновенно хорошо, и я была готова пролежать вот так в постели с ним хоть всю жизнь.

- Моя принцесса. – Прошептал он, прижимая меня теснее к себе.

В моих снах он всегда так меня называл, услышать это в первый раз бодрствуя, было неожиданно, и я вздрогнула, но тут же расслабилась, и, поднявшись на локте, поцеловала его в нос.

- Я знаю. - Берс поднял брови в удивление.

- Разве? - Кивнув, я еще раз его поцеловала.

- Пора вставать, скоро прилетим. - Сказала я, вставая с кровати и проходя к сумке с моими вещами, нужно будет разложить их потом в шкафу.

Берс внимательно наблюдал за мной горящими глазами, пока я не оделась.

- Ну?

- А мы уже давно прилетели. - Лениво потягиваясь на кровати, сообщил мне мерамовец.

- А почему ты мне ни чего не сказал? - Справившись с шоком, спросила я, подходя к кровати.

- Я пришел тебя будить, когда... Ты кричала. Лина, я очень испугался за тебя. - Я прилегла рядом с Берсом, положив ему голову на грудь, и обняла его. - Что тебе снилось? - я покачала головой. - Лина, я хочу, чтобы ты мне доверяла.

- Со временем. Пошли, нас наверняка ждут. – Ему только и осталось мне подчиниться.

Мне приходилось присутствовать на военных советах. Большой зал, в центре стоит стол, за которым сидят капитаны, чьи боевые заслуги позволяли им сидеть рядом с императором и военным министром. Вокруг стояли трибуны, на которых сидели все остальные военные.

Так вот, как не трудно догадаться, я обычно сидела на трибуне, а мой дядя за столом, в этот же раз мое место было за столом, рядом с Берсом, который в свою очередь сидел по правую руку от императора. Отсюда делаем вывод, что мой муж министр по военной части. Приплыли. Этого он мне не говорил. Да мы практически и не разговаривали. Я вышла замуж за человека, о котором ничего не знаю. Больше не буду пить в сомнительных компаниях, и принимать даже самые простые решения хоть с малой долей алкоголя в крови.

Сев за стол Берс обратился к Императору:

- Что ты тут делаешь?! - он обращайся шепотом, но мне все прекрасно было слышно.

- Отец отказался от титула в мою пользу, после смерти Гвора. Чаще бы выходил на связь, знал бы о смене своего положения раньше, наследник.

А я сидела и тихонечко офигевала. Наследник блин. С каждой минутой все интереснее.

- А вы милая девушка, как я понял Аделина, супруга, моего младшего брата? - обратился ко мне император. Я в ответ только кивнула, смотря прямо в глаза своего мужа. Интересно, каких еще тараканов и скелетов он имеет? Берс виновато на меня посмотрел. Я его понимала. Мы знакомы меньше месяца, общались при этом от силы часов десять. За это время невозможно рассказать все о своей жизни.

- Сочувствую вам. - Я перевела взгляд на правителя, а он продолжил:

- Мой брат далеко не подарок. Как же вы дали согласие на брак?

- В состояние алкогольного опьянения. - Наслаждаюсь растерянностью на лице правителя и ужаса супруга.

- Берс, я же тогда просто шутил, по поводу женитьбы на пьяной невесте. Зачем же принимать мои слова в серьез?! – Похоже, старший брат был глубоко поражен поведением младшего.

Дальше наш разговор не продолжился в виду начала военного собрания.

Собрание продолжалось часа три. Его итогами стала утвержденная военная стратегия и план дальнейших действий.

После собрания, вернувшись на корабль, я с Берсом впервые поговорили спокойно, не повышая голоса и не выходя из себя (это все относится на мой счет). Из разговора я смогла узнать некоторые подробности о семье мужа, его положение в обществе и о сложившейся ситуации.

Выходило весьма интересно:

У правителя Мерама было три сына (как в сказке). Старший сын Торш, средний Гвор и младший Берс. После смерти Гвора, Торш стал императором, и до появления у него детей (а он еще не желает, и обзаводиться семьей пока не планирует) Берс будет являться наследником престола.

Что же касается моей роли в этой игре, то после завершения военных действий, на меня как на жену наследника престола накладываются определенные обязательства. От примерного перечня обязательств и нормы поведения мне резко поплохело. С этой минуты я буду искренне молиться за здоровье шурина. Ведь если с ним не дай бог что-нибудь случиться...

В общем, кошмар на всю будущую жизнь мне обеспечен. А отказаться от этой почетной обязанности я не смогу.

Развод у Муромцев существовал, но только не у правящей семьи. В моем случае расторгнуть брак можно только после смерти одного из супругов.

Нельзя сказать, что я была сильно расстроена этим известием, ведь не надо было думать о разводе, показывать свою гордость и возможно потерять раз и навсегда человека, предоставленного мне самой судьбой. В общем, меня все устраивало в сложившейся ситуации, кроме титула моего супруга.

После разговора обстановка на корабле стала намного лучше. Уже не чувствовалось того напряжения, и граница разделения корабля и команды практически исчезла, появляясь лишь когда корабль разделяли для ведения военных действий.

День проходил за днем. Уже прошло полгода, с того момента, как я заключила договор. И я с каждым часом убеждалась, что решение, принятое на пьяную голову не такое уж ужасное и даже принесло мне больше пользы и счастья, чем, если бы отказалась, будучи трезвой. У меня есть любимая работа, есть муж, есть команда и корабль, что еще нужно для счастья? Наверно только победа в войне. А так как силы равны, победа далеко.

Бои были не столько кровожадными, сколько выматывающими. Не одна сторона не могла одержать победу или хотя бы хоть на шаг приблизиться к ней.

Сегодняшний бой длился уже десятый час. Корабль пришлось соединить на шестом часу боя. Сторона Берса была сильно повреждена, команда тоже была не в лучшем состояние, а сам же капитан еле держался на ногах.

После соединения, корабль недолго продержался, пришлось перейти на резервные генераторы и отсоединить, предварительно переведя людей, половину Берса. Она только отнимала энергию. В этот раз перевес сил был на стороне Греберов.

- Лина... - ко мне подошел Берс. По его виску сбегала струйка крови, а ноги подкашивались. Повернувшись к нему от пульта управления, еле удержалась, чтобы не высказать все, что я думаю об его умственных способностях. Ну, вот какого он спокойно не лежит в каюте, ну на худой конец не сидит в кресле, а ползает по всему кораблю?! С его командой удалось справиться и отправить раненых по постелям, но вот почему не удается справиться с капитаном? Я и сама не железная, несколько часов на ногах, а еще он, строит из себя героя, руководителя. Устало подошла к мужу с целью усадить его в кресло.

- Как обстановка? – спросил он, на минуту прикрывая глаза.

- Без изменений. Капитан Семест, я, конечно, понимаю, что вам непременно нужно находиться «у руля», и вы не будете обращать внимание на такие мелочи жизни, как слабость и не состояние стоять на ногах. Но вам следует учесть одно обстоятельство, что еще полчаса такого поведения, и вас можно будет выносить. – Развернувшись, я пошла к пульту управления, чтобы вызвать бортового медика.

- Тобиас, подойдите в сердце. – На другом конце канала ответили утвердительно, и, отключившись, повернулась к Берсу.

- Сидеть, на месте, в идеале не двигаться. – Ответ Берса по поводу моего самоуправства мне не суждено было выслушать, вражеский крейсер вызывал нас по видеосвязи. Кивнула пилоту, чтобы разрешил связь. На экране появился капитан греберов. Что-то неуловимо знакомое было в нем, какое-то сходство между моим собеседником и убийцей моего дяди, наверняка его родственник. Я точно знала, что у него на экране отражается только Берс и мое пустое кресло, и изменять позицию я не собиралась.

- Приветствую вас капитан Анторы. – Начал свою речь греберовец. – Вы один? – Я кивнула Семесту, чтобы подтвердил.

- На данный момент да. Чем могу быть полезен? – Удивительно, как меняется человек, под обстоятельствами. Больной, понимая, что нельзя показывать свою слабость, будет выглядеть полным сил, несмотря на то, что его состояние далеко от этого.

- Я выступаю от лица наших правителей, с предложением о переговорах. – Что-то внутри меня оборвалось, три года назад дяде пришло точно такое же предложение. – Мы будем ждать вас капитан Семест, через три часа – на экране появилось сообщение с координатами – в указанной точке. Если вылетите сейчас, как раз долетите вовремя.

После того, как вызов был завершен, я посмотрела на мужа. Он тоже внимательно рассматривал меня. Вот интересно, какие мысли у него сейчас в голове? Лично в моей голове табунами бегали мысли о сходстве ситуации и дальнейшем пути ее развития. Я не могла допустить, чтобы на моих глазах погиб и Берс.

В «сердце» стояла тишина, нарушаемая только легким гудением аппаратов.

- Курс на заданные координаты. – Прервал тишину Семест, а вместо с ней и мои сомнения. Грустно улыбнувшись, вышла из «сердца», и как раз вовремя, к «сердцу» подходил бортовой медик. Он был очень большим мужчиной с весьма устрашающей внешностью, но, не смотря на внешний вид, в душе он был милый и добрый, как ягненок.

- Тобиас, мне нужно снотворное для Берса, желательно быстродействующее. – Мужчина внимательно на меня посмотрел.

- Капитан Ольхова, вы уверенны в своих действиях? – Я только кивнула. А Тобиас полез в свою сумку и вытащил медицинский пистолет.

- Правила знаете, экипаж не может вмешиваться в разборки капитанов. – Я снова кивнула и протянула руку за пистолетом, предварительно спросив:

- Но конвоирование бесчувственного тела капитана в каюту, же можно? А то я его на себе не дотащу. – Врач только хмыкнул. – Позовите двух рядовых и будьте готовы.

Ну, что ж пора разыгрывать представление.

Спрятав пистолет под рукав просторного свитера (нагло стащенного у Берса), зашла в «сердце», прошла к панели передач. Присутствующие активно занимались трудовой деятельностью, других капитанов уже оповестили о предложение переговоров. Половина кораблей уже отправились на базу, а наши пилоты уже готовились к гипер-прыжку. Пора вмешиваться.

- Марш, подожди, не торопись. – Прошептала, не опуская глаз от экрана, спиной чувствую взгляд мужа.

- Вы что-то опять задумали? – Оставив вопрос без ответа, резко развернулась, быстро подошла к Берсу и села ему на колени. Удивление в его глазах и непонимание, и чтобы удивление не переросло в подозрение, закрепила эффект поцеловав в губы.

Так получилось, что за шесть месяцев мы ни разу не были наедине. Эти месяцы были полны только работы. Нет, конечно, мы спали в одной постели, правда, по очереди. Приходя в каюту, я падала на кровать и тут же отрубалась, будил меня Берс, в свою очередь тоже падая и засыпая. Какая уж тут супружеская жизнь и романтика, когда все мысли крутятся вокруг сражений, а сам устаешь, как собака?

Так вот, пока Берс пребывал в шоке, ввела ему снотворное.

- Прости. – Глаза мужа медленно закрывались, и я смотрела, как он засыпает. Подошел Тобиас и приложил пальцы к вене на шее.

- Замечательно вводите вакцину, так ровно и так аккуратно.

- Спасибо за лестную оценку. – Это доктору, и уже рядовым: Отнесите его в каюту. – Экипаж смотрел на меня с непониманием, я и сама себя иногда не понимаю. Подойдя к пульту управления начала объяснять свои действия.

- Греберы пять лет назад объявили войну Ларелам, через два года, они предложили переговоры, на которых расстреляли в упор парламентера и направили оружие на корабль с экипажем, на котором прилетел парламентер. – Во время объяснения, подготовила корабль для гипер-прыжка, заменив координаты личным кодом, и когда появилась черная дыра, ввела координаты родной планеты. – Сейчас Герберы решили повторить свой трюк. – Рассказывала я, отходя от управления и садясь в своё кресло. Через пять минут должны прибыть на место. – Сейчас мы летим на Ларел, там меняем корабль… - и, не дожидаясь протестов, обосновала - Антора, не достаточно маневренна, и не в лучшей форме. После летим на встречу, но немного изменяем правила поведения при переговорах.

- Капитан Ольхова, вы уверены, в том, что это ловушка? – Спросил Марш. Как же меня достали вопросы, уверенна ли я в своих действиях. Пора было уже запомнить, что я уверена в себе, в своей команде и в доверенных лицах.

- Да. Капитан Берс важная фигура на доске, и его смерть должна ослабить, если не вывести из равновесия военную мощь Моара, не зря Гребер уточнил, что на переговоры должен явиться капитан Семест.

- Но, вы, как я понял, не намерены отпускать его на переговоры? – Я улыбнулась пилоту.

- Правильно поняли. Туда пойду я. – Марш открыл рот, но я не дала ему сказать. – Возражения не принимаются и моё решение не обсуждается.

- Тогда у меня есть единственный вопрос. – Марш, сцепил пальцы в замок и обхватил колено. – Кто сообщит капитану Семесту, что его жена и второй капитан погибли вместо него?

- Думаю… - голос предательски сорвался. – Давайте решать проблемы по мере их поступления. – Знала ли я, что шанс вернутся с корабля Герберов, ничтожно мал, если совсем не отсутствует? Определенно да. Но все, же я надеялась, тайно на этот шанс.

- Введите запрос на посадку в порту Либод.

- Посадка разрешена. – Отрапортовал пилот.

- Тринадцатый ангар. – Практически безжизненным голосом произнесла я, а затем вышла из «сердца». Пока я на планете, хочу увидеть родителей, а то боюсь, другого шанса жизнь мне не предоставит.

В маленьком домике с желтой обшивкой и коричневой крышей жили мои родители. Подъездная дорожка подсвечивалась маленькими фонариками, журчала вода в декоративном фонтанчике на лужайке. Какая-то ночная птичка пела из пышного, зеленого куста.

Отогнув рукав черной водолазки, посмотрела на циферблат электронных часов, синие цифры показывали час ночи. Я очень надеялась, что родители еще не спят.

Открыв тяжелую дубовую дверь, вошла в маленький коридорчик, куда пробивались лучи света из кухни.

- Родители. – Позвала я, снимая ботинки. Из кухни вышел папа, а следом за ним и мама. – Опять трамбитесь на ночь?

- Вернулась… - Мама подошла ко мне и обняла. – Я боялась, что ты уже не вернешься. – По её щекам катились слезы, а я посмотрела на папу. Примерно четыре месяца назад, я сообщила ему, что подписала контракт с Моаровцами, и сейчас являюсь капитана военного корабля. Тогда он согласился со мной, что маме знать это не обязательно, а сейчас выясняется, что он ей все рассказал.

- Мамочка, не надо плакать. – Я вытерла ей слезы и улыбнулась. – Со мной все в порядке. У меня не так много времени, и через полчаса я должна буду уже отправляться на корабль. – После этих слов мама отступила и посмотрела на меня строго и сердито.

- Зачем ты опять ввязалась в войну? Хочешь повторить судьбу своего дяди?! Нам в семье хватает одного самоубийцы, возомнившего себя герое! Не повторяй тех же ошибок, выйди замуж, устройся на нормальную работу, роди детей. – Мама снова начала плакать. А мне от её слов стало смешно и ужасно грустно, ведь я полностью повторяю судьбу своего родственника, и при этом умудрилась выполнить два её условия, хотя с втором она была в корне не согласна.

- Оставь её, она не даст себя убить. – Папа подошел и обнял меня. – Пошли на кухню малышка, расскажешь, как у тебя дела. – И я дала себя увести на кухню.

Полчаса пролетели за одну секунду. Я интересовалась всеми происходящими у родителей делами, узнала, что Лилия ждет ребенка. Про мою работу по умолчанию мы ничего не говорили.

И вот, стою на крыльце и снова обнимаю родителей, на этот раз, прощаясь, возможно навсегда.

- Я люблю вас мама, папа. – Я стараюсь улыбаться, удерживая слезы.

- Мы тоже тебя любим. Постарайся вернуться. – Мама не скрывала своих слез.

- Мам…

- Ты думаешь, я не поняла, что ты прилетела сюда попрощаться с нами?! – Папа подошел и обнял маму за плечи. Я опустила голову.

- Простите… - И, развернувшись, пошла по дорожке к маленькому красному кораблю, взятому в аренду в порту, для перемещения по планете.

- Лина! – Я оглянулась, ко мне шел папа. – Лина, ты сейчас к Лидии? – Покачала головой, у меня уже не осталось времени попрощаться с сестрой. – Подожди минутку. – И папа убежал в дом. А на крыльце стояла мама и смотрела на меня.

- Мама, я вернусь, обещаю. – Она кивнула, хотя не верила в мои обещания. Я бы тоже себе не поверила.

Папа принес две капсулы, размером с арахис.

- Лидия просила передать тебе это. – Он отдал мне капсулы. – Моментальное перемещение из любой точки в другую для одного человека. – Мои глаза расширились, разработка, над которой бились ученые не одно столетие, лежала у меня на ладони.

- Она боялась, что ты не приедешь к ней, и вот её тревоги оказались не напрасны. Аделина, используй только в крайнем случае, их было крайне трудно достать, а еще капсулы не использовали в полевых условиях. В лаборатории работает, а вот вне ее стен… – Я обняла папу.

- Передай Лилии, огромное спасибо! Она подарила мне шанс на жизнь. – Прошептала я на ухо папе.

- Все так плохо?

- Герберы потребовали переговоры. – Больше я могла ничего не объяснять, он и так все понял.

- Удачи, дочка. – Папа выпустил меня из объятий, и как только я села в корабль, и отъехала на достаточное расстояние, чтобы родители не видели меня, заревела.

Когда я поднималась на бывший дядин корабль темно зеленого цвета, я уже успокоилась и была сосредоточена и полна решимости.

Марш и второй пилот сидели за штурвалом и осматривали «новую» панель управления. Хакер со стороны Берса, вроде бы Лонд, пытался взломать код бортового компьютера, чтобы войти в систему.

- «Лилина», - обратилась я к хакеру. – Пароль «Лилина». – Он поднял голову и посмотрел на меня, а я указала на фотографию, прикрепленную к стене над монитором. На ней была изображена я и сестра двадцать лет назад, мы сидели на качелях в парке и ели фруктовое мороженное. Эту фотографию сделал дядя, для того, чтобы его любимые племянницы всегда были с ним на любом задание. Своей семьи у него не было, и в свое свободное от службы время он проводил с нами. Вот и пароль у него состоял из наших имен.

Хакер ввел пароль и зашел в систему.

- Прежде чем лезть в окно, попробуй постучать в дверь, вдруг откроют.

- Греберам тоже будете стучать в дверь, капитан? – Хакер явно был против моих затей, и старался это показать.

- Нет, полезу через пространство. – На меня уставились, как на дуру. Ну да, ну, да, сама себе бы не поверила. - Мне нужна программа, которая сможет передать всю информацию системы на один компьютер.

- И защищенную? – Хакер подобрался, и можно было видеть, как его мысли уже забегали вокруг программ, которые могли бы подойти.

- Особенно защищенных. – Лонд нахмурился, но уткнулся в компьютер, ища программу. – А так, же нужна вирусная программа, полного уничтожения всей системы. И желательно скомбинированная с первой. – Моаровец хмыкнул, и больше не отвлекаясь на внешние раздражители, углубился в работу.

- Приготовится к отправке, курс на систему Ружрен. – Заняв свое место, стала наблюдать, за тем, как исполняют мой приказ, не прекращая при этом обдумывать план дальнейших действий.

Лилия спасала дядю и меня новыми разработками не один раз. Другой вопрос, что некоторые из них были неопробованные на практике и иногда в итоге результат не мог предсказать никто. Сейчас благодаря сестре, у меня есть шанс, может быть и не на жизнь, но шанс, испортить систему и передать данные.

Мне совершенно не охота изображать из себя героя и идти сознательно на верную смерть. Чтобы не отступить назад нужно еще больше мужества, чем нужно для шага вперед. И чтобы не сделать этот шаг назад, необходимо загнать себя в угол, отрезать все пути отступления. И тогда не останется иного выхода, как идти вперед. Это не смелость, это необходимость.

Как только, корабль вышел в зону доступную для гипер-прыжка, открыла черную дыру. Перемещение будет длиться шесть минут, у хакера осталось совсем немного времени для комбинирования двух программ.

- Капитан Ольхова, вы помните, что я вам рассказывал о эмоциональной зависимости Мерамовцев?

- Да, Марш, и поэтому, найдите ему новую привязанность, как можно скорее, если я не вернусь.

- Но капитан! – Я остановила дальнейшее высказывание пилота. Вынос мозга, это последнее, что мне сейчас нужно. Вместо этого я прошла в каюту, где лежал Берс.

В отличие от Анторы на Sperare не было больших кают, так как он сам был не очень большим кораблем, но зато маневренным и энергетические запасы у него были намного больше.

Прежде чем подойти к односпальной кровати, на которой лежал Семест, и сесть рядом с ним, сменила черную водолазку на китель. В нем я чувствовала себя более защищенно, да и в карманы можно положить полезные вещички.

Поцеловав мужа тихонько прошептала ему на ухо, хотя знала, что он не услышит:

- Прости, я эгоистка. Но я не смогу пережить еще одну смерть любимого человека. – Ресницы Берса задрожали, и он открыл глаза. В нутрии меня, что-то оборвалось. Он не позволит мне совершить задуманное – пронеслась мысль у меня в голове.

– Прости - в последний, раз прошептала я, и выскочила из каюты, закрыв дверь на кодовый замок с той стороны, предварительно вводя программу, чтобы было невозможно открыть из нутрии. Я слышала, как Берс звал меня, а потом дверь сотряслась от удара.

Мы прибыли в точку назначения, корабль противников уже был на месте. Пора было начинать действовать.

- Двери в мою каюту не открывать, пока не отойдете на достаточное расстояние от корабля Греберов. – Проинструктировала команду я, при этом отстегивая от пояса оружие. – Лонд, давай программу. – Хакер протянул мне чип.

- Информация будет поступать на наш компьютер, возможно, займет больше времени, по окончанию уничтожит систему. Вам лучше убраться оттуда до взрыва. – Голубые глаза хакера смотрели на меня и видели смертницу. Так же на меня смотрела и вся команда. В «сердце» стояла гнетущая тишина.

- Что ж, - мой голос прозвучал хрипло, и я прокашлялась. – Держите корабль на прицеле, если появятся другие корабли, уходите. – В полном молчание я ввела координаты вражеского корабля и координаты ближайшей населенной планеты на устройства мгновенного перемещения, и прежде чем активировать первый, спрятала второй в маленький карманчик на манжете кителя, предусмотренный специально для капсул.

- После уничтожения, вражеской системы, я перемещусь на Людойд. Если сигнал не подам в течение суток, - в горле образовался ком, - вам потребуется новый капитан. – И я раздавила устройство мгновенного перемещения, чтобы не видеть взглядов людей, которые понимали, что скорей всего я не вернусь.

Яркая вспышка ослепила меня, а после осталась тошнота, и темные круги перед глазами. Сделав шаг, я чуть не поприветствовала пол корабля, схватившись за приборную панель, переждала головокружение. Придя в себя, я огляделась. Мне определенно повезло, я находилась в «сердце» вражеского корабля, а все присутствующие застыли во времени.

Не теряя больше времени, вставила чип и запустила программу. Установив связь сo Sperare, узнала, что информация поступает. Я уже совсем собиралась покинуть корабль, как время вернулась в привычное русло. Я тут же оказалась окруженная и под прицелом.

- Кто такая?! – Прорычал мужчина, судя по всему, помощник капитана, так как сам капитал с величием смотрел на меня со своего кресла. У меня больше не осталось сомнений, что капитан гребероского корабля близкий родственник ныне покойного убийцы моего дяди. Меня силой принудили встать на колени, но они не могли мне не позволить гордо держать голову, тем самым показывая, что, даже физически находясь в невыгодном положение, я все равно не потеряю своего достоинства.

- Я не собираюсь спрашивать дважды! – К моей голове приставили бластер.

- Я парламентер Моара. – Смотрю прямо на капитана корабля.

- Мы настаивали, чтобы им был капитан Семест, только на этих условиях мы согласны проводить переговоры. – Я попыталась вырваться, но меня тут, же схватили за плечи двое греберов, этим самым не дав шевелиться.

- А я и есть капитан Семест. Аделина Семест. – И видя недоверие, внесла предложение – Можете посмотреть по базе, что у корабля Андоры два капитана и оба с фамилией Семест. Условие выполнено. - Капитан встал с кресла и подошел ко мне, дав знак отпустить меня. Я тут же поднялась с пола. Но прежде чем отойти от меня на достаточное расстояние, проверили наличие оружия. Браслет не привлек их внимание, а другого оружия у меня с собой не было.

- Твое лицо мне знакомо. Как зовут? – От его голоса по коже побежали мурашки, и я вспомнила, кто это. Брод'Арлим – отец убийцы моего дяди. Мне точно не выбраться живой.

- Капитан Брод'Арлим, я вроде уже назвалась, проблемы со слухом? – Главное не показывать свой страх и оставаться спокойной. Капитан крепко схватил меня за подбородок и принялся рассматривать моё лицо, поворачивая из стороны в сторону. От его хватки в будущем появятся синяки, но это самое малое, что меня сейчас заботило, в глазах греберовца проскользнуло узнавание.

- Ты!

- С парламентёрами так не обращаются. – Холодно заметила я.

- Но парламентёры и не взламывают систему! – Зло прошептал мне в лицо помощник капитана, а затем пояснил, чтобы, ни у кого не осталось сомнений: – Она запустила какой-то вирус к нам в систему! Капитан, мы пытаемся его ликвидировать, но пока безуспешно. - Я мысленно порадовалась их неудачам. Молодец Лонд, знает своё дело.

- Ты немедленно остановишь свой вирус, и обещаю, я убью тебя быстро! Для тебя, тварь, эта невиданная щедрость. – Схватил меня за горло Брод'Арлим.

- Если вы намекаете на то, что я убила вашего сына, так это было осуществлено по вашим же законам! – Пытаясь, высвободится от захвата, прошептала я.

- Закон не распространяется на военное время!

- Переговоры, всегда приравниваются к мирному времени. И именно в это время ваш сыночек убил капитана Ольхова. – Первый удар пришелся на лицо, затем удары посыпались по всем жизненно важным органам. Мне еще никогда не было так страшно. Я допускала тот факт, что умру в сражение, от пули, лазера или взрыва, но я даже не могла предположить, что могу умереть от побоев. Сквозь боль я слышала, как Брод'Арлим отдал приказ открыть огонь по Sperare. Слышала, что мой корабль первым сделал выстрел и повредил часть системы. За все неудачи греберовцев отвечала я. Удары становились с каждой минутой все сильнее.

Внезапно все прекратилось. С невероятным усилием встав на колени, и удивившись, что все еще способна шевелиться, сплюнула кровь на сапоги капитана. Руки и ноги дрожали, а тело превратилось в сплошной комок боли.

- Останови вирус и атаку, иначе твоему короблю и экипажу придёт конец! – Прорычал гребер мне на ухо.

- Сами останавливайте, если вам так надо. – Мой голос прозвучал подобно скрипу ржавого железа. За корабль я могла не волноваться, даже если они подзовут подкрепление Sperare маневренней и быстрее любого корабля греберовцев.

...Sperare – на забытом языке моей планеты это означает надежда. Надежда – самое светлое слово в любой войне.

Sperare первый и самый маневренный корабль, который был у военной мощи Ларела. По счастливому жребию он достался моему дяди, после окончания академии, и он полностью его выкупил спустя три года военной службы. Sperare дарил надежду отчаявшимся в космосе на протяжение семи лет. Ведь если и прекращалась война с одной планетой, то непременно начиналась заново с другой. Последние три года для моей планеты являются относительным затишьем.

В этот день Sperare снова подарит надежду воюющим в космосе, и потеряет второго своего капитана…

Боль разрывала мою голову, клоня её к земле. Меня перестали избивать, а принялись изощренно пытать радиационными волнами, вызывая головную боль, которая захватывала всю меня целиком, и становилось единственным, что я чувствовала, видеть и слышать я уже не могла.

- Останови вирус! – Когда греберы поняли суть вируса, попытались удалить систему на своем корабле и перекрыть доступ к другим кораблям. Но видимо Лонд не только скомбинировал две программы, но и добавил функцию «заморозки» системы.

- Немедленно! – Меня ткнули лицом в пульт управления.

- Идите к черту… - Еле проговорила я, наслаждаясь временным перерывом от пыток.

Меня схватили и потащили к какому-то отсеку.

Перед входом, разорвали на груди мне китель. Под ним у меня находился черный костюм с «идеальной» планеты.

- И где интересно ты достала этого паразита?! – Я подняла затуманенные болью глаза на капитана. В них он мог прочитать не понимание. – О господи! Девчонка, на тебе паразитирующий организм, да он поддерживает температуру твоего тела в норме, но за это пожирает годы твоей жизни! Год ношения такого костюмчика и пяти лет жизни, как не бывало! – Интересное открытие, только неактуальное на данный момент. – Но моя естественная доброта поможет тебе избавиться от паразита. В контакте с солью они погибают. Бринт, Колт, принесите раствор соли, три к одному будет вполне достаточно. – Миссионер блин нашелся. Вот вы поверите в добрые намеренья человека, у которого отняли сына? Мне почему-то не вериться. Но тратить силы на возражения я не стала, и так стою на ногах, благодаря, тому, что греберовец держит меня за шкирку.

Бринт и Колт на удивление быстро притащили огромный чан с холодной водой. Облив меня с головы до ног, встряхнули как котенка и с милой улыбкой садиста посоветовали:

- Охладись, милая. – После этого, меня втолкнули в служебный отсек. Не удержавшись на ногах, я упала на пол и осталась там лежать.

Вокруг меня стены были покрыты инеем, и было ужасно холодно в сырой одежде.

В такие отсеки, как этот обычно заходят в герметичном костюме, чтобы не замерзнуть. Мой паразит, согревавший меня, черной жижей стекал вместе с каплями воды на пол, образуя лужу, которая грозила вот-вот замерзнуть, как и я сама.

Чего я жду? Капсула мгновенного перемещения со мной, что мне мешает её раздавить прямо сейчас? Страх, что не переживу перемещение? А есть ли какая-то разница, как умирать? Так я пролежала минут двадцать, и ждала непонятно чего.

Система оповещения об опасности заревела раненным зверем, оповещая, об уничтожение всего корабля через пять… четыре… секунды. Мои губы растянулись в улыбке. Данные переданы, работа завершена. Надавив на кармашек на манжете, раздавила капсулу. Запоздалая мысль скользнула в сознание, что надо было бы проверить координаты прибытия, не дай бог изменилась хоть одна цифра. Оказаться в открытом космосе не входило в мои планы.

Взрыв, уничтоживший корабль прогремел на секунду позже, чем я исчезла с него. Бой был выигран, а со сведеньями не далеко и до победы в войне.

Из кабинета, в каюте капитана туристического лайнера, лился приглушенный свет в спальню. Такая знакомая и родная обстановка и ощущение полной безопасности.

Все происшедшее со мной было сном. Дурным сном. На самом деле, я нахожусь на своем лайнере, курс пролегает на Лизат.

Все бы было отлично, если бы не тело, которое болело так, как будто, по мне проехал каток. Попыталась перевернуться на бок и изо рта вырвался стон. Больно.

Зеленый огонек на двери мигнул, пропуская в каюту подругу.

- Нелли, что со мной?! – Мой голос был хриплым, а пересохший язык царапал горло.

Девушка молча подошла к моей кровати. – Нелли? – Красивое личико координатора искривилось в гримасе ненависти. В её руке, занесенной надо мной, блеснуло лезвие кухонного, разделочного ножа. Кошмар продолжается.

Сложно представить каких сил стоило мне уклониться от удара ножом в грудь. Откатилась к другому краю кровати, я упала на пол.

- Нелли, Нелли, Нели… - Разъяренная девушка гарпией нависла надомной. – Может, поговорим? – Подруга не была настроена на разговоры, ей зачем-то потребовалась моя смерть. И ей бы удалось достичь поставленной цели, если бы дверь повторно не открылась, и в каюту не вошел Роман с бортовым врачом. Правильно оценив ситуацию, новый капитан лайнера (все же не сон) сбил Нелли с ног.

Прижав ее к полу и выбив из рук нож, бывший сокурсник, обратился ко мне:

- Лина, ты как?

- А сам не видишь? – доктор подошел ко мне. – Ей лежать и лежать, а она тут спортом занимается. Напомнить тебе, что у неё все органы отбиты, сотрясение мозга и обморожение?

- Рома, я в порядке, правда. – Моему заверению не поверили, и врач, переложив меня снова на кровать, принялся за медосмотр. Капитан же вывел из каюты Нелли.

- Отдыхайте миссис Ольхова. – Я уже было открыла рот, чтобы возразить, что я уже не Ольхова, а Семест, как поняла, что собираюсь сказать. Упиралась, и не хотела менять фамилию, а сейчас чуть не поправила человека, назвавшего меня моей родной фамилией. Когда же я определюсь с тем, чего я хочу?

Я бы наверняка заснула, если бы нежелание узнать причину, подвигнувшую Нелли напасть на меня.

Бортовой медик наверняка бы меня убил, за мою идею не только нарушить постельный режим, но и присутствовать на допросе, который наверняка уже проводить Роман.

Встав с кровати, и стараясь не сильно стонать от боли, направилась к стулу, на котором лежало мое чистое нижнее бельё и штаны, под стулом стояли мои ботинки. Кителя не было. Если вспомнить, что его разорвали, то становится понятным, почему данная вещь моего гардероба отсутствует. Ну, ничего, можно ведь нагло позаимствовать из гардероба бывшего однокурсника какой-нибудь свитер.

Одевшись, вышла из каюты, и, придерживаясь за стенки, направилась в сторону… так, а в какую сторону мне идти? К счастью Рома, как раз шел за мной.

- Я так и знал, что ты не будешь лежать в постели, даже если будешь находиться при смерти. – Капитан говорил без укора в голосе, но его слова так напоминали мне мои собственные, которые я говорила Берсу. Грустная улыбка посетила мое лицо.

- Ты прав. Веди меня к ней. – Без лишних слов мужчина при обнял меня за плечи и повел в каюту Нелли.

Девушка сидела прикованная наручниками к спинке кровати. Как только я зашла, она одарила меня таким взглядом, что лучше бы мне быть мертвой.

- И так Неллина, зачем ты пыталась убить миссис Ольхову. – Я была не уверена, что Нелли, что-то скажет. Так каково же было мое удивление, когда девушка заговорила, при этом устремив взгляд куда-то вдаль. Позже, Рома объяснил мне, что он напоил её сывороткой правды, что было не вполне законно.

- Все началось еще в университете, она получила последнее место в группе, для подготовки капитанов кораблей, а мне пришлось, идти в группу координаторов, хотя проходной балл у нас был одинаковым! Всем было известно, что её дядя постарался, чтобы любимую племянницу взяли. А потом она предлагает мне работу под СВОИМ началом. Это было как плевок в лицо.

- Зачем же ты согласилась? – Меня очень интересовал этот вопрос.

- Все дело в Поле. Я встретилась с ним в одном из баров, после войны. С первого же взгляда, я поняла, что он тот, кто мне нужен. Естественно, как только я увидела его у тебя на корабле, я согласилась на твое предложение. А он сделал вид, что не узнает меня и собачонкой бегал за тобой, преданно заглядывая в глазки!

- Это все? – Устало спросила я, прислоняясь к стене. Силы постепенно покидали меня.

- Естественно нет. – С долей превосходства ответила бывшая подруга.

- Со временем я простила тебе Поля. Но тут появился морамовец и естественно, все его внимание было направленно не на жалкого координатора, а на капитана, которая пошла на риск, спасая его команду.

Когда ты покинула корабль, я постаралась и установила в твой одиночный корабль энергетическую бомбу. Высосав всю энергию из корабля, она должна была взорваться. Но ты не погибла. Но нет. Спустя полгода ты снова перешла мне дорогу! Свалилась непонятно откуда, во время отправки с Людойда капитану на руки. И последние четыре дня, он только и сидел рядом с твоей кроватью! А ведь Рома мне еще в университете нравился, и ты об этом прекрасно знала. Ты должна быть мертва! Мертва! Мерт… – Дальше слушать не имело смысла. Рома тоже, так думал, поднявшись, он помог мне добраться до моей, извиняюсь уже его каюты.

Когда я снова улеглась в постель, моё любопытство подняло голову вверх.

- Рома, что произошло еще за эти четыре дня? – Капитан, уже собиравшийся выйти из спальни, развернулся и присел на край кровати.

- В мире или на лайнере?

- В мире.

- Создается Альянс, против греберов. Поступила информация, что они собираются захватить всю галактику, объявляя войну планете за планетой и подчиняя их себе. Они завоевали уже около десяти планет. Наша отбилась, планета Моар в состояние войны, ну это ты и так знаешь. – Он на минуту замолчал. – Теперь ты мне будь добра ответь на вопрос. Откуда ты свалилась мне на голову. И я имею в прямом, а не переносном смысле. – Я улыбнулась.

- Опробовала новую разработку наших ученых на практике.

- А больше ты и не скажешь.

- Не скажу. Возможно потом, но не сейчас. – Роман все понял и оставил меня в каюте одну.

На следующий день мы прибыли домой. Рома довез меня до дома, и сдал меня счастливым родителям. Мама не могла нарадоваться, что я жива. Им сообщили, что, достав секретную информацию, я погибла на вражеском корабле. А тут их дочь привозит капитан лайнера. Становиться понятно, почему мамочка влюбилась в Романе и пригласила погостить у нас на даче. Рома пообещал как-нибудь обязательно воспользоваться предложением, а пока дела не отпускают. На этом обещание он покинул нас. А на следующий день он прислал мне цветы, с пожеланием поскорее выздоравливать.

Следующую неделю я приходила в себя, а за это время Альянс разнес греберов. На данный момент греберы стали вымирающим видом, полностью подчиненными Альянсу.

Я очень жалела, что не участвовала в финальной битве, а мама же напротив была этому рада. Меня охватила какая-то апатия. Никого не хотелось видеть, ни с кем не хотелось разговаривать. Подруга предала, все знакомые считают меня мертвой, в финальной битве не участвую, и контракт с Моаром подходит к концу. Возвращаться снова на туристический лайнер? Нет. Я не смогу жить спокойно. Играть роль примерной жены и растить детей тоже не для меня. Кстати насчет примерной жены. За все время, я ни разу не попыталась связаться с Берсом. Он точно знал, благодаря татуировке, что я жива и в безопасности, но рисунок на запястье не мог указать ему место моего назначения. И я не спешила заявлять о себе мужу, хотя уверенна, он волнуется, и как только все утрясётся, он обыщет всю галактику, чтобы найти меня. И найдет. Возможно… не сразу, но найдет… Вот тогда и встретимся…

- Лина… - на веранду где я предавалась размышлениям, зашел Роман. В его руках был огромный букет цветов. – А Берс ни разу не дарил мне цветов – мелькнула в голове шальная мысль. Прогнав её, я фальшиво улыбнулась сокурснику. Его видеть я тоже не хотела, хоть он и спас мне жизнь.

- Аделина, я пришел сюда, чтоб… - Он купился на фальшь, Берс бы не купился.

- Лина, каков будет твой ответ? – Из-за своих мыслей я пропустила вопрос Романа.

- Прости, ты не мог бы повторить вопрос? – мужчина уронил голову на колено, на котором он стоял (так, а почему он стоит на одном колене?!), но потом, протянув мне, букет и посмотрев глаза повторил:

- Лина ты согласна стать моей женой? – Приплыли.

- Ром, я как бы немного замужем.

- Линочка, - терпеть не могу, когда меня так называют – ключевое слово немного. Сейчас мы состоим в Альянсе, а это значит, - что брак, заключенный с твоим капитаном будет действителен только на его планете и негде больше. – Я поднесла правую руку к груди, а левой потерла запястье, где была нанесена татуировка. – Я предлагаю тебе совместное будущие.

- Полигамия меня не устраивает. – Слишком резко, чем хотелось, ответила я.

- Понятно. – Положив цветы на стол рядом со мной, он развернулся и пошел на выход, но остановившись в дверях спросил: - Любишь? – Мой ответ вырвался быстрее, чем я подумала:

- Да!

- Тогда вам нужно будет пожениться по правилам альянса. Ах, да, чуть не забыл. – Несостоявшийся жених достал из кармана конверт и передал его мне. – Тебя награждают «Высшим» орденом за заслуги перед Альянсом. – Ты будешь первым человеком, кто его получит лично. – И он ушел, больше не оборачиваясь.

Открыв конверт, быстро пробежала глазами приглашение, адресованное моим родителям. Меня действительно награждали «Высшим» ордером. Ордером, который дают посмертно…

Мое появление на церемонии было весьма эффектно. Естественно, человек, которого наградили посмертно пришел за наградой. А ведь все присутствующие были твердо уверенны, что я мертва, иначе наградили бы другим ордером.

Но самое интересное заключалось в том, что носитель такого высокого ордера, не имеют права отстранять от военной службы, если он не выходит на пенсию. Отсюда следует, вручив мне, ордер меня восстановили на службе. МЕНЯ ВЕРНУЛИ НА МОЮ ЛЮБИМУЮ РАБОТУ!!!

Апатия прошлых дней прошла, в глазах снова появился азартный огонек к жизни, а за спиной выросли крылья. И на этих крыльях я полетела к мужу. Ну ладно полетела на одноместном корабле, предварительно достав и обезвредив энергетическую бомбу (Нелли, надеюсь тебе комфортно в тюрьме).

Четыре дня пути, и я на планете. Как жена наследника, без проблем получила разрешение на приземление и как раз вовремя. Через три платформы от меня готовился к отлету Антора. Его капитан стоял на пирсе и прощался с братом. Подойдя поближе (охрана пропустила к венценосным особам без проблем), услышала вопрос моего шурина:

- Полетишь искать свою зазнобу? – Я не дала ответить Берсу, сама включившись в разговор.

- Зазноба сама себя нашла. – Братья повернулись ко мне.

- Не буду вам мешать. – Правитель быстро ретиревал в сторону, оставив нас с Берсом наедине.

Мы долго стояли и рассматривали друг друга, не произнеся ни слова. Вокруг кипела жизнь, а мы застыли двумя статуями. Я смотрела на усталые черты лица супруга, на ниточки седины в его темных волосах, на его потухшие глаза, в которые с каждой секундой возвращалась жизнь.

- Когда ты успел поседеть? – Наконец нарушала я молчание.

- Когда татуировка на запястье горела огнем, а я сидел запертый в каюте и боялся, что она исчезнет насовсем.

- Капитан Семест… - Позвал с трапа Марш.

- Да? – Одновременно спросила я с Берсом, а пилот предпочел отступить обратно на корабль. Я грустно усмехнулась.

- Наш брак действителен только на Моаре.

- Я знаю… - Был ответ Семеста, и снова наступила тишина. Я ждала четыре слова, а они не прозвучали, и я ушла к своему кораблю, а через минуту взлетела. В иллюминатор я видела, что Берса нет на пристани, и от этого стало грустно. Он обещал меня отпустить и отпустил. Морамовцы всегда держат свое слово.

Перед выходом в гипер-прыжок на бортовой компьютер пришло сообщение, отправленное с Анторы. Оно гласило: «Выходи за меня замуж». Это послужило рычагом, чтобы развернуть корабль.

Я с детства мечтала стать капитаном своего корабля. Летать в космосе, участвовать в войнах и быть героем. Но тогда я даже не предполагала, какой ценой достанется мне моя мечта.

Война шла уже второй год, а мне было 23 года, я только что закончила обучение на капитана корабля и вопреки протестам мамы, дядя (со стороны папы, который был не против моей военной карьеры) взял меня к себе на корабль помощником капитана. Военные действия после моего назначения продлились не долго. Через месяц в сражение погиб дядя, и я заняла его место. Мне потом долго еще снилось лицо убийцы дяди, ведь убийство произошло на моих глазах. Его застрелили буквально в упор во время штурма. Только потребность отступать сохранили мне тогда жизнь. Душа требовала убить, того, кто лишил жизни любимого дяди. Но потребность сохранить жизни экипажа корабля были превыше моих желании. Ни что не скажешь, стремительная карьера, построенная на боли утраты и потери. Детская мечта стать капитаном космического корабля не принесла той радости, которая предвкушалась. Было очень трудно управлять командой, которая вдвое старше тебя и смотрит свысока, выполняя команды, словно делая одолжение. Я не пользовалась их уважением. Только устав и помогал мне держать власть на корабле в своих руках.

Спустя два месяца моей работы в качестве капитана, воюющие стороны приняли решение о подписания мира. Командующие двух армий собрались на нейтральном корабле для подписания договора. Я была в числе свидетелей. Официальность, помпезность, прямая трансляция на обе планеты и мужчина чуть позади командующего вражеской армией. Я бы наверно даже не обратила бы на него внимания, если бы не его лицо, которое снилось мне в кошмарах. Именно он убил дядю. Я даже не заметила, как в моей руке очутился пистолет. Один удар сердца и мужчина падает замертво. На корабле воцаряется тишина лишь на мгновение, в потом словно залетает той диких пчел. Все начинают говорить, кричать, а меня берут в кольцо стража двух планет.

- Я отказываюсь подписывать договор! Война продолжается! - это кричит командующий вражеской армии.

- Капитан Ольхова, потрудитесь объяснить свое поведение! - Ко мне подходит командующий нашей армии.

- Какого черта, вы срываете подписание договора!? - И мир вокруг меня шумит и всем надо объяснений, извинений, и моей крови.

- Это мой сын! А эта сучка его убила! По нашим обычаям я имею право ее убить!

- Смерть девке!

Самое смешное, что оружие у меня никто даже не подумал отобрать, ну я этим и воспользовалась, выстрелив в воздух. После второго выстрела на подписание мирного договора снова воцарилась тишина. И снова никто не подумал отобрать у меня оружие.

- Вы требуете моей крови, - мой голос прокатился по кораблю, нарушая тишину, - в соответствии с вашими традициями. - Согласный гул был мне ответом. Чтобы восстановить тишину, снова пришлось выстрелить в воздух.

- Я еще не закончила! Так вот, по этому обычаю, я имела право на это убийство. Убийство следует расценивать как право кровной мести. А сейчас, я настаиваю, чтобы вы подписали договор. - И мило улыбнуться. Все!

Спустя часа два, проведенных в спорах, договор был подписан. И я вернулась на корабль. Перед тем, как взлететь командующий решил почтить меня своим присутствием.

- Капитан Ольхова, надеюсь, вы понимаете, что ваша выходка вам там просто не пройдет…

- Да, командующий Рейход.

- И даже не с нашей стороны. Просто чудо, что они не обратили внимания на то, что время было военное. Если Брод’Арлим будет мстить, это будет законно. Вы убили его, когда договор был еще не подписан. Лично я бы не надеялся, что ваша жизнь все еще ваша. - И он ушел. И уже минут через пять я отдала приказ лететь домой.

***

- Капитан, мы готовы к отправке. - Я кивнула и подошла к окну. В космопорту толпился народ, провожая родных и близких на курортную планету. Отвернувшись от окна, я прошла вглубь каюты. На экране ноута вспыхнуло новое письмо от мамы: "Удачного рейса". Простые два слова способные вызвать улыбку.

Нельзя выразить мою благодарность родителям за помощь в приобретение туристического четырех палубного корабля. Моего корабля. Уже два года он исправно приносит доход, а затраты на него окупились в первые месяцы работы.

Захлопнув крышку ноута, вышла из каюты. Пора обратиться к пассажирам собравшихся в актовом зале. По коридорам корабль бегали маленькие дети, вальяжно шествовали представители сливок общества, старались как можно быстрее преодолеть коридор вечно спешащие, даже на отдыхе, бизнесмены, неспешно шли простые люди - рабочие. И вся эта живая марта из людей направлялась в актовый зал. По пути здороваясь с важными людьми и отдавая приказы подчиненным ядов до актового зала. Приняв микрофон из рук организатора досуга пассажиров, я отошла в сторону, прикрепляя его на край кителя.

- Аделина, - ко мне подошла Нелли, единственная подруга и координатор на этом корабле. - В созвездии Роксан, объявили военное положение, если лететь через него большая вероятность попасть под обстрел, а в обход время полета увеличиться на неделю. - Я прикусила губу, раздумывая как быть. Пассажиры не одобрят удлинение времени, но и рисковать не хочется.

- Пусть усиливают щиты, курс менять не будем. Постараемся проскочить. - Я не люблю полагаться на волю случая, но, если другого выбора нет. Думаю, можно рискнуть.

- ... Капитан корабля Ольхова Аделина. – Объявила организатор досуга и мне пришлось оставить Нелли. Бросив взгляд на подругу, я включила микрофон и вышла на сцену.

- Добрый день дамы и господа, я рада приветствовать вас на борту туристического корабля. Наш путь лежит на курортную планету Лизат. Время в пути одна неделя, надеюсь, комфортные условия на борту, а также аниматоры помогут украсить ваш путь. Желаю приятного время проведения. - Улыбнувшись, сошла со сцены и выключила микрофон. Все с официальной частью покончено. Пора заниматься более интересными и важными делами. Проконтролировать усиление щитов. Скорректировать полет, а пока самое интересное и любимое мной дело - замена одного из пилотов. Губы растянулись в искренней улыбке от предвкушения нового полета.

Полет проходил без происшествий и на исходе третьего дня мы подлетали к созвездию Роксан. Предупрежденные заранее пассажиры об опасном пути полета, сидели в своих каютах. Конечно не все, были такие индивиды, которые считали, что просьба не выходить из каюты к ним не относиться. А случись, что винить будут меня.

 На этом отрезке пути я сама села за штурвал. Главной задачей было преодолеть созвездие быстро и без потерь.

- Включить голограмму на борту корабля с обозначением нейтралитета, поднять щиты. - Отдавала команды при этом зорко следя за обстановкой на пути следования. Щиты должны выдержать шальной удар, но вдруг решат, что это корабля противника. Обстрела корабль не выдержит, ведь он не военный. Я не смогла сдержать грустный вздох, команда с подозрением посмотрела на меня. После того инцидента на подписание мира меня предложили в мягкой форме оставить военную службу, намекая, что в мое решение не имеет значение. Но раз, попробовав полет, сложно вернуться на землю. Спасибо родителям, подсказавшим решение и помогшим в приобретение корабля. Так вот, чтобы защитить корабль от прямого обстрела существует голограмма, на которой указана планета и нейтралитет в данной войне.

Судя по обстановке за бортом удача нам сопутствовала, активные военные действия прошли, остались лишь разбитые корабли. Не страшен сам бой, страшны последствия боя. Корабли дрейфовали, разорванные и смятые противником.

- Капитан, по правому борту на корабле есть живые люди, они подают сигнал о помощи. Прикажете начать соединении с потерпевшим кораблем? - Ко мне подошел первый пилот, место которого я заняла. Его звали Поль, с ним я познакомилась еще при жизни дяди. После его смерти, Поль решил стать моей каменной стеной. На семь лет меня старше, надежный и преданный, он не раз видел мои слезы и поддерживал, не позволял, чтобы мою слабость увидел кто-то другой. Узнав, что я ищу пилота он ушел с военной службы и стал моим первым пилотом и снова опорой и поддержкой. Я ему была за это благодарна. Если родители и дядя обеспечили мне достойный старт, то Поль помог не потерять высоту. Он знал меня как никто другой. И его вопрос сейчас был скорее утверждением.

- Зачем? Это не наша война. Мы нейтральная сторона. - Я еще не говорила, что, имея прекрасного первого пилота, второй достался, мягко говоря, не совсем похожий на подарок. Нет, в качестве пилота он меня полностью устраивал, если бы дело было не так, долго бы он не проработал, а так работает практически с самого начала. Нет, дело в другом. Как человек, сам по себе он был не возможным. Склочный нелюдимый характер, и полное презрение к тем, кто хоть чуть-чуть хуже его. Вот и сейчас он не понимал, что значит для людей, которые потеряли надежду на спасение увидеть корабль, который может помочь. Это чудо, которое будет слишком жестоко отнять. Я прекрасно понимаю тех людей, которые увидели чудо и снова встретились с надеждой на спасение.

- Выполняйте. - Отдала я приказ.

- Но, почему? У нас Греберами подписан мирный договор, а не с Мерамовцами. Зачем портить отношения с союзниками? - Я бросила злой взгляд на пилота.

- Начать слияние.

Созвездие Роксан было позади, жизни спасенных людей благодаря искусству бортового врача были в неопасности. Непредвиденных пассажиров разместили по каютам команды. Удивительно, как быстро они нашли общий язык с командой. Вроде только два часа назад они, пошатываясь, входили из медпункта, а уже травят байки про свои приключения, и вроде я видела бутылку с чем-то явно спиртным. Я не одобряла спиртное во время полетов, и члены команды знали, что тот, кто находится на коробке в алкогольном опьянении, тот покинет корабль раз и навсегда. Надеюсь пить если и будут, то только потерпевшие, не хочется расставаться с кем-то из членов состава. Хороших служащих трудно найти.

С такими мыслями я зашла в приемную медпункта. Там дожидалась меня Нелли. Девушка сидела на краешке кушетки и смотрела на спящего раненого. У мужчины была перебинтована полностью голова. Это наверно первый из тяжелораненых. Увидев меня, подруга встала.

- Лина, Прокофьев борется за жизнь второго, он хочет после оставить его у себя. - Я кивнула, а координатор и моя помощница в одном лице продолжила докладывать: - Все каюты мужской части экипажа заняты, - кивок головой в сторону больного, - его не где разместить, если только в каюту к девушке.

- Нет.

- Ты думаешь, он в таком состояние сможет... - Со смехом в голосе спросила подруга. Я предпочла пропустить ее вопрос мимо ушей

- Пусть перенесут его ко мне в каюту. - И я направилась выйти из приемной. И уже у двери решила объяснить свое решение: - У меня две комнаты, когда у остальных по одной. - Я вышла уже не увидела реакцию подруги на мое решение.

……………………………………………………………………………………………………

Я очнулся в незнакомой каюте. Голову разрывала боль изнутри. Воспоминания последних часов прорвавшейся плотиной хлынули в голову, заставляя заново переживать весь ужас.

Нас разбили как котят, уничтожили почти всю группу. Умирая на корабле, на чистом упрямстве, не позволяя сознанию покинуть меня, отправил сигнал sos туристическому лайнеру, непонятно как оказавшийся в зоне военных действий. Видимо капитан данного судна либо уверен в полной защищенности судна, либо полный идиот.

Как только я увидел аншлаги на борту, понял, что помощи можно не ждать. Ларелы не могут помочь, в виду подписанного мирного договора с Греберами. Помощь могут расценить как разрыв договора. Чуда не будет…

Но все-таки странно. Почему капитан нейтрального корабля решил помочь? Каковы его мотивы?

Встав с кровати, я осмотрел каюту. Возле кровати на тумбочки, лежала книга. Не электронная, а печатная. Большая редкость в наше время. Рядом с книгой лежала половина плитки шоколадки. Похоже, хозяин комнаты любит почитать перед сном, при этом жуя шоколад. Хмыкнув, я продолжил осмотр. Шкаф с одеждой, на ручке которого висит белый махровый халат, полки с книгами, и опять печатными, видимо хозяин комнаты возит с собой персональную библиотеку, дверь, ведущая в ванную, а на стенах комнаты висели рамки с фотографиями.

Зайдя в ванную, я включил свет. Принять душ хотелось со страшной силой, только перемотанная бинтами голова и грудная клетка остановили меня от этого занятия. Подойдя к раковине, я заглянул в зеркало. Из кокона бинтов на меня сквозь две дырочки смотрело мое отражение. Переведя взгляд на полочку, я подивился количеству баночек с кремом, косметики и флакончиков духов. По-видимому, комната принадлежит женщине. Выйдя из ванны, мое внимание привлекли фотографии на стене. На одной из них была изображена чета, судя по всему, родители хозяйки комнаты. Со второй фотографии улыбался мужчина лет тридцати в форме военного капитана на фоне корабля. Краешек его фотографии был перевязан черной лентой. Тяжело терять близких. Интересно кем приходился капитан хозяйке каюты?

Прошел к другой двери и вышел из каюты. Как оказалось, каюта была двухкомнатная. Второе помещение оказалось кабинетом. Письменный стол с выдвижным стулом. На столе лежит ноут и планшет, рядом табличка. Приподняв ее прочитал: "Капитан Ольхова Аделина". Все-таки капитан. Еще в кабинете под иллюминатором стояло кресло и черный, кожаный диван около стенки. На кресле аккуратной стопочкой лежало постельное белье, рыжий плед и подушка. Видимо я вытеснил капитана из ее спальни в кабинет. Интересно, кто из наших шепнул ей, что я капитан и руководитель разбитой армии? По-другому я не могу объяснить столь великой жертвы, как пустить в капитанскую каюту мою персону.

На электронном замке на двери загорелся зеленый огонек.

- Я уверяю вас, - молодая девушка в форме капитана открыла дверь и зашла в каюту, но еще не заметила меня, ее внимание занимал парламентер Гриберов, я сразу это понял по форме. В отличие от нашей планеты, у всех других, служащие ходили в форме, по которой их можно было опознать.

- На борту только отдыхающие и члены экипажа. - Девушка держалась уверенно и властно, несмотря на то, что врет. За спиной парламентера, подовая мимикой знаки капитану, стоял первый пилот.

- А это тогда кто? - поинтересовался гибер. - Девушка обернулась и бросила быстрый взгляд на меня, тут же развернулась к собеседнику.

- Мой жених. - Не моргнув глазом соврала капитан. - Он, как и механик, которого вы видели в медпункте, пострадал от технического взрыва. – Улыбнувшись, я подошел к девушке и обнял ее за талию.

- Солнышко, есть какие-то проблемы? - Ласково прошептал я ей на ушко, но так, чтобы было всем слышно. Пилот сжал кулаки, и поджал губы. Похоже, кто-то влюблен в своего капитана. Девушка развернулась и с улыбкой, и влюбленным взглядом, таким, что я и сам засомневался, а нет ли у меня невесты, ответила:

- Не беспокойся, все хорошо. - И перевела взгляд на посетителя: - Чем еще могу помочь? - В ее голосе не осталось и капли теплоты.

- Думаю это все. - Парламентер скривился в ухмылке. - Провожать вам лично меня не надо.

Я остался в каюте с капитаном корабля, все еще обнимая ее, когда закрылась дверь. Девушка скинула мои руки с талии и оттолкнула. В ее взгляде не было той влюбленности и обожания.

- Рада, что вам лучше. Доктор осмотрит вас утром. - И не произнеся больше ни слова, отправилась в душ.

……………………………………………………………………………………………………

Когда я вышла из ванной, Мерамовца не было в каюте. На столе сняла горячая кружка безалкогольного глинтвейна. Как всегда, усердные служащие кухни позаботились о моем комфорте. Постелив себе на диване и прихватив кружку и бук, залезла под плед. Любимая работа, теплый плед и глинтвейн привели меня в хорошее расположение духа. И не удивительно, что, когда пришел Мерамовец в сопровождение Нелли я тепло им улыбнулась.

Подруга, подмигнув, ушла к себе, а мой временный сожитель сел в кресло и уставился на меня. Молчание затягивалось. Нарушать его я не собиралась. Гость тоже. Подумав, я вернулась к работе.

Я чувствовала, как меня рассматривают, наблюдают за мной, но не подавала ни каких признаков неприязни. - Аделина, зачем вы приняли вызов по спасению? - Я оторвалась от бука: - Для вас я капитан Ольхова. - Поправила я собеседника. - А вы до сих пор не представились.

- Прошу прощения. Я Берс Семест. И мне невероятно сложно обращаться к такой симпатичной девушке по званию. - Мужчина улыбнулся, надеюсь, что от комплимента я растаю. Не вышло.

- И все-таки я настаиваю.

 - Комплименты на вас не действуют? - Мужчина встал из кресла и подошел ко мне. Я подняла голову и встретилась с его взглядом.

-Нет.

-Разве вы не девушка? - Его глаза сверкали хищным блеском. От его ответа воздух застрял в груди от возмущения. Фыркнув, и попытавшись скрыть улыбку ответила:

- На данном корабле я в первую очередь Капитан.

- Как вам будет угодно, капитан. - Последние слово Берс выделил интонацией. - Так почему вы пришли на помощь? - Я не спешила отвечать. Выключила ноут, отставила его в сторону, расправила складки на пледе. Я тянула время, обдумывая ответ.

- Какое у вас звание? - наконец спросила я, в неудачной попытке сменить тему.

- А это имеет значение? - Я даже не заметила, как Семест уселся на краешек диван, и теперь нас разделяла только ткань пледа. Я чувства жар его тела. В груди росло возмущение, но что-то не давало ему вырваться наружу.

- В принципе нет. Считайте это таким же любопытством, как и у вас. - Отведя взгляд, и посмотрев в иллюминатор, я продолжила: - Когда человек умирает не своей смертью, шанс на спасение подобен чуду...

- И какова цена вашего чуда? - перебил меня Берс - Что вам нужно от Мерамовцев, что вы рискнули перейти дорогу Греберам?

- Им дорогу я перешла уже давно и поплатилась за это военной карьерой. Собеседник не мог отметить горечи, прозвучавшей в моем голосе. - Приятно сделать им гадость, а их противникам радость. - Мои губы растянулись в ухмылке. Столкнув с дивана мерама, я встала и прошла к рабочему столу. Положив на него ноут, обернулась к слушателю.

- Если бы не война с Герберами я бы все еще была помощником капитана на военном флоте. Но и мой дядя бы был жив. Думаете так приятно, когда детская мечта исполняется через смерть близкого для вас человека? - Я не знаю, что заставило меня рассказывать все это незнакомому человеку, наверно в нем было что-то такое, что заставляло ему верить.

- Вы заняли место командующего взамен дяди? - Я кивнула.

- А потом? - Любопытный и безжалостный, ведь видит, как мне больно рассказывать об этом. Но я ему расскажу, кратко, но расскажу. Почему-то мне важно чтобы он знал это. Что-то внутри меня стремилось, ему доверится.

- Потом на подписании мира, убила убийцу моего дяди, и меня поперли с военной службы. - Одним глотком я допила глинтвейн и поставила пустую кружку на стол. Рассказала. А он все так же сидит на диване и смотрит на меня. - Пора спать. Завтра прилетаем на Ирен. Там вы со своими товарищами покинете мой корабль. - Хотя я не хочу, чтобы вы ушли... Чуть не сказала я. Господи! Что со мной! Почему с каждой минутой его пребывания на моем корабле у меня укрепляется желание не отпускать его никогда и ни куда. Мой сожитель, не подозревая о моих душевных терзаниях, молча удалился в мою спальню и вскоре заснул, а я еще долго не могла уснуть. Прошлое снова начало приносить боль. Но не только оно беспокоило меня. Как оказалось, будущее тоже может приносить если не боль, то намек на нее. Берс Семест, что ты сделал со мной, что я не хочу отпускать тебя?

И только под утро я сумела заснуть. И во сне ко мне пришел он. Тот человек, который мне снился на протяжении всей моей жизни, каждую ночь из-за дня в день. Мне говорили, что это моя вторая половинка, вторая часть моей души, рвется быть со мной, но в физическом мире мы еще не встретились, поэтому он приходит во сне. Я не верила в это, но каждый раз засыпая, я, была рада предстоящей встречи.

На Ирене есть возле порта один ресторанчик. Его терраса возвышается над крутым обрывом, который заканчивается морем. В этом ресторанчике я любила сидеть за столиком у самого края обрыва. Вот и сейчас, зайдя на террасу, я сразу же направилась за "свои" столик.

Ведя свой личный код, постоянного клиента получила доступ к сенсорному меню. В верхней части были изображены блюда и напитки, которые я постоянно заказываю, в средней - новинки, а в самом низу все остальное меню. Подумав долю секунды, я нажала на картинку с изображением коктейля из свежевыжатого сока грейпфрута и черники, так же я выбрала малиновый чизкейк. Столешница загорелась красным, оповещая, что заказ сделан.

В ожидание заказа, я повернулась к морю. В моей голове роем диких пчел гудели мысли. Как так получилось, что, человек, которого я знаю ровно три дня, два из которых он провалялся без сознания, сумел, закрепится у меня в душе. Расставшись с ним четыре часа назад, я уже успела, по нему соскучится, так как не скучала по родителям. Бред.

- Не занято? - Я повернулась и невольно улыбнулась, как всегда бывало при виде Поля.

- Для тебя всегда свободно. - Первый пилот выдвинул стул, и ввел свои код.

- Сумасшедший вышел полет. - Все еще прибывая в своих мыслях, я неопределенно кивнула, встречая взглядом официанта с моим заказом.

- Пошли сегодня в "Путь"? - Неожиданно предложил Поль. Ну, неожиданно было скорей всего только для меня. Судя по его виду, он долго обдумывал этот вопрос. - Лина, сколько я тебя знаю, ты все время работаешь, потом у тебя случается нервный срыв от перенапряжения, а после ты снова работаешь. - Начал убеждать меня Поль. Зря в принципе, сегодня я сама была бы не против отвлечься от работы и своих мыслей. - Давай сегодня вечером у тебя будет выходной?

- Давай. – Похоже, друг не ожидал быстрой победы и немного растерялся. Улыбнувшись, я встала из-за стола, наслаждаясь эффектом растерянного Поля.

- Через час у входа в "Путь". - И поспешила назад к кораблю.

Без пяти девять я подошла к ночному клубу "Путь". Этот ночной клуб был в основном для экипажа космических кораблей. И его филиалы существовали на каждой планете. В нем можно было расслабиться после полета, завести нужные знакомство или найти работу. Я пару раз была в этом клубе по работе, но никогда просто так.

У входа я заметила Поля, нервно сжимающего букет из белых роз, и поспешила к нему. Мужчина равнодушно скользнул по мне взглядом и отвернулся. На миг. Его глаза расширились в удивлении. Это был первый раз за все время нашего знакомства, когда я была одета не в форму и не в строгий костюм, как обычно, а в легкий белый сарафан и босоножки на каблучке взамен ботинок и сапог. Волосы, обычно убранные наверх, были распущенны.

- Аделина...

- Да. - Поль неотрывно смотрел на меня. - Сильно изменилась? - Я покружилась перед мужчиной. Мне нравилось восхищение в его глазах.

- Да. - Он протянул мне букет. Нежный запах роз вызвал улыбку. Но заставил уточнить один момент.

- Поль, мы ведь просто друзья и это не свидание? - Хотела просто уточнить, а получился вопрос с надеждой на отрицательный ответ, и это не укрылось от мужчины.

- Конечно. - Ответил он и предложил мне локоть. Но его глаза говорили обратное. Это немного подпортило настроение. Но я смогла переступить через это, оставить все недомолвки и неловкость на потом.

Внутри клуба играла музыка, и было полно народу. Пройдя мимо барной стойки, Поль повел меня к свободному столику рядом с танцполом. Введя код доступа, друг выдвинул для меня стул. Улыбнувшись ему, я села. Сев напротив меня, пилот завел непринужденный разговор. А спустя полчаса предложил потанцевать.

В этот вечер мне было так хорошо, как не было уже давно. Я танцевала, шутила и просто наслаждалась обществом дорогого мне человека и просто была счастлива.

- Капитан Ольхова? - недоверчиво спросил мужской голос. Я повернулась и увидела подошедших трех мерамовцев, которых мы спасли.

- Чем могу помочь? - Беззаботная девушка, во мне открывшаяся в этот вечер сменилась на делового капитана, пусть и немного пьяного.

- Капитан Ольхова, наш капитан предлагает вам работать на нашем корабле. - Похоже, я сегодня напилась в зюзю, не могут ведь люди с таким серьезным выражением лица нести такую чушь. Наверно я так и сидела бы, глупо хлопая глазами, если бы в разговор не ввязался Поль.

- Кем? - Он был, так же, как и я удивлен таким предложением.

- Вторым капитаном взамен умершего. - И видя мое ну "очень" умное выражение лица мужчина продолжил: - Вам ведь не хватает военных действий. Не пора ли вам работать по профессии? - Его слова заставили меня задуматься над предложением. Мне действительно не хватало военных действий. И я смогу снова увидеть Берса. Сердце застучало быстрее. Это точно помешательство. Надо избавляться от этого психического расстройства. Хотя…

Я уже открыла рот, чтобы дать ответ, но меня перебили:

- Даже не думай. - Я посмотрела на Поля. Мужчина зло смотрел на мерамовцев. Была бы его воля тут бы уже лежали три трупа.

- Я согласна. - Говорила про три трупа? Ошиблась, мой труп был бы четвертым.

- Лина, не сходи с ума! Капитаны у них в основном связанны родственными узами: братья, отец и сын, редко брат и сестра, так же редко муж и жена! Ответь мне Аделина, ты так хочешь замуж?! - Этого я не знала. И замуж уж я точно не хотела. Но и сидеть на месте я тоже не желала.

- Уверяю, вас, чтобы стать капитаном не обязательны родственные узы. - Я перевела взгляд на марама. Чувствую себя героиней комедии. Все слишком абсурдно чтобы быть правдой, но и слишком заманчиво.

- Точно выходить замуж не потребуется? - парламентеры активно закивали. И я решила рискнуть. Наверно это алкоголь в крови помог принять решение, и следующее мои слова звучали так: - Принесите договор к рассмотрению.

- Аделина... - простонал Поль, уже понимая, что с намеченного курса меня не свернуть.

Мужчины заулыбались. Легкий признак подвоха царапнул душу, но я поспешно его отогнала.

- Прошу за мной, капитан Ольхова. - мараморец подал мне руку. - Наш капитан ждет вас в закрытой части клуба. - Подав руку, я встала из-за стола.

Закрытая часть клуба находилась на втором этаже, музыка с танцпола туда не проникала благодаря звукоизоляции. Это помещение использовали для подписания договоров и важных встреч. Свет в комнате был притушен и лицо сидевшего в одном из кресел, стоявших полукругом, мужчины невозможно было разглядеть. Только белая полоса бинтов, перевязывающая голову, указывала на личность марама. В голову были ранены только двое, один из которых, умер на операционном столе моего бортового врача, а другой был Берс. Сердце ускорило бег, а на душе стало так легко и спокойно. Самое интересное, я была не удивлена его званию. Слишком много вопросов для обычного рядового он задавал. Слишком командный голос.

Я заняла кресло напротив капитана. Рядом со мной сел Поль, взглядом сообщая мне, что он обо мне думает, и этим же взглядом "убивал" Берса. Ну и фиг с ним.

- Приятно снова видеть вас. - Взял слово Берс. А на кофейный столик приземлился планшет с условиями договора. Оперативно развиваются события. Хотя, зачем тянуть кота за хвост. Планшет перекочевал ко мне в руки. Первый пилот придвинулся ко мне, чтобы лучше видеть условия договора. Как будто это он на новую работу устраивается, а не я.

Внимательно прочитав каждый пункт, и не найдя там ничего не приемлемого для себя, я потянулась за стилусом, чтобы поставить свою подпись.

- Аделина, - прервал тишину в комнате Поль. - А как же лайнер? Как же твоя мечта? Ты так просто можешь отказаться от мечты ставшей реальностью? - Я покачала головой. Но подписание договора отложила.

- Я переношу дату вступления в должность на десять дней. У меня остались незаконченные дела. - И тут же исправила дату, даже не думая, что могут быть возражения. Их и не последовало, только внимательный и изучающий взгляд капитана.

- И, Поль, моя мечта быть капитаном военного корабля, а не туристического лайнера. - И не отвлекаясь больше ни на что, и ни на кого поставила свою подпись.

- Добро пожаловать в команду. - Берс протянул руку, которую я пожала. – Надеюсь, сработаемся. - Он улыбнулся, и я снова почувствовала какой-то подвох. Но не успела я проанализировать свои ощущения, как из холодильника, стоявшего в углу, были извлечены две бутылки вина, коньяк и.... Хм, я даже не знаю, как это называется, крепче водки, но точно не спирт в чистом виде. Вроде этот напиток очень популярен на одной из планет созвездия Дброд.

- Как говорится, за успешное и плодотворное сотрудничество! - Мерамовец, который привел меня сюда, передал мне бокал с белым вином. - Я Марш, и я один из пилотов на вашей части корабля. - Между тем в зал зашли две девушки официантки, и поставили на столик мясную нарезку, сырную и тарелку фруктов, половину из которых я никогда не ела.

- Что значит половина корабля? - Спросила я, отщипывая от кисти сочные ягоды винограда и отправляя их в рот вместе с ломтиком сыра.

- Корабль состоит как бы из двух кораблей, при надобности их можно разъединить. На одном остаётся первая команда со своим капитаном, на втором - вторая, тоже с капитаном. - Пояснил Берс, неотрывно смотря на меня.

- Капитан Семест, вы хотите, чтобы я была похожа на решето? - глаза капитана округлились в немом вопросе. - Вы так упорно сверлите меня взглядом, что на ум приходит только два варианта: либо у меня что-то не в порядке, но благодаря отражению в зеркале около выхода я понимаю, что это не так, либо, вам нравиться, чтобы ваши напарники были в крупную дырочку. - Спрятав улыбку в бокале с вином, я посмотрела на Берса. Тот встретил мой взгляд и через минуту отвел его.

- Вы очень красивы, Аделина... простите, капитан Ольхова. Вас трудно было узнать без формы и не в пижаме. - Я подавилась вином и закашлялась. Горячая рука Поля легла мне на спину, тихонько постукивая. А Берс смотрел на все это и улыбался.

Откашлявшись, я навалилась на плече Поля.

- Это очень необычный комплимент. - Выдавила из себя я. А друг продолжил:

- Впредь я попрошу воздержаться от таких комплиментов. Возможно, на Вашей планете они и приняты, но на Нашей такой комплимент можно причислить к оскорблению. Тем более, если этот комплимент получен, от мало знакомого человека. - Я успокаивающе погладила Поля по руке. Но это не помогло.

- Зачем вам Аделина? Что на вашей планете совсем нет специалистов? Деградируете! - Друг вскочил с кресла и, обойдя столик, нависал над Семестом. Капитан же сидел спокойно и так же спокойно произнес:

- Капитан, который не только прекрасный профессионал, но и знает цену жизни стоит того, чтобы его переманить на свою сторону. А то, что она согласилась, это уже недостатки вашей планеты, что не можете удержать сотрудников.

- Конечно, если поманить ребенка новыми игрушками, он пойдет играть новыми, позабыв про старые! - Орал мой друг. И я начинала понимать, почему, он был со мой все это годы. Как же можно оставить маленького ребенка без присмотра!

А я - то думала, он видит во мне равную личность, а оказывается... - Если она что-то захочет, она пойдет к своей цели, не взирая на потери. Захочет отомстить, будет действовать спонтанно, и не думая о последствиях. Пойдет на поводу у своих эмоций, наплевав на приказы и правила! - Чернил меня друг в глазах теперь уже напарника. Отрицать его слова полностью не имело смысла, ведь он был в чем-то прав. Но как же было неприятно! Усилием воли, удержав слезы, протянула руку за стаканом более крепкого спиртного. Сделав глоток, я почувствовала, как во рту вспыхнул пожар, затем, скорей всего благодаря мяте, я почувствовала приятную прохладу, а затем осталось сладкое послевкусие. Интересный вкус. Заметив мой интерес к новому напитку, Марш, подлил мне в стакан еще.

- ... Но если судить о ней как о человеке, то тут полная пустыня эмоций. Слепая, глухая, эгоистичная, - Поль перешел на крик, а его собеседник сидел с равнодушным лицом, так как будто он слушай прогноз погоды, той местности, куда он не собирается даже лететь. – Не замечет чужих чувств, а если и замечает, предпочитает игнорировать, ведь она не умеет чувствовать ничего кроме мести!

- Хватит! – Я не выдержала и вскочила на ноги. Меня немного пошатнуло в сторону, но я устояла. Такого предательства от друга я не ожидала.

- Клериас Поль, покиньте помещение. - Уже спокойно приказала я.

- Аделина... - С болью в голосе и растеряв весь свои пыл, произнес бывший друг.

- Я жду. - Голос звучал жестко и властно. И он подчинился. Как только за пилотом закрылась дверь, я посмотрела на Берса. Мужчина сидел с задумчивым видом, изучая поверхность стола. Затем кивнул Маршу, и он вместе с не представившимися мемарами, вышел вслед за Полем. В комнате остались только мы вдвоем.

- Он не хотел оскорблять вас. - Произнес капитан.

- Простите? - переспросила я, и он ответил:

- Ваш пилот любит, ревнует и не желает отпускать. Он ведь знает вас очень хорошо? - и не дожидаясь ответа, продолжил - Убеждать вас отказаться, поэтому он не стал, а вот показать вас в непригодном свете, чтобы я отказался, вполне мог. - Снова наполнив мой стакан спиртным, Берс встал с кресла, и, передав мне бокал, из которого я на автомате сделала глоток, мужчина подошел ко мне ближе, и я сделала еще один глоток. К щекам прилила краска, и стало невероятно жарко. В свою очередь я отступила на шаг назад и подняла глаза на мерама.

- Остался еще один нюанс. - Его голос заставлял табун мурашек бегать по моей коже. В голове гулял туман, а коленки подгибались, как у пятнадцатилетней девчонки.

Сев обратно в кресло, и сделав глоток, не отрывая взгляда от лица собеседника, я спросила:

- Какой?

- У тебя нет гражданства, - мы перешли на ты? Я не против! - Подписав этот договор, - передо мной на столе очутился новый договор, - у тебя оно будет. – Не глядя я поставила свою подпись.

За окном одиночного корабля мелькала, мала, как всегда бывает, когда летишь на сверх скорости. И, похоже, воспоминания последних дней в моей голове, решили, уподобится моему кораблю, то есть проносились на сверх скорости.

... Утро после ночного подписания договора, я встретила у себя в каюте. Голова совершенно не болела, что было весьма странно, учитывая то, сколько я вчера выпила. Если честно, до вчерашнего вечера я даже не представляла, что могу столько выпить.

Как я добралась до кровати, вспомнить, самостоятельно не получилось. Воспоминания закончились на подписание второго договора. Самое страшное то, что я даже не могу сказать, о чем шла речь в договоре и на что я согласилась! Сидя в постели, я застонала и закрыла ладонями лицо. Но тут же отдернула руки, заметив на правом запястье черное пятно. При дальнейшем рассмотрении это оказалась татуировка в виде переплетенных двух линий между собой и делающих вместе крюк. Стоит ли говорить, что я абсолютно не помню, зачем и главное, когда я ее сделала. Гипнотизирование черного рисунка на теле привило к тому, что у меня все-таки разболелась голова, ну и возникла ассоциация с горячими губами Берса.

Желая избавиться от навеянного видения моей богатой фантазии, я, выскочив из кровати, направилась в душ. На пол полетел мятый сарафан, а вслед за ним нижнее белье. А спустя пол час, приведенная в чувство горячими струями воды и горячим кофе, я направлялась за данными с камер наблюдения внутри и снаружи корабля, попутно отдав приказ заканчивать посадку и взлетать. Приветственную речь пассажирам можно сказать и позже...

И так, с камер наблюденья я узнала, что принес меня на корабль Берс. Встречать вернувшегося не на своих двоих и весьма пьяного капитана вышли дежурные и злой Поль, хотя спрашивается, чего это ему злиться? Предал та он меня, а не на оборот.

Пилот что-то сказал Берсу, тот отрицательно качнул головой. Как же жаль, что я посчитала ненужным устанавливать еще и микрофоны вместе с камерами! Бывший друг еще что-то произнес, и мемуаровец передал меня на руки одному из дежурных, другому же вручил мои босоножки, и с разворота врезал Полю.

Дежурные хотели, кинутся разнимать сцепившихся мужчин, но добившись того, чтобы меня отпустили с рук на землю, я, судя по жестам, остановила их, а сама подошла поближе, посмотрела и тут же развернулась и пошла к кораблю. Дежурные потянулись за мной, оставив мужчин разбираться самим. А я, судя уже по записям с наружных камер, добралась до своей каюты и завалилась спать. Чем закончилась драка, я даже смотреть не стала…

Полет на родную планету прошел без происшествий. И приземлившись, я прямо из порта направилась к сестре.

Лидия занималась разработками в области космических кораблей и оружия. Выдающийся ученый и прекрасная старшая сестра, которая всегда прикроет меня перед родителями.

Сказать маме с папой, что я снова собираюсь работать на военном корабле и участвовать в военных действиях у меня не хватило духа. И поэтому как раньше в детстве бегу под покровительство к старшей сестре.

В лабораторию к Лидии меня пропустили, но с небольшой заминкой. В прочем, как и всегда.

Заявление о смене работы сестренка приняла, конечно, не с радостью, но и сильно протестовать не стала, объяснив это тем, что это моя жизнь и если мне охота находить неприятности на пятую точку, то, пожалуйста. Единственное, что ее заинтересовала это моя татуировка. Лидия была уверенна, что она со смыслом, и очень удивилась, когда я ей сообщила, что без понятия что она обозначает и как у меня появилась. После этих слов, сестра засомневалась, что меня можно отпускать на новое место работы. Покричав о моей безответственности, больше для порядка, ведь она все-таки старшая сестра, она успокоилась. Потом ученая долго рассматривала мое запястье и, сделав фото, пообещала сообщить мне, как только что-то узнает. И не успела я допить чай, как Лидия нагрузила меня новыми разработками и вытолкнула из лаборатории, пока я ее еще больше не шокировала своими поступками, и она не сдала меня родителям…

Самое трудное было найти нового капитана для лайнера. И эта проблема грозила меня задержать на планете на неопределенный срок. Но удача показала мне улыбку и в маленьком ресторанчике, куда зашла перекусить, я встретила своего однокурсника Романа. Чуть ниже высшего проходной бал, прекрасно показал себя на практике. Однокурснику только совершенно не повезло с распределением. Капитан корабля, на котором он служил, совершенно не желал оставлять службу и уходить на пенсию. Лично, по моему мнению, люди в таком возрасте не то что в космос летать не могут, им в соседний город съездить тяжело, но данный индивид был похоже исключением.

Идею о смене места работы с последующим повышением Роман принял. Еще бы он отказался! И я была свободна и могла лететь на новое место работы.

Уже во время посадки в одиночный корабль, меня навестил муж Лидии.

- Лина, Ли попросила передать тебе сыворотку и проконтролировать, чтобы ты ее ввела. - Мой зять протянул мне чемоданчик, в котором находилось двенадцать ампул, тринадцатая уже была заряжена в пистолет.

Данная сыворотка была разработана специально для меня мужем сестры, в виду моего слабого здоровья. Если бы не эта разработка, не видать бы мне капитанских погонов, как и космоса. Сыворотка вводилась раз в месяц и не позволяла чужеродным бактериям и организмам влиять на организм. Такая вот универсальная прививка от всех болезней, ядов, наркотических веществ, алкоголя и беременности.

- Закатывай рукав. - Попросил зять или скорее потребовал.

- Я и сама могу поставить. - Решила возразить я, закатав все-таки рукав, но он подошел ко мне, и, приставив вплотную пистолет выстрелил. Рука тут же онемела, а в теле появилась слабость, которая должна пройти через полчаса.

- Не забывая вводить вакцину каждый месяц, и не будет незапланированных, хм... татуировок. - Пряча смех за серьезной маской, наставлял меня муж жены. - И Лидия передает свои поздравления, я присоединяюсь к ним.

- С чем поздравляете? - нахмурилась я. А потом в мозгу, что-то щелкнуло. - Ли узнала значение татуировки?

- Да, но предпочла, чтобы ты узнала значение сама. Еще раз поздравляю - И, вложив мне в руку пистолет, родственник покинул меня. Скривив рожицу его удаляющейся спине, я поднялась на корабль и через пятнадцать минут преодолела орбиту планеты...

Сутки в пути в полном одиночестве, кого хочешь, достанут, и заставят переживать последние дни снова и снова. Была ли я права, что не известила родителей о смене работы? Нет, это ведь родители и они имеют право знать. Но с другой стороны, я уже большая, самостоятельная личность, и зачем волновать маму, и портить ей отдых вместе папой? Мне кажется, это вечная дилемма детей, говорить родителям или нет.

Потянувшись и зевнув, не прикрывая ладонью рот (все равно никто не видит), я решила посмотреть какие новшества, предоставила мне сестренка.

И так, вытягиваем первый предмет из заколдованного мешка Снежного деда, и это оказывается... барабанная дробь... браслет. Разочарованно повертев его в руке, я поняла, что он даже не золотой, так простой сплав из металлов, красиво переплетенный между собой. Отложив браслет в сторону, я пошарилась еще в мешочке и извлекла на свет карточку с кодом. Тоже без пояснений. Похоже, придется звонить Лидии. Но перед звонком я достала из мешка набор патронов для пистолета. Зная мою слабость к старым видам оружия, то есть тем, которые стреляют не лазерам, а свинцовыми пулями, Ричард, он же мой зять, принялся изготовлять для меня патроны. Такие пистолеты вышли из обихода военных лет сто назад, но если ты растешь в семье, где обязательно хоть один член является военным, то сохранится и такая древность. Помимо пуль Ричард помог реанимировать семейную реликвию. От предложения доработать и внедрить в пулевое оружие лазерную установку я наотрез отказалась. Даже оптический прицел не дала поставить.

Первое, что сказала мне Лидия, когда ее изображение появилось у меня на экране, было:

- Когда ты, наконец, выбросишь эти штаны?! - Дело в том, что упомянутая вещ моего гардероба, находится там довольно давно. Штаны имели приятный темно синий цвет и хорошо на мне сидели, были приятны на ощупь и просто мне нравились. Единственный недостаток, который весьма раздражал мою сестру, была длина штанов. Они доставали мне до щиколотки и были немного потертые. Лидия неоднократно предпринимала попытки спрятать и выбросить мои штаны, но так получалось, что я успевала в последний момент, и отстаивала их. Я прекрасно понимала, что носить любимую деталь гардероба на людях уже просто не допустимо, но вот когда никто не видит...

- И что это за вытянутая футболка?! Аделина, ну как можно выглядеть как пугало, даже если тебя никто не видит?! Самой, то неужели не противно?!

- Мне так удобней и если тебе не нравится, не смотри! - Огрызнулась я, и, нахохлившись как в детстве, надув губки (все равно не перед кем строить из себя собранного и не пробиваемого начальника), буркнула:

- Может, объяснишь назначение браслета или это просто украшение? - Сестра тяжело вздохнула.

- Ли, я когда-нибудь давала тебе просто украшения? - И не дожидаясь ответа, продолжила - Надень браслет на руку. - Я послушно нацепила обсуждаемый предмет. Резкий укол заставил взвизгнуть.

- Лидия! - Обвиняюще крикнула я.

- Не так уж и больно, - отводя глаза, ответила сестра и чуть слышно добавила: - наверное. - Тем временем браслет растянулся от запястья до середины предплечья.

- Ну и? - Маленькая сестренка во мне уступила место специалисту.

- Ты ведь предпочитаешь доисторическое оружие, а более практичный лазер постоянно забываешь или специально не берешь. - Я кивнула, подтверждая правоту сестры. - Так вот, в данный, как ты его назвала „браслетик” встроен лазер. Попробуй собрать его на руке, словно гармошку... - Большим и средним пальцем я стянула края „браслетика”, и он снова стал сантиметр шириной. - А если растянуть его по руке, он примет боевую готовность. - Растянув новую „игрушку” я принялась с интересом ее рассматривать. - Главным преимуществом является то, что в собранном виде он напоминает, как ты уже выразилась браслет и вряд ли кому-нибудь придёт в голову снять его с твоей руки. В принципе без ключа и ты сама не сможешь его снять. - Оторвавшись от созерцания нового оружия, я подняла глаза на изображение сестры.

- И где ключ? - Лидия довольно улыбнулась и продемонстрировала мне тонкую пластину.

- Он у меня. Так ты точно не сможешь забыть „браслетик” где-нибудь. - Я попыталась снять „Браслет” с руки, но чем сильней я его дергала, тем уже обхватывал он мое запястье. - А Лидия продолжала улыбаться. Поняв, что дальнейшие попытки бессмыслен я оставила в покое покрасневшее запястье и уже плотно облегающий его браслет. Откинувшись на спинку кресла, устало закрыла глаза.

- На сколько выстрелов рассчитан данный агрегат?

- Он намного сильнее обычного лазера, но и энергии потребляет больше. Выстрела четыре точно сделает. - Я открыла глаза и посмотрела на сестру. - Потом требуется подзарядка. В отличие от обычного, данная модель сможет самостоятельно перезарядится, аккумулируя энергию из воздуха через день, так что считай это просто дополнительный козырь на крайний случай. - Лидия грустно улыбнулась.

- Спасибо. - Искренне поблагодарила я сестренку.

Сестра обернулась назад, выслушала собеседника, невидимого мне и, развернувшись быстро-быстро заговорила:

- Лина, мне пора идти так, что слушай меня внимательно. - Я кивнула. – Код, который ты нашла на карточке, нужен, чтобы открывать черные дары. - Я открыла рот, но Лидия не дала мне ответить. - Не перебивай. Ученые нашли способ использовать черные дыры для более быстрого перемещения, чем гиперскорость. Вводишь данный код вместо координат при расчете гиперпрыжка. Конечную точку пребывания введешь, когда корабль войдет в пространство черной дыры. Понятно? - Я кивнула, стараясь усвоить новую информацию и при этом не задавать вопросы. - Время полета сократиться в два раза. По прибытию минут десять корабль не будет существовать в реальности, после проявиться. У вас будет возможность оценить обстановку и принять верное решение в какой точке появиться. Только не смей соваться в черную дыру на корабле, рассчитанном меньше чем на троих человек. Есть вероятность не вернуться. Все, люблю, целую. - Лидия завершила звонок. Прикрыв, глаза я еще некоторое время просидела, обдумывая информацию, прежде чем потянулась за карточкой с кодом. Выучив код наизусть, следуя правилам, подожгла карточку с кодом, уничтожая возможность утечки информации.

Экран бортового компьютера озарился красным и из колонки вырвался звук сирены.

- Внимание! Резкое снижение энергоснабжение! Выход из гиперпространства. Переход на аварийное питание. - Лилось из колонки.

Корабль резко дернуло, и я довольно ощутимо приложилась головой об приборную панель. Да здравствуй шишка! Скорость замедлилась и через иллюминатор я заметила приближающийся метеорит.

- Внимание! Неизбежное столкновение! - И в подтверждение корабль поздоровался с метеоритом, одним, другим, третьим...

- Повреждение аварийного генератора. Отключение энергоснабжения... - В борт корабля врезался еще один метеорит, придав направления для падения. Через иллюминатор я заметила маленькую планету, которая должна стать для меня последним пристанищем, если не получиться запустить двигатель.

Уже можно было увидеть, покрытую толстым снегом, землю планеты, когда я приняла решение покинуть корабль. Времени, на то чтобы надеть на себя что-то теплое не осталось, и, гоня мысли, о возможности замерзнуть на смерть, я покинула корабль.

В первый момент, когда я открыла глаза, и белый свет ослепил меня, в голову закралась мысль, что я умерла и попала в рай, что было весьма удивительно, ведь праведником меня даже с натяжкой назвать нельзя. На самом деле в комнате, в которой я лежала на столе, все было белого цвета, аж мороз пробивает. Встать со стола мне не дали ремни, сдерживающие меня в горизонтальном положение.

Моей одежды на мне не было, вместо этого на мне был костюм Евы. Единственное, что грело душу в данной ситуации, это "браслетки" от Лидии, красовался на моем запястье. Только воспользоваться им, увы, мне не суждено, руки связаны.

Белая дверь отъехала в сторону, пропустив в комнату двух мужчин в черных, тонких костюмах плотно облегающие тело. В руках у одного находился сосуд с черной субстанцией, похожей на нефть, и маленький чемоданчик. Мужчина, у которых не было в руках ни чего, подошел ко мне. Он был стар и под его пристальным взглядом, почти бесцветных глаз стало неловко, но я не позволила показать свое смущение, и, сделав независимый вид, посмотрела в глаза мужчине.

- Гордая девочка. - Мужчина погладил меня по голове. - Гордая и храбрая. - Я упустила из виду, второго мужчину, который железной хваткой сжал мою руку. Легкий укол и несколько капелек моей крови перекачивали в сосуд с черной субстанцией. Затем передал данный сосед старику, и тот с улыбкой вылил черное не что мне на живот. Я не смогла скрыть своего отвращения и ужаса, когда черная "клякса” начала расползаться по моему телу, образуя собой нечто похожее на костюм мужчин.

- Это твой костюм. - Пояснил пенсионер. - Он будет поддерживать температуру твоего тела и не даст замерзнуть на моей планете. Меня можешь звать Владлен, моего помощника зовут Двоит. - Мужчина, названный Двоитом, наставил на меня медицинский пистолет и ввел мне какой-то препарат. Я не волновалась по поводу того, что мне ввели, вакцина, введенная мне Ричардом, нейтрализует любой препарат. Тут же Владлен что-то нажал и ремни, удерживающие меня, втянулись в стол.

- Дорогое мое дитя, - начал с пафосом пенсионер, и я всерьез задумалась о его мании величия. Господи! Я попала к шизику! - На моей планете тебе не стоит опасаться за свою жизнь, имущество, здоровье! Здесь нет убийств, грабежей, и разбоя. Все люди поддерживают своим трудом планету и все равны.

- Идеальный мир? - Мужчины в согласие кивнули, а мне стало не по себе. Обычно за маской идеального мира скрыт более жестокий и лживый мир, чем те, в которых нет совершенства.

- С этой минуты тебя будут звать Wr5. – Я чуть не задохнулась от возмущения, с какой стати пенсионер меняет мне имя?

- Но у меня уже есть имя, и во втором я не нуждаюсь. - Наверно это было моей ошибкой - возразить старику. Владлен кивнул и Двоит повторно ввел мне препарат, только в этот раз, увеличив дозу. Сыворотка, разработанная Ромой, не успела справиться с чужеродным препаратом, и из-за этого я ощутила его воздействия на себе.

Подняв глаза на Владлена, мне захотелось безоговорочно верить ему, выполнять каждое его приказание.

- Иди за Двоитом, он покажет тебе твой новый дом и определит на работу. - Спрыгнув со стола, я безвольным рабом пошла за мужчиной. Внутри меня разливалось счастье, что мне дозволили жить в мире, где нет недостатков и разочарований.

Утро началось с ощущения, что внутри меня лопнул воздушный шарик, но при этом ощущение свободы не покидало меня. В комнате, отведенной мне для жизни было темно. И я не помню, чтобы вчера где-то видела выключатель. Свет просто погас в определенное время. Сев на кровати, я свесила ноги с кровати. Внезапно включился свет, и на стене появилась голограмма, зазвучала музыка, и появилось лицо вчерашнего пенсионера.

- С добрым утром дети мои... - Начал он приветственную речь, от которой к горлу подкатывала тошнота. – Давайте, все вместе выполним укрепляющие упражнения для красоты и здоровья наших тел! - Лицо Владлена исчезло, но вместо него на экране появились фигурки людей, выполняющие зарядку. Владлен комментировал каждое действие.

Выполнять упражнения у меня не было никакого желания, и я поплелась по направлению ванны. Но дверь, ведущая из комнаты, самостоятельно не открылась, а толкать и открывать ее вручную, было бесполезно. Пришлось вернуться на середину комнаты. Кровать, как только я встала с нее и заиграла музыка, автоматически втянулась в стену, оставляя комнату абсолютно пустой.

- … ноги на ширине плеч - вещал голос.

Меня нельзя назвать поборникам здорового образа жизни, я не делала зарядку по утрам, не питалась исключительно здоровой пищей и уж точно не соблюдала режим дня. И я не видела смысла начинать заниматься этим сейчас.

До конца зарядки я просидела на полу посредине комнаты. Когда фигурки человечков исчезли с проекции, а на их место вернулось лицо пенсионера, я встала с пола.

- Давайте же закончим утренние физические упражнения полезной для пищеварения водой! - Из пола поднялся столик, на котором стоял стакан с водой. Хмыкнув, я взяла стакан, и, сделав глоток, поставила обратно.

 - Помните, что выпить вы должны все до последней капли, чтобы эффект был полным. -Захотелось тут же послушаться наставления, что было весьма странно, и я это понимала. Пока я раздумывала, дверь в ванну автоматически открылась, приглашая внутрь.

Маленькая комнатка с белыми стенами душевой кабинкой и унитазом. В душевой включилась вода и тонкими струйками начала падать на пол. Тут и произошла первая заминка, я не знала, как снять костюм. Оттягивая его и отпуская, ткань упрямо возвращалась на место. Поборовшись с костюмов минут, пять я все-таки нашла способ, как его снять. Ну, почти. Нужно представить себе, что костюм, как бы отъезжает в сторону, оголяя участок тела и вуаля, тонкая полоска ткани, словно браслет опоясывает кисть левой руки. На кисти правой татуировка сменила цвет на желтый. Во время падения татуировка пылала ярко алым цветом, тогда у меня не было времени рассматривать ее и удивляться. А сейчас уже как-то не хочется.

Когда я встала под душ струи воды были холодные, а через несколько секунд и вовсе вода прекратила свое поступление через дырочки душа. Кнопочек, краников и рычажков в кабинке не наблюдалось. И воду включить не получилось. Это называется, помылась? Только промокла и замерзла! Теплый воздух, вырвавшийся из вентиляции, согрел и высушил меня. Похоже, утреннего душа сегодня не будет. Ну что ж, будем пользоваться тем, что осталось. Подойдя к маленькой раковине, я подняла рычажок, к моему счастью из крана полилась вода.

Через десять минут, закончив с утренними гигиеническими процедурами, покинула ванну.

В комнате появился белый стол, со стоящем на нем завтраком. В тарелке была, судя по всему какая-то местная каша. Я не очень люблю каши, предпочитаю на завтрак салатик из свежей зелени и овощей. Ну, похоже, здесь такого не будет. И придется, есть то, что дают. Каша на вкус была как смерть пюре из картошки и томатом, не соленый и при этом вся масса была ярко синего цвета. Вместо моего любимого красного чая, здесь был отвар из горьких трав, пить который мне абсолютно не хотелось.

Как только я закончила завтрак, дверь открылась, и в комнату вошел мой вчерашний сопровождающий. Поздоровавшись со мной, он поинтересовался, почему я не выпила отвар и воду утром. И не смотря на мои протесты, заставил все-таки выпить ужасный отвар. И не отвечая на мои вопросы о том, где мой корабль, и смогут ли они предоставить мне помощь по его починке, потащил меня на улицу.

Климат этой планеты баловал своих жителей бесконечной снежной пустыней. Маленькие домики были похожи на сугробики с дверцей, из которых выходили люди и шустро шли, не с кем не разговаривая, и не оборачиваясь по своим делам. Было немного дико видеть людей, одетых только в один с виду тонкий костюм на таком морозе и посреди снегов, но как я уже убедилась прекрасно сохраняющий тепло.

Пока я шла к месту назначения, мне удалось разглядеть жителей планеты. У всех мужчин волосы были длиной до плеч, и форма стрижки была абсолютно одна и та же, у женщин наблюдалась та же картина, только длина была ниже спины на уровне ягодиц. Я со своей короткой стрижкой, по их ней мере, можно сказать мужской (хотя у мужчин на пять сантиметров волосы были длинней), сильно выделялась из толпы абсолютно одинаковых людей.

Вскоре Двоит завел меня в здание, у стен которого стояли плиты, столы и прочая кухонная утварь возле которой уже суетились женщины.

- Ты будешь здесь работать, - мужчина указал мне на одну из плит в середине. - Рецепт прочтешь над плитой. Работой и помни, что на столы всего города попадает еда отсюда. - И он ушел, оставив меня в полном шоке и ужасе, рядом со злейшим и ненавистным моим врагом с самого детства - плитой и задачей приготовить обед.

Оглядевшись вокруг и увидев, как организованно и точно женщины снуют по кухне, берут продукты, моют, чистят и варят и повторяют все снова и снова мне стало плохо.

Ко мне подошла женщина и потребовала от меня ответа, почему я все еще не работаю, а стою и хлопаю глазами. И не дожидаясь ответа, развернула меня к плите.

- Я ненавижу готовить! И не собираюсь этого делать нигде, и не под каким предлогом! Я пошла, учиться на военного капитана корабля, если бы я хотела готовить, пошла бы, учится на повара! - Все это я проорала на все помещение. Я не знаю почему я сорвалась на крик, возможно из-за того, что готовка у меня вызывала ужас, и я поклялась себе еще в детстве, что стану капитаном корабля и не буду больше никогда готовить, и вот мне тут предлагают приготовить обед. Черт возьми, я не повар!!!

После моего крика, двери распахнулись, пропуская в кухню мужчин, чьи волосы были подстрижены короче, чем у основной массы, так же был подстрижен и Двоит, и я догадалась по медицинским пистолетам у них в руках, что они выполняют тут функции охраны правопорядка, подавляя волю людей и превращая их в куклы, похожих друг на друга и не имеющих своего мнения. Я не могла им позволить сделать меня одной из них, и позволить превратить себя в куклу. Растянув браслет до середины предплечья, сделала выстрел по первому мужчине, который приблизился ко мне. Вырвался яркий луч и ударной волной снес не только того, в кого я целилась, но и еще двоих за его спиной. А все-таки молодец сестричка, такая мощность, точно в старом оружие не обнаружиться. Так, у меня еще осталось три выстрела, и, судя по всему, оставшийся охранник вызвал подкрепление. Плохо. Выстрелом я выбила дверь, и, оказавшись на улице, побежала подальше от кухни. Я отчетливо понимала, что, сколько бы я не бегала, мне не повезет, так, чтобы за следующим поворотом я наткнулась на свой корабль в рабочем состояние. Меня обязательно поймают и если не убьют, то лишат воли. Сопротивляться бессмысленно, но так не хочется сдаваться! Но вот, за поворотом тупик, сзади уже подбежали охранники. Они поднимают пистолеты уже не медицинские и стреляют.

Проснулась я в своей комнате, от ярко вспыхнувшего света и музыки. Настроение было отличное. Сделав зарядку, и приведя себя в порядок, села завтракать. Каша! Мое любимое блюдо! И отвар сегодня вкусный. После завтрака, я отправилась, как и все люди этого мира на работу. Я твердо шла к своей цели в потоке таких же, как и я людей, и была счастлива. Встав у плиты, я прочитала рецепт и начала готовить. Первым делом я вымыла руки - гигиена это наше все. Попутно заметив, что татуировка у меня на запястье желто оранжевого цвета, но меня это нисколько не волновало. Я начала готовить обед для людей этой планеты. Примерно на середине готовки внутри меня лопнул шар, и пришло понимание, что мою волю все-таки подавили и превратили меня в куклу. И я добровольно и с радостью готовила! На плите зашипела и зафыркала, все та же каша, которую ели и на завтрак, и на обед, и на ужин. Помешав, ее ложечкой, пришла к разумной идее - чтобы избежать повторения вчерашней истории и дальнейшего лишения воли, нужно притвориться, что я, все еще подчиняясь общей идеи, и не чем не выделяться. И если мне уж и продолжать дальше готовить эту кашу, то путь она будет хотя бы не такой пресной и обычной. Я отправилась на поиски приправы и того, что бы помогло мне изменить данное блюдо. Минут через десять, когда я поставила кашу в духовку (пытаясь превратить ее в запеканку) и отошла к столу, татуировка резко покраснела, и тут же за моей спиной раздался взрыв. Похоже, на этой планете я не смогу провести вечер и ночь, в сознательном состояние - это были мои последние мысли в тот день.

 Моей щеки дотронулась холодная ладонь, и я резко раскрыла глаза. Надомной склонялся Владлен.

- Помниться вчера ты была против готовки и сегодня взорвала кухню, что ж возможно работа с детьми получится у тебя лучше, чем готовка. Надо же женщина, не умеющая готовить! - И покачивая головой, он оставил меня отлеживаться в постели.

Спина ужасно болела, от полученных ожогов, обезболивающее на меня не действовало, как и другие лекарства, оставалось только ждать, пока организм сам не излечится. Процесс немного ускоряла сыворотка в моей крови, но не избавляла от боли. От этой боли спасала только темнота, в которую я с радостью отпустила сознание.

Самое приятное, это то, что когда обморок сменился просто глубоким сном, мне снова приснился Он.

Мы находились на залитой солнцем поляне, он стоял в середине, а я с краю. Улыбаясь, я побежала к нему, по пути заставляя белые парашюты одуванчиков взлетать в голубое небо. Подбежав к нему, уткнулась носом ему в грудь и обняла, при этом шепча, как же я по нему соскучилась. Он с какой-то заминкой положил руки мне на спину и начал успокаивающе поглаживать.

- Где ты, мой капитан? - Нежно спросил он, прижимая меня крепче к себе. Я вздрогнула и отстранилась, он с неохотой, но отпустил меня.

На меня смотрели немного удивленные и обеспокоенные его глаза. Но это был не тот человек, который посещал каждый мой сон на протяжении всей моей жизни. Он никогда не называл меня капитаном.

- И даже в мои сны пытаетесь проникнуть!!! - Проорала я, смотря в небо и чувствуя, что из глаз катятся слезы. – Неужели ваш идеальный мир и на сны воздействует?!

- Аделина, - с болью и отчаянием в голосе проговорил он. - Кто они? Где ты? ... ЛИНА!!! - Прокричал он, пока я падала в темноту.

И вот я снова на той же поляне, только уже я в центре, а он стоит с краю. Он бежит ко мне, хватает и кружит по поляне.

- Моя принцесса! – Поставив, наконец, меня на ноги прошептал он мне, вдыхая запах моих волос. Я улыбнулась, зная, что на этот раз это действительно он...

Сегодня второй день того, как я сижу с детьми. Небольшая группка мальчиков и девочек пяти шести лет. Вчера я смогла найти с ними общий язык. Я рассказывала и показывала в лицах им истории про космос, путешествия, дальние планеты, храбрых капитанов и злобных пиратов и дам сердца каждого героя. Конечно, большинство информации приукрасила, больше рассказывая сказки, чем о реальной жизни, но это ведь дети. И пока в их возрасте можно и даже нужно верить в сказки и волшебство.

Когда я зашла, малыши побросали свои игрушки и кинулись ко мне.

-Лина, Лина! – Слышалось со всех сторон. Меня теребили и тащили к маленькой скамеечке, где я вчера просидела целый день, даря детям волшебство сказок.

Но сегодня детям не суждено было услышать сказку, как потом оказалось, в обще им больше не было суждено послушать моих сказок.

В комнату вошли охранники и под конвоем увели меня к Владлену.

- Что же мне с тобой делать, а? сплошное недоразумение? Из-за твоего упрямства погибло трое солдат, из-за взрыва на кухне по твоей вине пострадало тридцать женщин, не говоря уже про то, что помещение кухни предстоит ремонтировать. Ты забила детям голову глупыми сказками и сейчас они только, и говорят про путешествия, в которые они непременно отправятся, как только подрастут. – Рассуждал вслух пенсионер, расхаживая по своему кабинету, в то время как меня с силой удерживали на стуле два охранника, хотя я не видела в этом смысла, бежать мне было не куда. - Ты ломаешь систему в самом ее центре! Так что же с тобой делать? Сыворотка подчинения на тебя действует в больших количествах, и то ненадолго. Убивать тебя нельзя, здесь нет убийств. Запереть? Людям станет любопытно и это снова пошатнет систему. Что с тобой делать?!

- Отдать свободу и корабль. Тогда я смогу убраться с этой «идеальной» планеты! – Я попыталась встать со стула, но мне не дали даже пошевелиться до боли сжав плечи.

- Нет, девочка, нет. Отпустить тебя не выход. Ты расскажешь о нашем идеальном мире, и сюда рванут толпы людей и нелюдей, за миром. А воспитывать мир в человеке нужно с детства, долгие годы взращивать и контролировать каждый вздох. Тогда и только тогда наступает гармония. Ты тоже ее поймешь. – И уже обращаясь к охранникам:

- Вкалывать ей каждые пять часов двойную дозу сыворотки, и отправить её работать в теплицы, где нет автоматического оборудования. – Охранники кивнули, и плече пронзила боль укола.

Каждый день изо-дня в день всю неделю я напоминала зомби. Из-за постоянного ввода инъекции для подчинения сыворотка не успевала вывести негативные частицы. Это по сравнению, как алкоголизм, только начинаешь трезветь, снова выпиваешь и по-прежнему пьян. Но кое-что сыворотка все же смогла уберечь от влияния - мой разум, подчинив полностью тело. Я понимала, что происходит, но не могла ни чего поделать, чтобы изменить это.

Мои дни были однообразны и безлики: я вставала, выпивала стакан воды, куда добавляли средство для поддержания контроля над людьми, делала зарядку, мылась, завтракала все той же кашей, убивала остатки разума отваром с той же дрянью, и шла к месту работы, но уже не могла сама мыслить. Ощущение всепоглощающего счастья и единства с людьми этого мира всецело завладевало мной. Сознание включалось уже на грядке, где я сажала, поливала, полола и удобряла, а вокруг ни души. В середине для, в конце огромной теплицы, появлялся белый столик с обедом - каша и отвар. Да здравствует забвение! Вечером я возвращалась к себе в комнату, ужинала и ложилась спать, а с утра все повторялось снова, только с одной разницей, с каждым часом я все ближе подступала к порогу сумасшествия.

Владлен не шутил, в тот день у себя в кабинете, когда говорил, что мне будут ставить инъекцию через каждые пять часов. Охранники минута в минуту исполняли его приказ, делая исключение только ночью, и благодаря этому я могла видеть Его.

Мы долго разговаривали ни о чем, гуляли по набережной какой-то из планет, целовались. Он старался избегать прямого обращения ко мне, предпочитал опускать момент, когда он раньше меня называл своей принцессой. И непременно, пытался узнать, где я нахожусь, и что со мной происходит. На эти вопросы я никогда не давала ответ. Координаты планеты я не знала, а рассказать, что стала пленницей в своем собственно теле, благодаря человеку, одержимого идеей идеального мира, я не хотела, предпочитала переводить тему. Ночные часы во сне стали для меня маленьким уголком счастья, который напрочь разбивали свет и музыка, которую я возненавидела, как и эту планету.

Через три дня "идеальной" жизни, я начала задыхаться от безысходности и однообразия. К концу недели я думала, что уже никогда не буду прежней. Я физически ощущала, нехватку воздуха, стены теплицы и комнаты давили на меня и заставляли думать о смерти, как об освобождении.

Однажды, работая в теплице, я почувствовала, что тело снова подчиняется мне. От неожиданности я не удержалась на ногах, упав в грядку и сломав росток плода схожего с помидорами. Мне было его абсолютно не жалко. Кое-как, встав с земли, подняла глаза на часы, висящие на стене, которые показывали без пяти минуты два. В два часа по полудню, был обед, за час до этого мне приходили ставить инъекцию. Сегодня этого не сделали, и сыворотка, получившая лишний час для исправления функционирования организма, смогла избавить меня от подчинения. Но зато, в виде побочного эффекта начались глюки.

В теплицу зашла группа люди, во главе с Владленом, рядом с ним шел Он, белая лента бинта охватывала его голову. Этого я уже выдержать не могла. Упав на колени, обхватила себя руками, а на глаза набежали слезы.

- Аделина! - он кинулся ко мне, а я, подняв на него глаза, со стоящими там слезами, тихо прошептала:

- Уйди, глюк. - Мой шепот остановил его, когда он уже встал рядом со мной на колени и протянул руки.

- Она назвала меня глюком? - Он повернулся назад, обращаясь к мужчине, которого я уже, где-то видела, но не могу вспомнить где.

- Капитан, на протяжении двух недель, они кололи ей наркотическое вещество, насколько я знаю, в несколько раз превышая допустимую для жизни норму. Даже сам факт, того что она жива уже является чудом...

Дальше я слушать не стала, просто потеряв сознание.

Светло зеленые стены, маленькая тумбочка у двуспальной кровати, зеркало около выдвижного шкафа, рядом с дверью ведущую в ванну стоит мой чемодан с вещами и маленький кейс с вакциной, больше в комнате ни чего нет.

Меня уже радовало, что стены не стерильно белого цвета, а мебель не выдвигается в стены. Встав с кровати, я подошла к иллюминатору. Моему взору предстал космос, во всей своей красе. Я вырвалась! И нахожусь на корабле. Еще бы узнать на каком корабле и куда лечу.

Повернувшись к чемодану, присела возле него на корточки. Щелкнули замки и предоставили мне внутреннее наполнение моего чемодана. Черный терма-костюм все еще был на мне, но он скорее походит на нижнее белье и ходить в нем будет не прилично. Наверно этот костюм единственный плюс моего пребывания на "идеальной планете". Из чемодана были извлечены мягкие темно серые обтягивающие брюки, водолазку и темные ботинки без каблука.

Одевшись, я вышка из каюты. Сразу около двери стоял высокий мужчин

- Капитан Ольхова, я рядовой вашей части корабля Купров. - Встав по стойке, смирно представился мерамовец.

Так, на каком корабле нахожусь, определилась, сейчас бы узнать, как я здесь очутилась.

- Где я могу найти капитана Семеста? - Купров замялся на мгновение, а потом ответил:

- Капитан, приказал следить, чтобы вам не стало хуже. И я не уверен, что вы достаточно оправились, чтобы идти к «сердцу» корабля.

- И чем же я, по-вашему, болею?! - Мужчина засмущался, и, потупив взор ответил:

- Вам длительное время кололи наркотические средства, и... мм.... Скажем так, не каждый человек останется после этого в здравом уме...

- Что?! - Выкрикнула я, полностью сраженная таким предположением.

- Капитан Ольхова, я не в коем случаи, не возьмусь утверждать, это на все сто процентов. Но процент, что вы остались в своем уме очень низок... - Если я сейчас ему врежу, то он точно убедится в том, что я сошла с ума, и таким образом у меня проявляется агрессия, но и оставить это я так просто не могу.

- Веди меня в «сердце» корабля. - Взяв эмоций под контроль, сухо приказала я. - Возражения не принимаются рядовой Купров. - И мужчине пришлось, подчинится.

Строение корабля было стандартным для военного, может только чуть больше. Экипаж корабля, который попадался нам по пути, не имел знаков отличия и военной формы. Простая удобная одежда разных цветов и покроя.

- Вы практикуете свободную форму одежды? - Спросила я у своего провожатого.

- Капитан Семест, считает, что это не обязательно. Своих подчиненных и их звания он знает и так, а если кого-то захватят в плен, то захватчики не смогут определить кто это - рядовой или сам капитан. - Я была вынуждена признать резонность данного положения. Ведь, подобрав команду, я не могла сказать, кто они по званию. - Капитан Гвор разделял его мнение. Но если вы предпочитаете, чтобы мы носили форму, мы будем носить.

- Думаю, я соглашусь с капитаном Семестом. - Дальше мы шли молча, но не долго.

Из «сердца» выполнялось управление всем кораблем. Если на других кораблях место пилотов и капитана, а также наводчиков и навигаторов находилось спереди корабля, то тут местоположение у него было в самом центре корабля. Около бортовых компьютеров сидели пилоты, места наводчиков пустовали, но я не сомневалась, что они, где-то рядом. В середине помещения, на возвышение разделенные стыковой полосой, разделяющей корабль на две части, стояли капитанские кресла. Одно из них, пустовало, на другом же сидел человек, который снился мне каждую ночь, который оказался капитаном Семестом. Какие еще сюрпризы приготовит мне жизнь? Рядом с Берсом стоял мужчина, которого я вчера не узнала - это был Марш, пилот моей половины корабля, как он сказал при встрече в "Полете".

Повернувшись, Берс увидел меня и поднялся с кресла.

- Добро пожаловать на борт, Лина. - Он мне обворожительно улыбнулся. От его улыбки стало на душе теплее. Но гордость доминировала над всеми остальными чувствами.

- Капитан Семест, я благодарна вам, что вы вытащили меня с той планеты (название я так и не узнала), долг жизни можете считать закрытым, но вроде я не давала вам разрешение называть меня сокращенным именем, для вас я по-прежнему капитан Ольхова. - Капитан грустно улыбнулся, а Марш откровенно рассмеялся. Но встретившись с моим взглядом, тут же извинился.

- Прошу прошение капитан Ольхова, просто очень необычно, чтобы супруги называли друг друга по званиям. - Моя челюсть тут же отвалилась. Какие супруги?! Почему я не в курсе, что я замужем?! А я давно замужем? Посмотрев на Берса, уже собиралась сказать ему все, что я о нем думаю, не взирая, на то, что все, кто были в сердце корабля, взирали на нас и явно ожидали продолжения комедией, но двери разъехались, пропуская внутрь Поля.

- Лина! – Мой бывший пилот, подбежав, сгреб меня в свои объятья. – Аделина, я так за тебя волновался!

- Поль, Поль, успокойся. – Попыталась я вырваться из захвата бывшего друга. Но безуспешно, тогда я попробовала другой способ. – Клериас Поль! Немедленно отпустите меня и объясните, почему вы сейчас находитесь на этом корабле, тогда, когда лайнер остался без первого пилота?!

- Как была жестокой, так и осталась. – Отпуская меня, грустно произнес Поль. И уже обращаясь к Берсу:

- Капитан Семест, можно попросить вас поднять заслон? Я бы хотел поговорить с Аделиной без лишних свидетелей. – Мерамовец согласно кивнул и вокруг возвышения, на котором стояла я Поль и Берс, поднялась прозрачная стена, отрезая нас от остальной части «сердца».

- Капитан, вы не оставите нас? Я хочу поговорить без посторонних. -

- Клерас, для Аделины, - Берс бросил взгляд в мою сторону и, улыбнувшись, поправился, - капитана Ольховой, я не являюсь посторонним, ведь я её муж. – Я открыла рот, чтобы сказать ему все, что я о нем думаю, но слов была так много, что я не смогла определить, что сказать ему в первую очередь. А между тем момент был упущен. Поль подскочив к мерамовцу, ударил его по лицу, а потом, развернувшись, посмотрел на меня.

- Я не на лайнере, потому что он – пилот показал пальцем на капитана, вытирающему рукой кровь с разбитой губы, - позвонил и поинтересовался, где ты можешь быть, так, не долетела до места назначения и у него есть сведенья, что с тобой что-то случилось! А потом почти две недели я искал тебя! И это, несмотря на то, что ты выбрала его вместо меня! Счастья вам в семейной жизни! – Поль нажал на какую-то кнопку на подлокотнике кресла, тем самым заставив стену исчезнуть, и вышел из «сердца» корабля.

- Можно сказать, прошло неплохо. – Подал голос Берс, к которому подошел Марш, протягивая салфетку. Я устала села в кресло.

- Берс, скажи, когда, почему и зачем мы поженились? – Закрыв глаза и потирая виски, задала я самый, интересующий меня вопрос.

- А где же капитан Семион? – Попробовал поддеть меня мой… муж. Но услышав мой тяжелый вздох, ответил: – Чтобы стать капитаном мерамовцкого военного корабля, нужно иметь гражданство. Ждать пока, ты проживешь на моей планете шесть лет, не было времени, мне нужен был новый напарник, другой способ получение гражданства – взять тебя в жены, ну или удочерить. – Я тихонько застонала. А Семион продолжил: - В «Полете» ты подписала брачный договор, там же я нанес тебе и себе на руку татуировку, – он закатил рукав, показывая точно такой же, как у меня на руке рисунок. – И скрепил его поцелуем. Ты разве не помнишь? – Я отрицательно покачала головой. – В любом случае все честно. Лина, ты добровольно дала согласие стать моей женой, иначе татуировка бы просто не активировалась. Ведь я по ней узнал, что ты в опасности.

- Она поменяла цвет. – Догадалась я.

- Да. Аделина, когда рисунок сменил цвет с черного на красный, ты даже не представляешь, как я за тебя испугался…

- Капитан, я получил результаты анализов – В «сердце» корабля влетел местный доктор, помахивая над головой листком с результатом.

- Ну и? – Мерамовец отвернулся от меня, переключив свое внимание на доктора.

- В крови не найдено наркотического вещества. Поздравляю капитан Семион, вы полностью здоровы! – Я уронила голову на руки, не разделяя радости бортового врача. Вместе с работой я сменила фамилию, изменила семейное положение и приобрела гражданство. Надо обрадовать маму с папой, а Лидия с мужем и так все знают, знали и не сказали!

- Аделина, - я открыла глаза и посмотрела на своего супруга. Он снился мне девятнадцать лет, и вот сейчас мы с ним одна семья. Но почему-то кажется, что это неправильно.

– Лина, с тобой все в порядке?

- Да! – Я встала с кресла. – Все замечательно. – Вот скажите мне, кто же жениться, когда жена в стельку пьяная? Или он специально меня напоил? Так, а вот это интересная мысль. - Разводы все еще существуют, а контракт подписан на два года. – И не надо мой милый супруг, так меняться в лице! Сейчас-то я трезвая и отвечаю за свои поступки.

- Марш, я жду всю команду корабля через 5 минут на построение. Буду знакомится. – И уже обращаясь к пилотам и наводчиком, оказавшихся на своих местах: - Все концерт окончен, второго действия не будет!

- А она знает, что комната с капитаном у неё одно? – Послышался шепот со стороны навигаторов.

- Когда узнает, будет второе действие. – И радостный смех, который я прервала:

- Если и будет, то точно без зрителей! – И оставив за своей спиной часть команды и мужа, вышла из «сердца» корабля.

Да, выйти из сердца и оставив последнее слово за собой, несомненно, эффектно, но глупо. Так же, как показывать свою гордость и усложнять, то, что могло быть намного проще, я про мои отношения с Берсом. Но с другой стороны, ему не стоило спаивать меня для получения положительного ответа. Я бы его и так дала... со временем... наверно... не знаю...

За анализом и раздумьями своих действий, я и не заметила, как оказалась рядом с отсеком катеров, и одноместных кораблей, такой мини ангар внутри большого корабля. Свой одиночный корабль я увидела сразу же. Устаревший по современным меркам, побитый, с облупившейся краской, но такой родной и любимый.

Данное средство передвижения я купила, еще, будучи студенткой, долго откладывала стипендию, и те крохи зарплаты, которые я получала на подработке. К концу третьего курса я накопила и стала гордой обладательницей. Со временем заменяла устаревшие детали, оборудование. На данный момент я имею новый корабль в старой оболочке, винтаж в своем роде.

Проведя рукой по приборной панели, попробовала завести, надеясь, что неполадки устранены. Корабль ожил, но показал, отсутствие энергии и автоматически выключился.

Вздохнув и прикинув, сколько прошло времени с момента моего последнего приказа, приняла решение возвращаться к «сердцу».

Но не успела я выйти из корабля, как в ангар вошел Пьер и Берс, направляющиеся ко второму одноместному кораблю.

Я не поддерживаю мнение, что подслушивать не хорошо. Иногда вовремя подслушанная информация является тем ключиком, который позволяет открыть двери к победе.

Приоткрыв двери, для лучшей слышимости, приготовилась слушать разговор моего бывшего пилота и моего... мужа.

- Мерамовец, не дай бог, она будет несчастна рядом с тобой! - Поль открыл дверь корабля и в пол оборота развернулся к капитану. - Я не посмотрю на твое положение, за одну ее слезу отправлю к праотцам.

 - Можешь не волноваться, я не позволю ей быть несчастной, да и она сама себе этого не позволит. - Берс, как всегда был самоуверен и оставался хозяином положения. Его ухмылка раздражала и при этом заставляла сердце биться чаще.

- А если захочет уйти, отпустишь? - Этот вопрос и меня интересовал, я непроизвольно задержала дыхание в ожидание ответа. Семест выдержал паузу и ответил, устремив взгляд на мой корабль. Неужели знает, что я здесь?

- Отпущу. Я дам ей свободу, даже если буду считать, что ей это не пойдет на пользу.

- Спасибо. - Прошептала я, и Берс, словно услышав меня, улыбнулся.

- Ты даже не представляешь, как мне хочется тебе врезать, этим убрав с твоих губ улыбку. – Прошипел Поль.

- Представляю. - Капитан дотронулся до развитой губы.

- Нет, ты не представляешь, каково любить ее, видеть, как она взрослеет, делает ошибки, набирается опыта, ждать, когда она повзрослеет и обратит на меня внимание, а потом, вдруг ее дорога пересекается с таким как ты! И все надежды рушатся! Я предупредил тебя. Ее жизнь и счастье для меня всегда будут на первом месте.

- Не для одного тебя. - Поль ничего не ответил мерамовцу, сел в корабль и улетел.

Когда в отсеке остался только Берс и я, он подошел к моему кораблю.

- То, что я говорил ему, я могу повторить и тебе лично.

Я вышка из корабля и встретилась с его глазами.

- Как узнал, что я тут? - мужчина подал мне руку, помогая мне сойти с корабля.

- Если я скажу, что чувствую твое присутствие, поверишь мне? - Он снова улыбался, и я понимала, что за одну эту улыбку согласна на все. Так, Лина, приходи в себя! Сколько можно строить из себя влюбленную дуру с розовыми мозгами?!

- А должна верить? - Ответ получился резче, чем мне бы хотелось.

- Как хочешь. Ты можешь не верить не тому, что я здесь говорил, ни моим ответам тебе, ни тому, что я тебя люблю. Это твое право верить или не верить мне. Но я буду старательно доказывать тебе свои слова.

- Попробуйте. Пока, я не верю, что можно влюбиться с первого взгляда. – Ну, да, ну, да, а я просто исключение из моего же собственного правила, но ему это знать не обязательно. Берс, словно догадываясь о чем-то подобном, приблизился ко мне в плотную и, нагнувшись, прошептал мне:

- Я буду, очень старятся. – По моему телу забегали табуном мурашки, а губы нестерпимо зачесались.

- Мне надо идти. - И я постыдно сбегаю из помещения. Можно сколько угодно себя убеждать, что меня ждет моя команда для знакомства. Правда же была в том, что я действительно сбежала, сославшись на дела. Почему, ну почему мне надо все усложнять? Показать, что я гордая? Да я уже всем это показала! Но нет, мне кажется это недостаточно, и продолжаю усложнять себе и другим жизнь.

В коридоре меня встретили Марш, и показал дорогу в кают-компанию, где обычно проводятся все сборы.

Четырнадцать мужчин при моём появление, поворачивают одновременно головы в мою сторону. Миг и они стоят в одной шеренге.

- Я капитан Аделина Ольхова - начинаю я, но Марш, стоявший за моей спиной, поправляет меня:

- Капитан Семест. - Наверно скрип моих зубов не слышал только глухой.

- Капитан Ольхова - снова продолжаю я. - Раньше была капитаном военного корабля «Sperare», а затем туристического лайнера. Чтобы вас надолго не отвлекать от ваших прямых обязанностей, прошу представиться быстро и четко. - И выжидательно уставилась на команду. Мерамовцы не заставили себя долго ждать и уже через пять минут, я знала всех. В моем подчинение оказалось пятнадцать человек: два пилота, хакер, двое оружейников, навигатор, кок по совместительству отвечающий за хозяйственную часть, трое механиков, и рядовые, а еще врач.

В лицо запомнила я их всех, но вот по именам... Всегда было туго с запоминанием мужских имен.

Распустив всех, отправилась вслед за Маршем в сердце корабля, где познакомилась с пилотами, хакером и навигатором второй части корабля, а также узнала, что из-за меня опаздываем на место соединения с другими кораблями для схватки на три дня.

- Как так получилось, что в военное время, Берс получил разрешение, отправится за мной? - Я сидела в своем кресле, придвинув его ближе к пилоту. Управляли кораблем сейчас Марш и Торл - пилот со стороны Берса. С Маршем я и говорила. В обще создавалось такое чувство, что Марша, приставили ко мне помощником, таким раскладом я была довольна, Он мне искренне нравился.

- А кто ему может запретить? Капитан, ведь далеко не простой военный. - Я нахмурилась. А пилот продолжает:

- Но это только одна часть, вторая же заключается в том, что любому мерамовцу нужен душевный покой. Если морально сломать мерамовца, то его можно уже считать мертвым. Он сходит с ума и медленно умирает. Это ужасное зрелище. Когда умер брат капитана, на вашем корабле, вы стали для Берса той неожиданной поддержкой, которая держит его на границе с безумием. Вся команда это понимает и не может забыть то состояние, в котором он был, когда вы не явились в назначенное время. - Я сидела, опустив глаза, и пыталась переварить информацию и не знала, что тут, можно сказать. Когда душевное спокойствие ставится на первое место это необычно и для того, кто рос в обществе, где с твоими переживаниями никто не считается и их принято скрывать, это трудно понять.

- Что бы вы, не думали о капитане Семесте, знайте, что вы то, что заставляете его жить. – Я подняла глаза на пилота, и увидела, что его слова искренне. Чтобы избавится от не ловкого чувства и продолжения разговора, решила перейти к активным действиям. Встала из кресла и подошла к приборной панели.

Прерывать гипер-прыжок не безопасно, но другого выхода я не видела, для исправления ситуации. Когда до пилотов, дошло что я собираюсь сделать, оба попытались меня остановить.

- Я знаю, что я делаю. - Был мой ответ на их протесты, а на заявление, что нужно согласовать действия с Берсом, попросила, чтобы с ним связались по внутренней связи и пригласили присоединиться.

Выжив из кресла Марша, села за управление сама. Корабль дернулся, при выходе и остановился. А я уже вводила код для создания черной дыры.

- Аделина, что черт... - Дальнейшее высказывания мужа заглушила сирена, объявляя о возникновение черной дыры в непосредственной близости от корабля.

Соседнее кресло пилота тут же занимает Берс и пытается исправить положение.

- Оставь! - Пытаясь перекричать сирену ору я. - Выключи сирену! Все под контролем! - На меня смотрят как на умалишенную и во взгляде явно читаются сожаление, что взял меня капитаном.

Тем временем мне удается завести корабль, не смотрю на старания Семеста, в черную дыру.

- Вводи координаты конечной точки! И выруби, наконец, сирену! – Ору я. - Если мы сейчас не введен направление, нас выкинет черт знает куда! - Мгновение Семест колеблется, но потом решает мне довериться, и вводит, наконец, координаты. На экране вспыхивает время прибытия в конечную точку. Полет будет длиться три минуты.

Сирену, наконец, отключают. И я оглядываюсь назад. В «сердце» присутствуют все пилоты, два хакера и навигаторы. Все поднятые по тревоге. Поворачиваюсь к супругу, тот сидит и внимательно меня изучает.

- Новая разработка ваших ученых? - Наконец спрашивает он. В его голосе слышится усталость.

- В несколько раз уменьшает время полета. Потом минут десять мы не будем существовать. Есть время оценить обстановку. - Решила я прояснить ситуацию до конца.

- В следующий раз предупреждай. - И объявляет по внешней связи боевую готовность, затем уходит.

Меня обступают пилоты и хакеры с вопросами по поводу использования черной дыры для перемещения. Вяло отвечаю, что не знаю принципа, что не скажу код открытия черной дыры, и что мы первые кто использует дыры на практике. После этого заявления, окружающие бледнеют и перестают меня расспрашивать.

- Похоже, с вами нам скучать не придется. - Марш был единственный, кто остался стоять возле меня. Ну, это и понятно, я все еще занимала его место.

- Думаю в моем запасе не так много выходок из разряда вон выходящего. И вы скоро привыкнете. - После этого я освободила место пилота и пересела в свое кресло. Вскоре и соседнее кресло было занято, и мы вышли из черной дыры.

Окружающий нас мир был словно черно белое кино, поставленное на паузу. По обстановке можно было понять, что противник значительно превосходит нас численностью, а половина наших кораблей при следующем выстреле потеряет способность к дальнейшему ведению боя.

Берс выругался, я его в этом полностью понимала, было видно, что бой проигран и как только мы в него вступим, нас прикончат.

- Капитан, что прикажете? - Было не понятно, у кого спрашивает пилот, но это было без разницы, идеи для выхода из ситуации не было ни у меня, ни у моего мужа.

Тишина, установившаяся в «сердце» корабля, давила и заставляла панику поднимать голову.

- Аделина, мы сможем сделать выстрел? - Обратился ко мне муж. Я только пожала плечами, но все же отдала приказ:

- Локальный, по ближайшему вражескому кораблю. - Приказ тут же выполнили, и заряд, покинув ствол орудия, завис в космосе по направлению к вражескому кораблю. Я перевела взгляд на Семеста.

- Есть шанс, что заряд достигнет своей цели, как только мы сами проявимся в реальности.

- Предлагаешь расстрелять все корабли противника?

- И увести из-под удара наши. - Я развернула кресло так, чтобы сидеть напротив Берса, а не рядом.

- Мы потратим большое количество зарядов и энергии, ты должна прекрасно понимать, что в случае неудачи мы будем на ровне с теми, кто ведет бой уже не первый час.

- В любом случае летальный исход неизбежен. Тут есть хотя бы шанс, что он будет не для нас. - Капитан кивнул, принимая решение, а в запасе у нас оставалось минут пять, а работа предстояла долгая.

Для экономии времени корабль разделили на две части, и там, где проходила линия разделения выросла прозрачная стена. Огромный корабль превратился в два средних, пока несуществующих в этой реальности корабля. И началась работа.

Кто-то может сказать, что обстрел кораблей, когда те не могут защититься не честно и подло, но, когда вопрос стоит: или ты или тебя, и плюсом еще несколько кораблей, мне кажется тут не до чести. К тому же, какой разговор может идти о чести, если противник в несколько раз превосходит тебя числом?!

За оставшееся время, предположительно было выведено большая половина противников и отведены от удара все союзники. Но оставались еще те, кто мог дать отпор, и они дали. Выход произошел незаметно, прозвучали взрывы, оповещая, что они достигли цели. Радость от того, что план сработал, тут же сменилась сосредоточенностью, когда на экране появилось предупреждение о наведения на нас локального выстрела.

- Восемьдесят процентов энергии на передние щиты. - Отдала я приказ, уже понимая, что после энергии останется только для того, чтобы двигатели не заглохли. Второго выстрела корабль не выдержит. Яркая вспышка ослепила меня на мгновение, но щиты выдержали.

- Капитан, второго попадания не выдержим. - Заикнулся кто-то из оружейников.

- Знаю! - Рявкнула, соображая, как сохранить корабль. Остается только маневрировать, и уклонятся от выстрелов.

- Кайл, освобождай кресло. - Отдала приказ пилоту, искренне надеясь, что не перепутала его имя. Второй пилот был примерно моего возраста с очень длинными, на мой взгляд, волосам. Но, похоже, с именем я не перепутала. Заняв место пилота, взялась за штурвал.

- Капитан, вас вызывают.

- Соединяй. - Ответила я, не отрывая напряженного взгляда с экрана.

Вызывал меня кто-то из союзников, как оказалось, он пытался организовать мне прикрытие, хотя сам был подбит и находился в гораздо плачевном состояние, чем мы. В резких формах оповестила его о том, что лучше бы сам пытался сохранить корабль, а не прикрывал меня.

Самое интересное, что таких вызовов с настойчивым предложением прикрыть было еще пять штук, на все я ответила отказом. То же, мне нашли принцессу, которую нужно оберегать и защищать.

Шестой вызов пришел от Берса. Он в такой же грубой форме, в какой я отказывалась от помощи, сообщил, что пора объединять корабль. А как только соединение произошло, чуть не убил.

- Какого, черта, отказываешься от помощи?! - Орал он на меня, предварительно подняв звукоизоляционную стенку.

- Я никогда не приму помощь, у тех, кому самому нужна помощь! - так же орала я. - И мне кажется, что сейчас не время предъявлять мне не обоснованные претензий! Кто я такая, чтобы меня должны прикрывать в ущерб себе?! - Берс отвел взгляд и предпочел отступить. Убрав стену, мы вернулись к управлению.

Добить почти разбитого противника не составит труда почти никому, ну или почти не составит. Но фактом остается то, что уже через полчаса мы летели на базу.

Стоит сказать, что когда корабль соединился, энергия сбалансировалась между двумя его частями. Очень интересная и практичная разработка.

Чтобы довести корабль до пункта назначение, присутствие капитана в «сердце» не обязательно, отсюда следует, что я могу, смело пойти к себе. Дяди уже большие и им не нужен постоянный контроль.

После горячего душа, который позволил снять напряжения после военных действий, завернувшись в мягкое, светло голубое полотенце, сдернув с кровати, покрывало, повалилась на нее. Уснула я моментально и уже не услышала, как в каюту вошел Берс.

Я стояла перед экраном и смотрела, как парламентеры выходят для переговоров на середину коридора между кораблями. Вот еще чуть-чуть и я увижу дядю. Сердце принимается бешено колотиться об грудную клетку. Воздуха катастрофически не хватает. Паника начинает поднимать свою голову.

Мужчина с нашей стороны тоже подходит к середине, оборачивается и смотрит на камеру. Это не дядя, это Берс…

Гребер резким движением достает оружие и стреляет. Семест падает, а я начинаю кричать, а в груди разрывается атомная бомба...

- Тшш... Тише девочка, успокойся... - Горячие, сильные руки укачивали меня, а по моим щекам катятся слезы.

- Лина... - Берс сидел, прислонившись спиной к спинке кровати, а я полулежала на нем упиравшись спиной ему в грудь.

Всхлипнув, попыталась слезть с Берса. Ключевое слово попыталась, мерамовец не отпустил меня, а продолжил укачивать и шептать, что-то утешительное.

И тут моя гордость сдала позиции. Развернувшись, поцеловала его, одной рукой пытаясь придержать сползающее полотенце. Секундное удивление, и он ответил на поцелуй. Господи! Как же я его люблю!

Потребность придерживать полотенце и дальше, как-то отпала сама по себе.

Муж ласково перебирал мои заметно отросшие, благодаря шампуню из "идеального мира", волосы. Было необыкновенно хорошо, и я была готова пролежать вот так в постели с ним хоть всю жизнь.

- Моя принцесса. – Прошептал он, прижимая меня теснее к себе.

В моих снах он всегда так меня называл, услышать это в первый раз бодрствуя, было неожиданно, и я вздрогнула, но тут же расслабилась, и, поднявшись на локте, поцеловала его в нос.

- Я знаю. - Берс поднял брови в удивление.

- Разве? - Кивнув, я еще раз его поцеловала.

- Пора вставать, скоро прилетим. - Сказала я, вставая с кровати и проходя к сумке с моими вещами, нужно будет разложить их потом в шкафу.

Берс внимательно наблюдал за мной горящими глазами, пока я не оделась.

- Ну?

- А мы уже давно прилетели. - Лениво потягиваясь на кровати, сообщил мне мерамовец.

- А почему ты мне ни чего не сказал? - Справившись с шоком, спросила я, подходя к кровати.

- Я пришел тебя будить, когда... Ты кричала. Лина, я очень испугался за тебя. - Я прилегла рядом с Берсом, положив ему голову на грудь, и обняла его. - Что тебе снилось? - я покачала головой. - Лина, я хочу, чтобы ты мне доверяла.

- Со временем. Пошли, нас наверняка ждут. – Ему только и осталось мне подчиниться.

Мне приходилось присутствовать на военных советах. Большой зал, в центре стоит стол, за которым сидят капитаны, чьи боевые заслуги позволяли им сидеть рядом с императором и военным министром. Вокруг стояли трибуны, на которых сидели все остальные военные.

Так вот, как не трудно догадаться, я обычно сидела на трибуне, а мой дядя за столом, в этот же раз мое место было за столом, рядом с Берсом, который в свою очередь сидел по правую руку от императора. Отсюда делаем вывод, что мой муж министр по военной части. Приплыли. Этого он мне не говорил. Да мы практически и не разговаривали. Я вышла замуж за человека, о котором ничего не знаю. Больше не буду пить в сомнительных компаниях, и принимать даже самые простые решения хоть с малой долей алкоголя в крови.

Сев за стол Берс обратился к Императору:

- Что ты тут делаешь?! - он обращайся шепотом, но мне все прекрасно было слышно.

- Отец отказался от титула в мою пользу, после смерти Гвора. Чаще бы выходил на связь, знал бы о смене своего положения раньше, наследник.

А я сидела и тихонечко офигевала. Наследник блин. С каждой минутой все интереснее.

- А вы милая девушка, как я понял Аделина, супруга, моего младшего брата? - обратился ко мне император. Я в ответ только кивнула, смотря прямо в глаза своего мужа. Интересно, каких еще тараканов и скелетов он имеет? Берс виновато на меня посмотрел. Я его понимала. Мы знакомы меньше месяца, общались при этом от силы часов десять. За это время невозможно рассказать все о своей жизни.

- Сочувствую вам. - Я перевела взгляд на правителя, а он продолжил:

- Мой брат далеко не подарок. Как же вы дали согласие на брак?

- В состояние алкогольного опьянения. - Наслаждаюсь растерянностью на лице правителя и ужаса супруга.

- Берс, я же тогда просто шутил, по поводу женитьбы на пьяной невесте. Зачем же принимать мои слова в серьез?! – Похоже, старший брат был глубоко поражен поведением младшего.

Дальше наш разговор не продолжился в виду начала военного собрания.

Собрание продолжалось часа три. Его итогами стала утвержденная военная стратегия и план дальнейших действий.

После собрания, вернувшись на корабль, я с Берсом впервые поговорили спокойно, не повышая голоса и не выходя из себя (это все относится на мой счет). Из разговора я смогла узнать некоторые подробности о семье мужа, его положение в обществе и о сложившейся ситуации.

Выходило весьма интересно:

У правителя Мерама было три сына (как в сказке). Старший сын Торш, средний Гвор и младший Берс. После смерти Гвора, Торш стал императором, и до появления у него детей (а он еще не желает, и обзаводиться семьей пока не планирует) Берс будет являться наследником престола.

Что же касается моей роли в этой игре, то после завершения военных действий, на меня как на жену наследника престола накладываются определенные обязательства. От примерного перечня обязательств и нормы поведения мне резко поплохело. С этой минуты я буду искренне молиться за здоровье шурина. Ведь если с ним не дай бог что-нибудь случиться...

В общем, кошмар на всю будущую жизнь мне обеспечен. А отказаться от этой почетной обязанности я не смогу.

Развод у Муромцев существовал, но только не у правящей семьи. В моем случае расторгнуть брак можно только после смерти одного из супругов.

Нельзя сказать, что я была сильно расстроена этим известием, ведь не надо было думать о разводе, показывать свою гордость и возможно потерять раз и навсегда человека, предоставленного мне самой судьбой. В общем, меня все устраивало в сложившейся ситуации, кроме титула моего супруга.

После разговора обстановка на корабле стала намного лучше. Уже не чувствовалось того напряжения, и граница разделения корабля и команды практически исчезла, появляясь лишь когда корабль разделяли для ведения военных действий.

День проходил за днем. Уже прошло полгода, с того момента, как я заключила договор. И я с каждым часом убеждалась, что решение, принятое на пьяную голову не такое уж ужасное и даже принесло мне больше пользы и счастья, чем, если бы отказалась, будучи трезвой. У меня есть любимая работа, есть муж, есть команда и корабль, что еще нужно для счастья? Наверно только победа в войне. А так как силы равны, победа далеко.

Бои были не столько кровожадными, сколько выматывающими. Не одна сторона не могла одержать победу или хотя бы хоть на шаг приблизиться к ней.

Сегодняшний бой длился уже десятый час. Корабль пришлось соединить на шестом часу боя. Сторона Берса была сильно повреждена, команда тоже была не в лучшем состояние, а сам же капитан еле держался на ногах.

После соединения, корабль недолго продержался, пришлось перейти на резервные генераторы и отсоединить, предварительно переведя людей, половину Берса. Она только отнимала энергию. В этот раз перевес сил был на стороне Греберов.

- Лина... - ко мне подошел Берс. По его виску сбегала струйка крови, а ноги подкашивались. Повернувшись к нему от пульта управления, еле удержалась, чтобы не высказать все, что я думаю об его умственных способностях. Ну, вот какого он спокойно не лежит в каюте, ну на худой конец не сидит в кресле, а ползает по всему кораблю?! С его командой удалось справиться и отправить раненых по постелям, но вот почему не удается справиться с капитаном? Я и сама не железная, несколько часов на ногах, а еще он, строит из себя героя, руководителя. Устало подошла к мужу с целью усадить его в кресло.

- Как обстановка? – спросил он, на минуту прикрывая глаза.

- Без изменений. Капитан Семест, я, конечно, понимаю, что вам непременно нужно находиться «у руля», и вы не будете обращать внимание на такие мелочи жизни, как слабость и не состояние стоять на ногах. Но вам следует учесть одно обстоятельство, что еще полчаса такого поведения, и вас можно будет выносить. – Развернувшись, я пошла к пульту управления, чтобы вызвать бортового медика.

- Тобиас, подойдите в сердце. – На другом конце канала ответили утвердительно, и, отключившись, повернулась к Берсу.

- Сидеть, на месте, в идеале не двигаться. – Ответ Берса по поводу моего самоуправства мне не суждено было выслушать, вражеский крейсер вызывал нас по видеосвязи. Кивнула пилоту, чтобы разрешил связь. На экране появился капитан греберов. Что-то неуловимо знакомое было в нем, какое-то сходство между моим собеседником и убийцей моего дяди, наверняка его родственник. Я точно знала, что у него на экране отражается только Берс и мое пустое кресло, и изменять позицию я не собиралась.

- Приветствую вас капитан Анторы. – Начал свою речь греберовец. – Вы один? – Я кивнула Семесту, чтобы подтвердил.

- На данный момент да. Чем могу быть полезен? – Удивительно, как меняется человек, под обстоятельствами. Больной, понимая, что нельзя показывать свою слабость, будет выглядеть полным сил, несмотря на то, что его состояние далеко от этого.

- Я выступаю от лица наших правителей, с предложением о переговорах. – Что-то внутри меня оборвалось, три года назад дяде пришло точно такое же предложение. – Мы будем ждать вас капитан Семест, через три часа – на экране появилось сообщение с координатами – в указанной точке. Если вылетите сейчас, как раз долетите вовремя.

После того, как вызов был завершен, я посмотрела на мужа. Он тоже внимательно рассматривал меня. Вот интересно, какие мысли у него сейчас в голове? Лично в моей голове табунами бегали мысли о сходстве ситуации и дальнейшем пути ее развития. Я не могла допустить, чтобы на моих глазах погиб и Берс.

В «сердце» стояла тишина, нарушаемая только легким гудением аппаратов.

- Курс на заданные координаты. – Прервал тишину Семест, а вместо с ней и мои сомнения. Грустно улыбнувшись, вышла из «сердца», и как раз вовремя, к «сердцу» подходил бортовой медик. Он был очень большим мужчиной с весьма устрашающей внешностью, но, не смотря на внешний вид, в душе он был милый и добрый, как ягненок.

- Тобиас, мне нужно снотворное для Берса, желательно быстродействующее. – Мужчина внимательно на меня посмотрел.

- Капитан Ольхова, вы уверенны в своих действиях? – Я только кивнула. А Тобиас полез в свою сумку и вытащил медицинский пистолет.

- Правила знаете, экипаж не может вмешиваться в разборки капитанов. – Я снова кивнула и протянула руку за пистолетом, предварительно спросив:

- Но конвоирование бесчувственного тела капитана в каюту, же можно? А то я его на себе не дотащу. – Врач только хмыкнул. – Позовите двух рядовых и будьте готовы.

Ну, что ж пора разыгрывать представление.

Спрятав пистолет под рукав просторного свитера (нагло стащенного у Берса), зашла в «сердце», прошла к панели передач. Присутствующие активно занимались трудовой деятельностью, других капитанов уже оповестили о предложение переговоров. Половина кораблей уже отправились на базу, а наши пилоты уже готовились к гипер-прыжку. Пора вмешиваться.

- Марш, подожди, не торопись. – Прошептала, не опуская глаз от экрана, спиной чувствую взгляд мужа.

- Вы что-то опять задумали? – Оставив вопрос без ответа, резко развернулась, быстро подошла к Берсу и села ему на колени. Удивление в его глазах и непонимание, и чтобы удивление не переросло в подозрение, закрепила эффект поцеловав в губы.

Так получилось, что за шесть месяцев мы ни разу не были наедине. Эти месяцы были полны только работы. Нет, конечно, мы спали в одной постели, правда, по очереди. Приходя в каюту, я падала на кровать и тут же отрубалась, будил меня Берс, в свою очередь тоже падая и засыпая. Какая уж тут супружеская жизнь и романтика, когда все мысли крутятся вокруг сражений, а сам устаешь, как собака?

Так вот, пока Берс пребывал в шоке, ввела ему снотворное.

- Прости. – Глаза мужа медленно закрывались, и я смотрела, как он засыпает. Подошел Тобиас и приложил пальцы к вене на шее.

- Замечательно вводите вакцину, так ровно и так аккуратно.

- Спасибо за лестную оценку. – Это доктору, и уже рядовым: Отнесите его в каюту. – Экипаж смотрел на меня с непониманием, я и сама себя иногда не понимаю. Подойдя к пульту управления начала объяснять свои действия.

- Греберы пять лет назад объявили войну Ларелам, через два года, они предложили переговоры, на которых расстреляли в упор парламентера и направили оружие на корабль с экипажем, на котором прилетел парламентер. – Во время объяснения, подготовила корабль для гипер-прыжка, заменив координаты личным кодом, и когда появилась черная дыра, ввела координаты родной планеты. – Сейчас Герберы решили повторить свой трюк. – Рассказывала я, отходя от управления и садясь в своё кресло. Через пять минут должны прибыть на место. – Сейчас мы летим на Ларел, там меняем корабль… - и, не дожидаясь протестов, обосновала - Антора, не достаточно маневренна, и не в лучшей форме. После летим на встречу, но немного изменяем правила поведения при переговорах.

- Капитан Ольхова, вы уверены, в том, что это ловушка? – Спросил Марш. Как же меня достали вопросы, уверенна ли я в своих действиях. Пора было уже запомнить, что я уверена в себе, в своей команде и в доверенных лицах.

- Да. Капитан Берс важная фигура на доске, и его смерть должна ослабить, если не вывести из равновесия военную мощь Моара, не зря Гребер уточнил, что на переговоры должен явиться капитан Семест.

- Но, вы, как я понял, не намерены отпускать его на переговоры? – Я улыбнулась пилоту.

- Правильно поняли. Туда пойду я. – Марш открыл рот, но я не дала ему сказать. – Возражения не принимаются и моё решение не обсуждается.

- Тогда у меня есть единственный вопрос. – Марш, сцепил пальцы в замок и обхватил колено. – Кто сообщит капитану Семесту, что его жена и второй капитан погибли вместо него?

- Думаю… - голос предательски сорвался. – Давайте решать проблемы по мере их поступления. – Знала ли я, что шанс вернутся с корабля Герберов, ничтожно мал, если совсем не отсутствует? Определенно да. Но все, же я надеялась, тайно на этот шанс.

- Введите запрос на посадку в порту Либод.

- Посадка разрешена. – Отрапортовал пилот.

- Тринадцатый ангар. – Практически безжизненным голосом произнесла я, а затем вышла из «сердца». Пока я на планете, хочу увидеть родителей, а то боюсь, другого шанса жизнь мне не предоставит.

В маленьком домике с желтой обшивкой и коричневой крышей жили мои родители. Подъездная дорожка подсвечивалась маленькими фонариками, журчала вода в декоративном фонтанчике на лужайке. Какая-то ночная птичка пела из пышного, зеленого куста.

Отогнув рукав черной водолазки, посмотрела на циферблат электронных часов, синие цифры показывали час ночи. Я очень надеялась, что родители еще не спят.

Открыв тяжелую дубовую дверь, вошла в маленький коридорчик, куда пробивались лучи света из кухни.

- Родители. – Позвала я, снимая ботинки. Из кухни вышел папа, а следом за ним и мама. – Опять трамбитесь на ночь?

- Вернулась… - Мама подошла ко мне и обняла. – Я боялась, что ты уже не вернешься. – По её щекам катились слезы, а я посмотрела на папу. Примерно четыре месяца назад, я сообщила ему, что подписала контракт с Моаровцами, и сейчас являюсь капитана военного корабля. Тогда он согласился со мной, что маме знать это не обязательно, а сейчас выясняется, что он ей все рассказал.

- Мамочка, не надо плакать. – Я вытерла ей слезы и улыбнулась. – Со мной все в порядке. У меня не так много времени, и через полчаса я должна буду уже отправляться на корабль. – После этих слов мама отступила и посмотрела на меня строго и сердито.

- Зачем ты опять ввязалась в войну? Хочешь повторить судьбу своего дяди?! Нам в семье хватает одного самоубийцы, возомнившего себя герое! Не повторяй тех же ошибок, выйди замуж, устройся на нормальную работу, роди детей. – Мама снова начала плакать. А мне от её слов стало смешно и ужасно грустно, ведь я полностью повторяю судьбу своего родственника, и при этом умудрилась выполнить два её условия, хотя с втором она была в корне не согласна.

- Оставь её, она не даст себя убить. – Папа подошел и обнял меня. – Пошли на кухню малышка, расскажешь, как у тебя дела. – И я дала себя увести на кухню.

Полчаса пролетели за одну секунду. Я интересовалась всеми происходящими у родителей делами, узнала, что Лилия ждет ребенка. Про мою работу по умолчанию мы ничего не говорили.

И вот, стою на крыльце и снова обнимаю родителей, на этот раз, прощаясь, возможно навсегда.

- Я люблю вас мама, папа. – Я стараюсь улыбаться, удерживая слезы.

- Мы тоже тебя любим. Постарайся вернуться. – Мама не скрывала своих слез.

- Мам…

- Ты думаешь, я не поняла, что ты прилетела сюда попрощаться с нами?! – Папа подошел и обнял маму за плечи. Я опустила голову.

- Простите… - И, развернувшись, пошла по дорожке к маленькому красному кораблю, взятому в аренду в порту, для перемещения по планете.

- Лина! – Я оглянулась, ко мне шел папа. – Лина, ты сейчас к Лидии? – Покачала головой, у меня уже не осталось времени попрощаться с сестрой. – Подожди минутку. – И папа убежал в дом. А на крыльце стояла мама и смотрела на меня.

- Мама, я вернусь, обещаю. – Она кивнула, хотя не верила в мои обещания. Я бы тоже себе не поверила.

Папа принес две капсулы, размером с арахис.

- Лидия просила передать тебе это. – Он отдал мне капсулы. – Моментальное перемещение из любой точки в другую для одного человека. – Мои глаза расширились, разработка, над которой бились ученые не одно столетие, лежала у меня на ладони.

- Она боялась, что ты не приедешь к ней, и вот её тревоги оказались не напрасны. Аделина, используй только в крайнем случае, их было крайне трудно достать, а еще капсулы не использовали в полевых условиях. В лаборатории работает, а вот вне ее стен… – Я обняла папу.

- Передай Лилии, огромное спасибо! Она подарила мне шанс на жизнь. – Прошептала я на ухо папе.

- Все так плохо?

- Герберы потребовали переговоры. – Больше я могла ничего не объяснять, он и так все понял.

- Удачи, дочка. – Папа выпустил меня из объятий, и как только я села в корабль, и отъехала на достаточное расстояние, чтобы родители не видели меня, заревела.

Когда я поднималась на бывший дядин корабль темно зеленого цвета, я уже успокоилась и была сосредоточена и полна решимости.

Марш и второй пилот сидели за штурвалом и осматривали «новую» панель управления. Хакер со стороны Берса, вроде бы Лонд, пытался взломать код бортового компьютера, чтобы войти в систему.

- «Лилина», - обратилась я к хакеру. – Пароль «Лилина». – Он поднял голову и посмотрел на меня, а я указала на фотографию, прикрепленную к стене над монитором. На ней была изображена я и сестра двадцать лет назад, мы сидели на качелях в парке и ели фруктовое мороженное. Эту фотографию сделал дядя, для того, чтобы его любимые племянницы всегда были с ним на любом задание. Своей семьи у него не было, и в свое свободное от службы время он проводил с нами. Вот и пароль у него состоял из наших имен.

Хакер ввел пароль и зашел в систему.

- Прежде чем лезть в окно, попробуй постучать в дверь, вдруг откроют.

- Греберам тоже будете стучать в дверь, капитан? – Хакер явно был против моих затей, и старался это показать.

- Нет, полезу через пространство. – На меня уставились, как на дуру. Ну да, ну, да, сама себе бы не поверила. - Мне нужна программа, которая сможет передать всю информацию системы на один компьютер.

- И защищенную? – Хакер подобрался, и можно было видеть, как его мысли уже забегали вокруг программ, которые могли бы подойти.

- Особенно защищенных. – Лонд нахмурился, но уткнулся в компьютер, ища программу. – А так, же нужна вирусная программа, полного уничтожения всей системы. И желательно скомбинированная с первой. – Моаровец хмыкнул, и больше не отвлекаясь на внешние раздражители, углубился в работу.

- Приготовится к отправке, курс на систему Ружрен. – Заняв свое место, стала наблюдать, за тем, как исполняют мой приказ, не прекращая при этом обдумывать план дальнейших действий.

Лилия спасала дядю и меня новыми разработками не один раз. Другой вопрос, что некоторые из них были неопробованные на практике и иногда в итоге результат не мог предсказать никто. Сейчас благодаря сестре, у меня есть шанс, может быть и не на жизнь, но шанс, испортить систему и передать данные.

Мне совершенно не охота изображать из себя героя и идти сознательно на верную смерть. Чтобы не отступить назад нужно еще больше мужества, чем нужно для шага вперед. И чтобы не сделать этот шаг назад, необходимо загнать себя в угол, отрезать все пути отступления. И тогда не останется иного выхода, как идти вперед. Это не смелость, это необходимость.

Как только, корабль вышел в зону доступную для гипер-прыжка, открыла черную дыру. Перемещение будет длиться шесть минут, у хакера осталось совсем немного времени для комбинирования двух программ.

- Капитан Ольхова, вы помните, что я вам рассказывал о эмоциональной зависимости Мерамовцев?

- Да, Марш, и поэтому, найдите ему новую привязанность, как можно скорее, если я не вернусь.

- Но капитан! – Я остановила дальнейшее высказывание пилота. Вынос мозга, это последнее, что мне сейчас нужно. Вместо этого я прошла в каюту, где лежал Берс.

В отличие от Анторы на Sperare не было больших кают, так как он сам был не очень большим кораблем, но зато маневренным и энергетические запасы у него были намного больше.

Прежде чем подойти к односпальной кровати, на которой лежал Семест, и сесть рядом с ним, сменила черную водолазку на китель. В нем я чувствовала себя более защищенно, да и в карманы можно положить полезные вещички.

Поцеловав мужа тихонько прошептала ему на ухо, хотя знала, что он не услышит:

- Прости, я эгоистка. Но я не смогу пережить еще одну смерть любимого человека. – Ресницы Берса задрожали, и он открыл глаза. В нутрии меня, что-то оборвалось. Он не позволит мне совершить задуманное – пронеслась мысль у меня в голове.

– Прости - в последний, раз прошептала я, и выскочила из каюты, закрыв дверь на кодовый замок с той стороны, предварительно вводя программу, чтобы было невозможно открыть из нутрии. Я слышала, как Берс звал меня, а потом дверь сотряслась от удара.

Мы прибыли в точку назначения, корабль противников уже был на месте. Пора было начинать действовать.

- Двери в мою каюту не открывать, пока не отойдете на достаточное расстояние от корабля Греберов. – Проинструктировала команду я, при этом отстегивая от пояса оружие. – Лонд, давай программу. – Хакер протянул мне чип.

- Информация будет поступать на наш компьютер, возможно, займет больше времени, по окончанию уничтожит систему. Вам лучше убраться оттуда до взрыва. – Голубые глаза хакера смотрели на меня и видели смертницу. Так же на меня смотрела и вся команда. В «сердце» стояла гнетущая тишина.

- Что ж, - мой голос прозвучал хрипло, и я прокашлялась. – Держите корабль на прицеле, если появятся другие корабли, уходите. – В полном молчание я ввела координаты вражеского корабля и координаты ближайшей населенной планеты на устройства мгновенного перемещения, и прежде чем активировать первый, спрятала второй в маленький карманчик на манжете кителя, предусмотренный специально для капсул.

- После уничтожения, вражеской системы, я перемещусь на Людойд. Если сигнал не подам в течение суток, - в горле образовался ком, - вам потребуется новый капитан. – И я раздавила устройство мгновенного перемещения, чтобы не видеть взглядов людей, которые понимали, что скорей всего я не вернусь.

Яркая вспышка ослепила меня, а после осталась тошнота, и темные круги перед глазами. Сделав шаг, я чуть не поприветствовала пол корабля, схватившись за приборную панель, переждала головокружение. Придя в себя, я огляделась. Мне определенно повезло, я находилась в «сердце» вражеского корабля, а все присутствующие застыли во времени.

Не теряя больше времени, вставила чип и запустила программу. Установив связь сo Sperare, узнала, что информация поступает. Я уже совсем собиралась покинуть корабль, как время вернулась в привычное русло. Я тут же оказалась окруженная и под прицелом.

- Кто такая?! – Прорычал мужчина, судя по всему, помощник капитана, так как сам капитал с величием смотрел на меня со своего кресла. У меня больше не осталось сомнений, что капитан гребероского корабля близкий родственник ныне покойного убийцы моего дяди. Меня силой принудили встать на колени, но они не могли мне не позволить гордо держать голову, тем самым показывая, что, даже физически находясь в невыгодном положение, я все равно не потеряю своего достоинства.

- Я не собираюсь спрашивать дважды! – К моей голове приставили бластер.

- Я парламентер Моара. – Смотрю прямо на капитана корабля.

- Мы настаивали, чтобы им был капитан Семест, только на этих условиях мы согласны проводить переговоры. – Я попыталась вырваться, но меня тут, же схватили за плечи двое греберов, этим самым не дав шевелиться.

- А я и есть капитан Семест. Аделина Семест. – И видя недоверие, внесла предложение – Можете посмотреть по базе, что у корабля Андоры два капитана и оба с фамилией Семест. Условие выполнено. - Капитан встал с кресла и подошел ко мне, дав знак отпустить меня. Я тут же поднялась с пола. Но прежде чем отойти от меня на достаточное расстояние, проверили наличие оружия. Браслет не привлек их внимание, а другого оружия у меня с собой не было.

- Твое лицо мне знакомо. Как зовут? – От его голоса по коже побежали мурашки, и я вспомнила, кто это. Брод'Арлим – отец убийцы моего дяди. Мне точно не выбраться живой.

- Капитан Брод'Арлим, я вроде уже назвалась, проблемы со слухом? – Главное не показывать свой страх и оставаться спокойной. Капитан крепко схватил меня за подбородок и принялся рассматривать моё лицо, поворачивая из стороны в сторону. От его хватки в будущем появятся синяки, но это самое малое, что меня сейчас заботило, в глазах греберовца проскользнуло узнавание.

- Ты!

- С парламентёрами так не обращаются. – Холодно заметила я.

- Но парламентёры и не взламывают систему! – Зло прошептал мне в лицо помощник капитана, а затем пояснил, чтобы, ни у кого не осталось сомнений: – Она запустила какой-то вирус к нам в систему! Капитан, мы пытаемся его ликвидировать, но пока безуспешно. - Я мысленно порадовалась их неудачам. Молодец Лонд, знает своё дело.

- Ты немедленно остановишь свой вирус, и обещаю, я убью тебя быстро! Для тебя, тварь, эта невиданная щедрость. – Схватил меня за горло Брод'Арлим.

- Если вы намекаете на то, что я убила вашего сына, так это было осуществлено по вашим же законам! – Пытаясь, высвободится от захвата, прошептала я.

- Закон не распространяется на военное время!

- Переговоры, всегда приравниваются к мирному времени. И именно в это время ваш сыночек убил капитана Ольхова. – Первый удар пришелся на лицо, затем удары посыпались по всем жизненно важным органам. Мне еще никогда не было так страшно. Я допускала тот факт, что умру в сражение, от пули, лазера или взрыва, но я даже не могла предположить, что могу умереть от побоев. Сквозь боль я слышала, как Брод'Арлим отдал приказ открыть огонь по Sperare. Слышала, что мой корабль первым сделал выстрел и повредил часть системы. За все неудачи греберовцев отвечала я. Удары становились с каждой минутой все сильнее.

Внезапно все прекратилось. С невероятным усилием встав на колени, и удивившись, что все еще способна шевелиться, сплюнула кровь на сапоги капитана. Руки и ноги дрожали, а тело превратилось в сплошной комок боли.

- Останови вирус и атаку, иначе твоему короблю и экипажу придёт конец! – Прорычал гребер мне на ухо.

- Сами останавливайте, если вам так надо. – Мой голос прозвучал подобно скрипу ржавого железа. За корабль я могла не волноваться, даже если они подзовут подкрепление Sperare маневренней и быстрее любого корабля греберовцев.

...Sperare – на забытом языке моей планеты это означает надежда. Надежда – самое светлое слово в любой войне.

Sperare первый и самый маневренный корабль, который был у военной мощи Ларела. По счастливому жребию он достался моему дяди, после окончания академии, и он полностью его выкупил спустя три года военной службы. Sperare дарил надежду отчаявшимся в космосе на протяжение семи лет. Ведь если и прекращалась война с одной планетой, то непременно начиналась заново с другой. Последние три года для моей планеты являются относительным затишьем.

В этот день Sperare снова подарит надежду воюющим в космосе, и потеряет второго своего капитана…

Боль разрывала мою голову, клоня её к земле. Меня перестали избивать, а принялись изощренно пытать радиационными волнами, вызывая головную боль, которая захватывала всю меня целиком, и становилось единственным, что я чувствовала, видеть и слышать я уже не могла.

- Останови вирус! – Когда греберы поняли суть вируса, попытались удалить систему на своем корабле и перекрыть доступ к другим кораблям. Но видимо Лонд не только скомбинировал две программы, но и добавил функцию «заморозки» системы.

- Немедленно! – Меня ткнули лицом в пульт управления.

- Идите к черту… - Еле проговорила я, наслаждаясь временным перерывом от пыток.

Меня схватили и потащили к какому-то отсеку.

Перед входом, разорвали на груди мне китель. Под ним у меня находился черный костюм с «идеальной» планеты.

- И где интересно ты достала этого паразита?! – Я подняла затуманенные болью глаза на капитана. В них он мог прочитать не понимание. – О господи! Девчонка, на тебе паразитирующий организм, да он поддерживает температуру твоего тела в норме, но за это пожирает годы твоей жизни! Год ношения такого костюмчика и пяти лет жизни, как не бывало! – Интересное открытие, только неактуальное на данный момент. – Но моя естественная доброта поможет тебе избавиться от паразита. В контакте с солью они погибают. Бринт, Колт, принесите раствор соли, три к одному будет вполне достаточно. – Миссионер блин нашелся. Вот вы поверите в добрые намеренья человека, у которого отняли сына? Мне почему-то не вериться. Но тратить силы на возражения я не стала, и так стою на ногах, благодаря, тому, что греберовец держит меня за шкирку.

Бринт и Колт на удивление быстро притащили огромный чан с холодной водой. Облив меня с головы до ног, встряхнули как котенка и с милой улыбкой садиста посоветовали:

- Охладись, милая. – После этого, меня втолкнули в служебный отсек. Не удержавшись на ногах, я упала на пол и осталась там лежать.

Вокруг меня стены были покрыты инеем, и было ужасно холодно в сырой одежде.

В такие отсеки, как этот обычно заходят в герметичном костюме, чтобы не замерзнуть. Мой паразит, согревавший меня, черной жижей стекал вместе с каплями воды на пол, образуя лужу, которая грозила вот-вот замерзнуть, как и я сама.

Чего я жду? Капсула мгновенного перемещения со мной, что мне мешает её раздавить прямо сейчас? Страх, что не переживу перемещение? А есть ли какая-то разница, как умирать? Так я пролежала минут двадцать, и ждала непонятно чего.

Система оповещения об опасности заревела раненным зверем, оповещая, об уничтожение всего корабля через пять… четыре… секунды. Мои губы растянулись в улыбке. Данные переданы, работа завершена. Надавив на кармашек на манжете, раздавила капсулу. Запоздалая мысль скользнула в сознание, что надо было бы проверить координаты прибытия, не дай бог изменилась хоть одна цифра. Оказаться в открытом космосе не входило в мои планы.

Взрыв, уничтоживший корабль прогремел на секунду позже, чем я исчезла с него. Бой был выигран, а со сведеньями не далеко и до победы в войне.

Из кабинета, в каюте капитана туристического лайнера, лился приглушенный свет в спальню. Такая знакомая и родная обстановка и ощущение полной безопасности.

Все происшедшее со мной было сном. Дурным сном. На самом деле, я нахожусь на своем лайнере, курс пролегает на Лизат.

Все бы было отлично, если бы не тело, которое болело так, как будто, по мне проехал каток. Попыталась перевернуться на бок и изо рта вырвался стон. Больно.

Зеленый огонек на двери мигнул, пропуская в каюту подругу.

- Нелли, что со мной?! – Мой голос был хриплым, а пересохший язык царапал горло.

Девушка молча подошла к моей кровати. – Нелли? – Красивое личико координатора искривилось в гримасе ненависти. В её руке, занесенной надо мной, блеснуло лезвие кухонного, разделочного ножа. Кошмар продолжается.

Сложно представить каких сил стоило мне уклониться от удара ножом в грудь. Откатилась к другому краю кровати, я упала на пол.

- Нелли, Нелли, Нели… - Разъяренная девушка гарпией нависла надомной. – Может, поговорим? – Подруга не была настроена на разговоры, ей зачем-то потребовалась моя смерть. И ей бы удалось достичь поставленной цели, если бы дверь повторно не открылась, и в каюту не вошел Роман с бортовым врачом. Правильно оценив ситуацию, новый капитан лайнера (все же не сон) сбил Нелли с ног.

Прижав ее к полу и выбив из рук нож, бывший сокурсник, обратился ко мне:

- Лина, ты как?

- А сам не видишь? – доктор подошел ко мне. – Ей лежать и лежать, а она тут спортом занимается. Напомнить тебе, что у неё все органы отбиты, сотрясение мозга и обморожение?

- Рома, я в порядке, правда. – Моему заверению не поверили, и врач, переложив меня снова на кровать, принялся за медосмотр. Капитан же вывел из каюты Нелли.

- Отдыхайте миссис Ольхова. – Я уже было открыла рот, чтобы возразить, что я уже не Ольхова, а Семест, как поняла, что собираюсь сказать. Упиралась, и не хотела менять фамилию, а сейчас чуть не поправила человека, назвавшего меня моей родной фамилией. Когда же я определюсь с тем, чего я хочу?

Я бы наверняка заснула, если бы нежелание узнать причину, подвигнувшую Нелли напасть на меня.

Бортовой медик наверняка бы меня убил, за мою идею не только нарушить постельный режим, но и присутствовать на допросе, который наверняка уже проводить Роман.

Встав с кровати, и стараясь не сильно стонать от боли, направилась к стулу, на котором лежало мое чистое нижнее бельё и штаны, под стулом стояли мои ботинки. Кителя не было. Если вспомнить, что его разорвали, то становится понятным, почему данная вещь моего гардероба отсутствует. Ну, ничего, можно ведь нагло позаимствовать из гардероба бывшего однокурсника какой-нибудь свитер.

Одевшись, вышла из каюты, и, придерживаясь за стенки, направилась в сторону… так, а в какую сторону мне идти? К счастью Рома, как раз шел за мной.

- Я так и знал, что ты не будешь лежать в постели, даже если будешь находиться при смерти. – Капитан говорил без укора в голосе, но его слова так напоминали мне мои собственные, которые я говорила Берсу. Грустная улыбка посетила мое лицо.

- Ты прав. Веди меня к ней. – Без лишних слов мужчина при обнял меня за плечи и повел в каюту Нелли.

Девушка сидела прикованная наручниками к спинке кровати. Как только я зашла, она одарила меня таким взглядом, что лучше бы мне быть мертвой.

- И так Неллина, зачем ты пыталась убить миссис Ольхову. – Я была не уверена, что Нелли, что-то скажет. Так каково же было мое удивление, когда девушка заговорила, при этом устремив взгляд куда-то вдаль. Позже, Рома объяснил мне, что он напоил её сывороткой правды, что было не вполне законно.

- Все началось еще в университете, она получила последнее место в группе, для подготовки капитанов кораблей, а мне пришлось, идти в группу координаторов, хотя проходной балл у нас был одинаковым! Всем было известно, что её дядя постарался, чтобы любимую племянницу взяли. А потом она предлагает мне работу под СВОИМ началом. Это было как плевок в лицо.

- Зачем же ты согласилась? – Меня очень интересовал этот вопрос.

- Все дело в Поле. Я встретилась с ним в одном из баров, после войны. С первого же взгляда, я поняла, что он тот, кто мне нужен. Естественно, как только я увидела его у тебя на корабле, я согласилась на твое предложение. А он сделал вид, что не узнает меня и собачонкой бегал за тобой, преданно заглядывая в глазки!

- Это все? – Устало спросила я, прислоняясь к стене. Силы постепенно покидали меня.

- Естественно нет. – С долей превосходства ответила бывшая подруга.

- Со временем я простила тебе Поля. Но тут появился морамовец и естественно, все его внимание было направленно не на жалкого координатора, а на капитана, которая пошла на риск, спасая его команду.

Когда ты покинула корабль, я постаралась и установила в твой одиночный корабль энергетическую бомбу. Высосав всю энергию из корабля, она должна была взорваться. Но ты не погибла. Но нет. Спустя полгода ты снова перешла мне дорогу! Свалилась непонятно откуда, во время отправки с Людойда капитану на руки. И последние четыре дня, он только и сидел рядом с твоей кроватью! А ведь Рома мне еще в университете нравился, и ты об этом прекрасно знала. Ты должна быть мертва! Мертва! Мерт… – Дальше слушать не имело смысла. Рома тоже, так думал, поднявшись, он помог мне добраться до моей, извиняюсь уже его каюты.

Когда я снова улеглась в постель, моё любопытство подняло голову вверх.

- Рома, что произошло еще за эти четыре дня? – Капитан, уже собиравшийся выйти из спальни, развернулся и присел на край кровати.

- В мире или на лайнере?

- В мире.

- Создается Альянс, против греберов. Поступила информация, что они собираются захватить всю галактику, объявляя войну планете за планетой и подчиняя их себе. Они завоевали уже около десяти планет. Наша отбилась, планета Моар в состояние войны, ну это ты и так знаешь. – Он на минуту замолчал. – Теперь ты мне будь добра ответь на вопрос. Откуда ты свалилась мне на голову. И я имею в прямом, а не переносном смысле. – Я улыбнулась.

- Опробовала новую разработку наших ученых на практике.

- А больше ты и не скажешь.

- Не скажу. Возможно потом, но не сейчас. – Роман все понял и оставил меня в каюте одну.

На следующий день мы прибыли домой. Рома довез меня до дома, и сдал меня счастливым родителям. Мама не могла нарадоваться, что я жива. Им сообщили, что, достав секретную информацию, я погибла на вражеском корабле. А тут их дочь привозит капитан лайнера. Становиться понятно, почему мамочка влюбилась в Романе и пригласила погостить у нас на даче. Рома пообещал как-нибудь обязательно воспользоваться предложением, а пока дела не отпускают. На этом обещание он покинул нас. А на следующий день он прислал мне цветы, с пожеланием поскорее выздоравливать.

Следующую неделю я приходила в себя, а за это время Альянс разнес греберов. На данный момент греберы стали вымирающим видом, полностью подчиненными Альянсу.

Я очень жалела, что не участвовала в финальной битве, а мама же напротив была этому рада. Меня охватила какая-то апатия. Никого не хотелось видеть, ни с кем не хотелось разговаривать. Подруга предала, все знакомые считают меня мертвой, в финальной битве не участвую, и контракт с Моаром подходит к концу. Возвращаться снова на туристический лайнер? Нет. Я не смогу жить спокойно. Играть роль примерной жены и растить детей тоже не для меня. Кстати насчет примерной жены. За все время, я ни разу не попыталась связаться с Берсом. Он точно знал, благодаря татуировке, что я жива и в безопасности, но рисунок на запястье не мог указать ему место моего назначения. И я не спешила заявлять о себе мужу, хотя уверенна, он волнуется, и как только все утрясётся, он обыщет всю галактику, чтобы найти меня. И найдет. Возможно… не сразу, но найдет… Вот тогда и встретимся…

- Лина… - на веранду где я предавалась размышлениям, зашел Роман. В его руках был огромный букет цветов. – А Берс ни разу не дарил мне цветов – мелькнула в голове шальная мысль. Прогнав её, я фальшиво улыбнулась сокурснику. Его видеть я тоже не хотела, хоть он и спас мне жизнь.

- Аделина, я пришел сюда, чтоб… - Он купился на фальшь, Берс бы не купился.

- Лина, каков будет твой ответ? – Из-за своих мыслей я пропустила вопрос Романа.

- Прости, ты не мог бы повторить вопрос? – мужчина уронил голову на колено, на котором он стоял (так, а почему он стоит на одном колене?!), но потом, протянув мне, букет и посмотрев глаза повторил:

- Лина ты согласна стать моей женой? – Приплыли.

- Ром, я как бы немного замужем.

- Линочка, - терпеть не могу, когда меня так называют – ключевое слово немного. Сейчас мы состоим в Альянсе, а это значит, - что брак, заключенный с твоим капитаном будет действителен только на его планете и негде больше. – Я поднесла правую руку к груди, а левой потерла запястье, где была нанесена татуировка. – Я предлагаю тебе совместное будущие.

- Полигамия меня не устраивает. – Слишком резко, чем хотелось, ответила я.

- Понятно. – Положив цветы на стол рядом со мной, он развернулся и пошел на выход, но остановившись в дверях спросил: - Любишь? – Мой ответ вырвался быстрее, чем я подумала:

- Да!

- Тогда вам нужно будет пожениться по правилам альянса. Ах, да, чуть не забыл. – Несостоявшийся жених достал из кармана конверт и передал его мне. – Тебя награждают «Высшим» орденом за заслуги перед Альянсом. – Ты будешь первым человеком, кто его получит лично. – И он ушел, больше не оборачиваясь.

Открыв конверт, быстро пробежала глазами приглашение, адресованное моим родителям. Меня действительно награждали «Высшим» ордером. Ордером, который дают посмертно…

Мое появление на церемонии было весьма эффектно. Естественно, человек, которого наградили посмертно пришел за наградой. А ведь все присутствующие были твердо уверенны, что я мертва, иначе наградили бы другим ордером.

Но самое интересное заключалось в том, что носитель такого высокого ордера, не имеют права отстранять от военной службы, если он не выходит на пенсию. Отсюда следует, вручив мне, ордер меня восстановили на службе. МЕНЯ ВЕРНУЛИ НА МОЮ ЛЮБИМУЮ РАБОТУ!!!

Апатия прошлых дней прошла, в глазах снова появился азартный огонек к жизни, а за спиной выросли крылья. И на этих крыльях я полетела к мужу. Ну ладно полетела на одноместном корабле, предварительно достав и обезвредив энергетическую бомбу (Нелли, надеюсь тебе комфортно в тюрьме).

Четыре дня пути, и я на планете. Как жена наследника, без проблем получила разрешение на приземление и как раз вовремя. Через три платформы от меня готовился к отлету Антора. Его капитан стоял на пирсе и прощался с братом. Подойдя поближе (охрана пропустила к венценосным особам без проблем), услышала вопрос моего шурина:

- Полетишь искать свою зазнобу? – Я не дала ответить Берсу, сама включившись в разговор.

- Зазноба сама себя нашла. – Братья повернулись ко мне.

- Не буду вам мешать. – Правитель быстро ретиревал в сторону, оставив нас с Берсом наедине.

Мы долго стояли и рассматривали друг друга, не произнеся ни слова. Вокруг кипела жизнь, а мы застыли двумя статуями. Я смотрела на усталые черты лица супруга, на ниточки седины в его темных волосах, на его потухшие глаза, в которые с каждой секундой возвращалась жизнь.

- Когда ты успел поседеть? – Наконец нарушала я молчание.

- Когда татуировка на запястье горела огнем, а я сидел запертый в каюте и боялся, что она исчезнет насовсем.

- Капитан Семест… - Позвал с трапа Марш.

- Да? – Одновременно спросила я с Берсом, а пилот предпочел отступить обратно на корабль. Я грустно усмехнулась.

- Наш брак действителен только на Моаре.

- Я знаю… - Был ответ Семеста, и снова наступила тишина. Я ждала четыре слова, а они не прозвучали, и я ушла к своему кораблю, а через минуту взлетела. В иллюминатор я видела, что Берса нет на пристани, и от этого стало грустно. Он обещал меня отпустить и отпустил. Морамовцы всегда держат свое слово.

Перед выходом в гипер-прыжок на бортовой компьютер пришло сообщение, отправленное с Анторы. Оно гласило: «Выходи за меня замуж». Это послужило рычагом, чтобы развернуть корабль.

Я с детства мечтала стать капитаном своего корабля. Летать в космосе, участвовать в войнах и быть героем. Но тогда я даже не предполагала, какой ценой достанется мне моя мечта.

Война шла уже второй год, а мне было 23 года, я только что закончила обучение на капитана корабля и вопреки протестам мамы, дядя (со стороны папы, который был не против моей военной карьеры) взял меня к себе на корабль помощником капитана. Военные действия после моего назначения продлились не долго. Через месяц в сражение погиб дядя, и я заняла его место. Мне потом долго еще снилось лицо убийцы дяди, ведь убийство произошло на моих глазах. Его застрелили буквально в упор во время штурма. Только потребность отступать сохранили мне тогда жизнь. Душа требовала убить, того, кто лишил жизни любимого дяди. Но потребность сохранить жизни экипажа корабля были превыше моих желании. Ни что не скажешь, стремительная карьера, построенная на боли утраты и потери. Детская мечта стать капитаном космического корабля не принесла той радости, которая предвкушалась. Было очень трудно управлять командой, которая вдвое старше тебя и смотрит свысока, выполняя команды, словно делая одолжение. Я не пользовалась их уважением. Только устав и помогал мне держать власть на корабле в своих руках.

Спустя два месяца моей работы в качестве капитана, воюющие стороны приняли решение о подписания мира. Командующие двух армий собрались на нейтральном корабле для подписания договора. Я была в числе свидетелей. Официальность, помпезность, прямая трансляция на обе планеты и мужчина чуть позади командующего вражеской армией. Я бы наверно даже не обратила бы на него внимания, если бы не его лицо, которое снилось мне в кошмарах. Именно он убил дядю. Я даже не заметила, как в моей руке очутился пистолет. Один удар сердца и мужчина падает замертво. На корабле воцаряется тишина лишь на мгновение, в потом словно залетает той диких пчел. Все начинают говорить, кричать, а меня берут в кольцо стража двух планет.

- Я отказываюсь подписывать договор! Война продолжается! - это кричит командующий вражеской армии.

- Капитан Ольхова, потрудитесь объяснить свое поведение! - Ко мне подходит командующий нашей армии.

- Какого черта, вы срываете подписание договора!? - И мир вокруг меня шумит и всем надо объяснений, извинений, и моей крови.

- Это мой сын! А эта сучка его убила! По нашим обычаям я имею право ее убить!

- Смерть девке!

Самое смешное, что оружие у меня никто даже не подумал отобрать, ну я этим и воспользовалась, выстрелив в воздух. После второго выстрела на подписание мирного договора снова воцарилась тишина. И снова никто не подумал отобрать у меня оружие.

- Вы требуете моей крови, - мой голос прокатился по кораблю, нарушая тишину, - в соответствии с вашими традициями. - Согласный гул был мне ответом. Чтобы восстановить тишину, снова пришлось выстрелить в воздух.

- Я еще не закончила! Так вот, по этому обычаю, я имела право на это убийство. Убийство следует расценивать как право кровной мести. А сейчас, я настаиваю, чтобы вы подписали договор. - И мило улыбнуться. Все!

Спустя часа два, проведенных в спорах, договор был подписан. И я вернулась на корабль. Перед тем, как взлететь командующий решил почтить меня своим присутствием.

- Капитан Ольхова, надеюсь, вы понимаете, что ваша выходка вам там просто не пройдет…

- Да, командующий Рейход.

- И даже не с нашей стороны. Просто чудо, что они не обратили внимания на то, что время было военное. Если Брод’Арлим будет мстить, это будет законно. Вы убили его, когда договор был еще не подписан. Лично я бы не надеялся, что ваша жизнь все еще ваша. - И он ушел. И уже минут через пять я отдала приказ лететь домой.

***

- Капитан, мы готовы к отправке. - Я кивнула и подошла к окну. В космопорту толпился народ, провожая родных и близких на курортную планету. Отвернувшись от окна, я прошла вглубь каюты. На экране ноута вспыхнуло новое письмо от мамы: "Удачного рейса". Простые два слова способные вызвать улыбку.

Нельзя выразить мою благодарность родителям за помощь в приобретение туристического четырех палубного корабля. Моего корабля. Уже два года он исправно приносит доход, а затраты на него окупились в первые месяцы работы.

Захлопнув крышку ноута, вышла из каюты. Пора обратиться к пассажирам собравшихся в актовом зале. По коридорам корабль бегали маленькие дети, вальяжно шествовали представители сливок общества, старались как можно быстрее преодолеть коридор вечно спешащие, даже на отдыхе, бизнесмены, неспешно шли простые люди - рабочие. И вся эта живая марта из людей направлялась в актовый зал. По пути здороваясь с важными людьми и отдавая приказы подчиненным ядов до актового зала. Приняв микрофон из рук организатора досуга пассажиров, я отошла в сторону, прикрепляя его на край кителя.

- Аделина, - ко мне подошла Нелли, единственная подруга и координатор на этом корабле. - В созвездии Роксан, объявили военное положение, если лететь через него большая вероятность попасть под обстрел, а в обход время полета увеличиться на неделю. - Я прикусила губу, раздумывая как быть. Пассажиры не одобрят удлинение времени, но и рисковать не хочется.

- Пусть усиливают щиты, курс менять не будем. Постараемся проскочить. - Я не люблю полагаться на волю случая, но, если другого выбора нет. Думаю, можно рискнуть.

- ... Капитан корабля Ольхова Аделина. – Объявила организатор досуга и мне пришлось оставить Нелли. Бросив взгляд на подругу, я включила микрофон и вышла на сцену.

- Добрый день дамы и господа, я рада приветствовать вас на борту туристического корабля. Наш путь лежит на курортную планету Лизат. Время в пути одна неделя, надеюсь, комфортные условия на борту, а также аниматоры помогут украсить ваш путь. Желаю приятного время проведения. - Улыбнувшись, сошла со сцены и выключила микрофон. Все с официальной частью покончено. Пора заниматься более интересными и важными делами. Проконтролировать усиление щитов. Скорректировать полет, а пока самое интересное и любимое мной дело - замена одного из пилотов. Губы растянулись в искренней улыбке от предвкушения нового полета.

Полет проходил без происшествий и на исходе третьего дня мы подлетали к созвездию Роксан. Предупрежденные заранее пассажиры об опасном пути полета, сидели в своих каютах. Конечно не все, были такие индивиды, которые считали, что просьба не выходить из каюты к ним не относиться. А случись, что винить будут меня.

 На этом отрезке пути я сама села за штурвал. Главной задачей было преодолеть созвездие быстро и без потерь.

- Включить голограмму на борту корабля с обозначением нейтралитета, поднять щиты. - Отдавала команды при этом зорко следя за обстановкой на пути следования. Щиты должны выдержать шальной удар, но вдруг решат, что это корабля противника. Обстрела корабль не выдержит, ведь он не военный. Я не смогла сдержать грустный вздох, команда с подозрением посмотрела на меня. После того инцидента на подписание мира меня предложили в мягкой форме оставить военную службу, намекая, что в мое решение не имеет значение. Но раз, попробовав полет, сложно вернуться на землю. Спасибо родителям, подсказавшим решение и помогшим в приобретение корабля. Так вот, чтобы защитить корабль от прямого обстрела существует голограмма, на которой указана планета и нейтралитет в данной войне.

Судя по обстановке за бортом удача нам сопутствовала, активные военные действия прошли, остались лишь разбитые корабли. Не страшен сам бой, страшны последствия боя. Корабли дрейфовали, разорванные и смятые противником.

- Капитан, по правому борту на корабле есть живые люди, они подают сигнал о помощи. Прикажете начать соединении с потерпевшим кораблем? - Ко мне подошел первый пилот, место которого я заняла. Его звали Поль, с ним я познакомилась еще при жизни дяди. После его смерти, Поль решил стать моей каменной стеной. На семь лет меня старше, надежный и преданный, он не раз видел мои слезы и поддерживал, не позволял, чтобы мою слабость увидел кто-то другой. Узнав, что я ищу пилота он ушел с военной службы и стал моим первым пилотом и снова опорой и поддержкой. Я ему была за это благодарна. Если родители и дядя обеспечили мне достойный старт, то Поль помог не потерять высоту. Он знал меня как никто другой. И его вопрос сейчас был скорее утверждением.

- Зачем? Это не наша война. Мы нейтральная сторона. - Я еще не говорила, что, имея прекрасного первого пилота, второй достался, мягко говоря, не совсем похожий на подарок. Нет, в качестве пилота он меня полностью устраивал, если бы дело было не так, долго бы он не проработал, а так работает практически с самого начала. Нет, дело в другом. Как человек, сам по себе он был не возможным. Склочный нелюдимый характер, и полное презрение к тем, кто хоть чуть-чуть хуже его. Вот и сейчас он не понимал, что значит для людей, которые потеряли надежду на спасение увидеть корабль, который может помочь. Это чудо, которое будет слишком жестоко отнять. Я прекрасно понимаю тех людей, которые увидели чудо и снова встретились с надеждой на спасение.

- Выполняйте. - Отдала я приказ.

- Но, почему? У нас Греберами подписан мирный договор, а не с Мерамовцами. Зачем портить отношения с союзниками? - Я бросила злой взгляд на пилота.

- Начать слияние.

Созвездие Роксан было позади, жизни спасенных людей благодаря искусству бортового врача были в неопасности. Непредвиденных пассажиров разместили по каютам команды. Удивительно, как быстро они нашли общий язык с командой. Вроде только два часа назад они, пошатываясь, входили из медпункта, а уже травят байки про свои приключения, и вроде я видела бутылку с чем-то явно спиртным. Я не одобряла спиртное во время полетов, и члены команды знали, что тот, кто находится на коробке в алкогольном опьянении, тот покинет корабль раз и навсегда. Надеюсь пить если и будут, то только потерпевшие, не хочется расставаться с кем-то из членов состава. Хороших служащих трудно найти.

С такими мыслями я зашла в приемную медпункта. Там дожидалась меня Нелли. Девушка сидела на краешке кушетки и смотрела на спящего раненого. У мужчины была перебинтована полностью голова. Это наверно первый из тяжелораненых. Увидев меня, подруга встала.

- Лина, Прокофьев борется за жизнь второго, он хочет после оставить его у себя. - Я кивнула, а координатор и моя помощница в одном лице продолжила докладывать: - Все каюты мужской части экипажа заняты, - кивок головой в сторону больного, - его не где разместить, если только в каюту к девушке.

- Нет.

- Ты думаешь, он в таком состояние сможет... - Со смехом в голосе спросила подруга. Я предпочла пропустить ее вопрос мимо ушей

- Пусть перенесут его ко мне в каюту. - И я направилась выйти из приемной. И уже у двери решила объяснить свое решение: - У меня две комнаты, когда у остальных по одной. - Я вышла уже не увидела реакцию подруги на мое решение.

……………………………………………………………………………………………………

Я очнулся в незнакомой каюте. Голову разрывала боль изнутри. Воспоминания последних часов прорвавшейся плотиной хлынули в голову, заставляя заново переживать весь ужас.

Нас разбили как котят, уничтожили почти всю группу. Умирая на корабле, на чистом упрямстве, не позволяя сознанию покинуть меня, отправил сигнал sos туристическому лайнеру, непонятно как оказавшийся в зоне военных действий. Видимо капитан данного судна либо уверен в полной защищенности судна, либо полный идиот.

Как только я увидел аншлаги на борту, понял, что помощи можно не ждать. Ларелы не могут помочь, в виду подписанного мирного договора с Греберами. Помощь могут расценить как разрыв договора. Чуда не будет…

Но все-таки странно. Почему капитан нейтрального корабля решил помочь? Каковы его мотивы?

Встав с кровати, я осмотрел каюту. Возле кровати на тумбочки, лежала книга. Не электронная, а печатная. Большая редкость в наше время. Рядом с книгой лежала половина плитки шоколадки. Похоже, хозяин комнаты любит почитать перед сном, при этом жуя шоколад. Хмыкнув, я продолжил осмотр. Шкаф с одеждой, на ручке которого висит белый махровый халат, полки с книгами, и опять печатными, видимо хозяин комнаты возит с собой персональную библиотеку, дверь, ведущая в ванную, а на стенах комнаты висели рамки с фотографиями.

Зайдя в ванную, я включил свет. Принять душ хотелось со страшной силой, только перемотанная бинтами голова и грудная клетка остановили меня от этого занятия. Подойдя к раковине, я заглянул в зеркало. Из кокона бинтов на меня сквозь две дырочки смотрело мое отражение. Переведя взгляд на полочку, я подивился количеству баночек с кремом, косметики и флакончиков духов. По-видимому, комната принадлежит женщине. Выйдя из ванны, мое внимание привлекли фотографии на стене. На одной из них была изображена чета, судя по всему, родители хозяйки комнаты. Со второй фотографии улыбался мужчина лет тридцати в форме военного капитана на фоне корабля. Краешек его фотографии был перевязан черной лентой. Тяжело терять близких. Интересно кем приходился капитан хозяйке каюты?

Прошел к другой двери и вышел из каюты. Как оказалось, каюта была двухкомнатная. Второе помещение оказалось кабинетом. Письменный стол с выдвижным стулом. На столе лежит ноут и планшет, рядом табличка. Приподняв ее прочитал: "Капитан Ольхова Аделина". Все-таки капитан. Еще в кабинете под иллюминатором стояло кресло и черный, кожаный диван около стенки. На кресле аккуратной стопочкой лежало постельное белье, рыжий плед и подушка. Видимо я вытеснил капитана из ее спальни в кабинет. Интересно, кто из наших шепнул ей, что я капитан и руководитель разбитой армии? По-другому я не могу объяснить столь великой жертвы, как пустить в капитанскую каюту мою персону.

На электронном замке на двери загорелся зеленый огонек.

- Я уверяю вас, - молодая девушка в форме капитана открыла дверь и зашла в каюту, но еще не заметила меня, ее внимание занимал парламентер Гриберов, я сразу это понял по форме. В отличие от нашей планеты, у всех других, служащие ходили в форме, по которой их можно было опознать.

- На борту только отдыхающие и члены экипажа. - Девушка держалась уверенно и властно, несмотря на то, что врет. За спиной парламентера, подовая мимикой знаки капитану, стоял первый пилот.

- А это тогда кто? - поинтересовался гибер. - Девушка обернулась и бросила быстрый взгляд на меня, тут же развернулась к собеседнику.

- Мой жених. - Не моргнув глазом соврала капитан. - Он, как и механик, которого вы видели в медпункте, пострадал от технического взрыва. – Улыбнувшись, я подошел к девушке и обнял ее за талию.

- Солнышко, есть какие-то проблемы? - Ласково прошептал я ей на ушко, но так, чтобы было всем слышно. Пилот сжал кулаки, и поджал губы. Похоже, кто-то влюблен в своего капитана. Девушка развернулась и с улыбкой, и влюбленным взглядом, таким, что я и сам засомневался, а нет ли у меня невесты, ответила:

- Не беспокойся, все хорошо. - И перевела взгляд на посетителя: - Чем еще могу помочь? - В ее голосе не осталось и капли теплоты.

- Думаю это все. - Парламентер скривился в ухмылке. - Провожать вам лично меня не надо.

Я остался в каюте с капитаном корабля, все еще обнимая ее, когда закрылась дверь. Девушка скинула мои руки с талии и оттолкнула. В ее взгляде не было той влюбленности и обожания.

- Рада, что вам лучше. Доктор осмотрит вас утром. - И не произнеся больше ни слова, отправилась в душ.

……………………………………………………………………………………………………

Когда я вышла из ванной, Мерамовца не было в каюте. На столе сняла горячая кружка безалкогольного глинтвейна. Как всегда, усердные служащие кухни позаботились о моем комфорте. Постелив себе на диване и прихватив кружку и бук, залезла под плед. Любимая работа, теплый плед и глинтвейн привели меня в хорошее расположение духа. И не удивительно, что, когда пришел Мерамовец в сопровождение Нелли я тепло им улыбнулась.

Подруга, подмигнув, ушла к себе, а мой временный сожитель сел в кресло и уставился на меня. Молчание затягивалось. Нарушать его я не собиралась. Гость тоже. Подумав, я вернулась к работе.

Я чувствовала, как меня рассматривают, наблюдают за мной, но не подавала ни каких признаков неприязни. - Аделина, зачем вы приняли вызов по спасению? - Я оторвалась от бука: - Для вас я капитан Ольхова. - Поправила я собеседника. - А вы до сих пор не представились.

- Прошу прощения. Я Берс Семест. И мне невероятно сложно обращаться к такой симпатичной девушке по званию. - Мужчина улыбнулся, надеюсь, что от комплимента я растаю. Не вышло.

- И все-таки я настаиваю.

 - Комплименты на вас не действуют? - Мужчина встал из кресла и подошел ко мне. Я подняла голову и встретилась с его взглядом.

-Нет.

-Разве вы не девушка? - Его глаза сверкали хищным блеском. От его ответа воздух застрял в груди от возмущения. Фыркнув, и попытавшись скрыть улыбку ответила:

- На данном корабле я в первую очередь Капитан.

- Как вам будет угодно, капитан. - Последние слово Берс выделил интонацией. - Так почему вы пришли на помощь? - Я не спешила отвечать. Выключила ноут, отставила его в сторону, расправила складки на пледе. Я тянула время, обдумывая ответ.

- Какое у вас звание? - наконец спросила я, в неудачной попытке сменить тему.

- А это имеет значение? - Я даже не заметила, как Семест уселся на краешек диван, и теперь нас разделяла только ткань пледа. Я чувства жар его тела. В груди росло возмущение, но что-то не давало ему вырваться наружу.

- В принципе нет. Считайте это таким же любопытством, как и у вас. - Отведя взгляд, и посмотрев в иллюминатор, я продолжила: - Когда человек умирает не своей смертью, шанс на спасение подобен чуду...

- И какова цена вашего чуда? - перебил меня Берс - Что вам нужно от Мерамовцев, что вы рискнули перейти дорогу Греберам?

- Им дорогу я перешла уже давно и поплатилась за это военной карьерой. Собеседник не мог отметить горечи, прозвучавшей в моем голосе. - Приятно сделать им гадость, а их противникам радость. - Мои губы растянулись в ухмылке. Столкнув с дивана мерама, я встала и прошла к рабочему столу. Положив на него ноут, обернулась к слушателю.

- Если бы не война с Герберами я бы все еще была помощником капитана на военном флоте. Но и мой дядя бы был жив. Думаете так приятно, когда детская мечта исполняется через смерть близкого для вас человека? - Я не знаю, что заставило меня рассказывать все это незнакомому человеку, наверно в нем было что-то такое, что заставляло ему верить.

- Вы заняли место командующего взамен дяди? - Я кивнула.

- А потом? - Любопытный и безжалостный, ведь видит, как мне больно рассказывать об этом. Но я ему расскажу, кратко, но расскажу. Почему-то мне важно чтобы он знал это. Что-то внутри меня стремилось, ему доверится.

- Потом на подписании мира, убила убийцу моего дяди, и меня поперли с военной службы. - Одним глотком я допила глинтвейн и поставила пустую кружку на стол. Рассказала. А он все так же сидит на диване и смотрит на меня. - Пора спать. Завтра прилетаем на Ирен. Там вы со своими товарищами покинете мой корабль. - Хотя я не хочу, чтобы вы ушли... Чуть не сказала я. Господи! Что со мной! Почему с каждой минутой его пребывания на моем корабле у меня укрепляется желание не отпускать его никогда и ни куда. Мой сожитель, не подозревая о моих душевных терзаниях, молча удалился в мою спальню и вскоре заснул, а я еще долго не могла уснуть. Прошлое снова начало приносить боль. Но не только оно беспокоило меня. Как оказалось, будущее тоже может приносить если не боль, то намек на нее. Берс Семест, что ты сделал со мной, что я не хочу отпускать тебя?

И только под утро я сумела заснуть. И во сне ко мне пришел он. Тот человек, который мне снился на протяжении всей моей жизни, каждую ночь из-за дня в день. Мне говорили, что это моя вторая половинка, вторая часть моей души, рвется быть со мной, но в физическом мире мы еще не встретились, поэтому он приходит во сне. Я не верила в это, но каждый раз засыпая, я, была рада предстоящей встречи.

На Ирене есть возле порта один ресторанчик. Его терраса возвышается над крутым обрывом, который заканчивается морем. В этом ресторанчике я любила сидеть за столиком у самого края обрыва. Вот и сейчас, зайдя на террасу, я сразу же направилась за "свои" столик.

Ведя свой личный код, постоянного клиента получила доступ к сенсорному меню. В верхней части были изображены блюда и напитки, которые я постоянно заказываю, в средней - новинки, а в самом низу все остальное меню. Подумав долю секунды, я нажала на картинку с изображением коктейля из свежевыжатого сока грейпфрута и черники, так же я выбрала малиновый чизкейк. Столешница загорелась красным, оповещая, что заказ сделан.

В ожидание заказа, я повернулась к морю. В моей голове роем диких пчел гудели мысли. Как так получилось, что, человек, которого я знаю ровно три дня, два из которых он провалялся без сознания, сумел, закрепится у меня в душе. Расставшись с ним четыре часа назад, я уже успела, по нему соскучится, так как не скучала по родителям. Бред.

- Не занято? - Я повернулась и невольно улыбнулась, как всегда бывало при виде Поля.

- Для тебя всегда свободно. - Первый пилот выдвинул стул, и ввел свои код.

- Сумасшедший вышел полет. - Все еще прибывая в своих мыслях, я неопределенно кивнула, встречая взглядом официанта с моим заказом.

- Пошли сегодня в "Путь"? - Неожиданно предложил Поль. Ну, неожиданно было скорей всего только для меня. Судя по его виду, он долго обдумывал этот вопрос. - Лина, сколько я тебя знаю, ты все время работаешь, потом у тебя случается нервный срыв от перенапряжения, а после ты снова работаешь. - Начал убеждать меня Поль. Зря в принципе, сегодня я сама была бы не против отвлечься от работы и своих мыслей. - Давай сегодня вечером у тебя будет выходной?

- Давай. – Похоже, друг не ожидал быстрой победы и немного растерялся. Улыбнувшись, я встала из-за стола, наслаждаясь эффектом растерянного Поля.

- Через час у входа в "Путь". - И поспешила назад к кораблю.

Без пяти девять я подошла к ночному клубу "Путь". Этот ночной клуб был в основном для экипажа космических кораблей. И его филиалы существовали на каждой планете. В нем можно было расслабиться после полета, завести нужные знакомство или найти работу. Я пару раз была в этом клубе по работе, но никогда просто так.

У входа я заметила Поля, нервно сжимающего букет из белых роз, и поспешила к нему. Мужчина равнодушно скользнул по мне взглядом и отвернулся. На миг. Его глаза расширились в удивлении. Это был первый раз за все время нашего знакомства, когда я была одета не в форму и не в строгий костюм, как обычно, а в легкий белый сарафан и босоножки на каблучке взамен ботинок и сапог. Волосы, обычно убранные наверх, были распущенны.

- Аделина...

- Да. - Поль неотрывно смотрел на меня. - Сильно изменилась? - Я покружилась перед мужчиной. Мне нравилось восхищение в его глазах.

- Да. - Он протянул мне букет. Нежный запах роз вызвал улыбку. Но заставил уточнить один момент.

- Поль, мы ведь просто друзья и это не свидание? - Хотела просто уточнить, а получился вопрос с надеждой на отрицательный ответ, и это не укрылось от мужчины.

- Конечно. - Ответил он и предложил мне локоть. Но его глаза говорили обратное. Это немного подпортило настроение. Но я смогла переступить через это, оставить все недомолвки и неловкость на потом.

Внутри клуба играла музыка, и было полно народу. Пройдя мимо барной стойки, Поль повел меня к свободному столику рядом с танцполом. Введя код доступа, друг выдвинул для меня стул. Улыбнувшись ему, я села. Сев напротив меня, пилот завел непринужденный разговор. А спустя полчаса предложил потанцевать.

В этот вечер мне было так хорошо, как не было уже давно. Я танцевала, шутила и просто наслаждалась обществом дорогого мне человека и просто была счастлива.

- Капитан Ольхова? - недоверчиво спросил мужской голос. Я повернулась и увидела подошедших трех мерамовцев, которых мы спасли.

- Чем могу помочь? - Беззаботная девушка, во мне открывшаяся в этот вечер сменилась на делового капитана, пусть и немного пьяного.

- Капитан Ольхова, наш капитан предлагает вам работать на нашем корабле. - Похоже, я сегодня напилась в зюзю, не могут ведь люди с таким серьезным выражением лица нести такую чушь. Наверно я так и сидела бы, глупо хлопая глазами, если бы в разговор не ввязался Поль.

- Кем? - Он был, так же, как и я удивлен таким предложением.

- Вторым капитаном взамен умершего. - И видя мое ну "очень" умное выражение лица мужчина продолжил: - Вам ведь не хватает военных действий. Не пора ли вам работать по профессии? - Его слова заставили меня задуматься над предложением. Мне действительно не хватало военных действий. И я смогу снова увидеть Берса. Сердце застучало быстрее. Это точно помешательство. Надо избавляться от этого психического расстройства. Хотя…

Я уже открыла рот, чтобы дать ответ, но меня перебили:

- Даже не думай. - Я посмотрела на Поля. Мужчина зло смотрел на мерамовцев. Была бы его воля тут бы уже лежали три трупа.

- Я согласна. - Говорила про три трупа? Ошиблась, мой труп был бы четвертым.

- Лина, не сходи с ума! Капитаны у них в основном связанны родственными узами: братья, отец и сын, редко брат и сестра, так же редко муж и жена! Ответь мне Аделина, ты так хочешь замуж?! - Этого я не знала. И замуж уж я точно не хотела. Но и сидеть на месте я тоже не желала.

- Уверяю, вас, чтобы стать капитаном не обязательны родственные узы. - Я перевела взгляд на марама. Чувствую себя героиней комедии. Все слишком абсурдно чтобы быть правдой, но и слишком заманчиво.

- Точно выходить замуж не потребуется? - парламентеры активно закивали. И я решила рискнуть. Наверно это алкоголь в крови помог принять решение, и следующее мои слова звучали так: - Принесите договор к рассмотрению.

- Аделина... - простонал Поль, уже понимая, что с намеченного курса меня не свернуть.

Мужчины заулыбались. Легкий признак подвоха царапнул душу, но я поспешно его отогнала.

- Прошу за мной, капитан Ольхова. - мараморец подал мне руку. - Наш капитан ждет вас в закрытой части клуба. - Подав руку, я встала из-за стола.

Закрытая часть клуба находилась на втором этаже, музыка с танцпола туда не проникала благодаря звукоизоляции. Это помещение использовали для подписания договоров и важных встреч. Свет в комнате был притушен и лицо сидевшего в одном из кресел, стоявших полукругом, мужчины невозможно было разглядеть. Только белая полоса бинтов, перевязывающая голову, указывала на личность марама. В голову были ранены только двое, один из которых, умер на операционном столе моего бортового врача, а другой был Берс. Сердце ускорило бег, а на душе стало так легко и спокойно. Самое интересное, я была не удивлена его званию. Слишком много вопросов для обычного рядового он задавал. Слишком командный голос.

Я заняла кресло напротив капитана. Рядом со мной сел Поль, взглядом сообщая мне, что он обо мне думает, и этим же взглядом "убивал" Берса. Ну и фиг с ним.

- Приятно снова видеть вас. - Взял слово Берс. А на кофейный столик приземлился планшет с условиями договора. Оперативно развиваются события. Хотя, зачем тянуть кота за хвост. Планшет перекочевал ко мне в руки. Первый пилот придвинулся ко мне, чтобы лучше видеть условия договора. Как будто это он на новую работу устраивается, а не я.

Внимательно прочитав каждый пункт, и не найдя там ничего не приемлемого для себя, я потянулась за стилусом, чтобы поставить свою подпись.

- Аделина, - прервал тишину в комнате Поль. - А как же лайнер? Как же твоя мечта? Ты так просто можешь отказаться от мечты ставшей реальностью? - Я покачала головой. Но подписание договора отложила.

- Я переношу дату вступления в должность на десять дней. У меня остались незаконченные дела. - И тут же исправила дату, даже не думая, что могут быть возражения. Их и не последовало, только внимательный и изучающий взгляд капитана.

- И, Поль, моя мечта быть капитаном военного корабля, а не туристического лайнера. - И не отвлекаясь больше ни на что, и ни на кого поставила свою подпись.

- Добро пожаловать в команду. - Берс протянул руку, которую я пожала. – Надеюсь, сработаемся. - Он улыбнулся, и я снова почувствовала какой-то подвох. Но не успела я проанализировать свои ощущения, как из холодильника, стоявшего в углу, были извлечены две бутылки вина, коньяк и.... Хм, я даже не знаю, как это называется, крепче водки, но точно не спирт в чистом виде. Вроде этот напиток очень популярен на одной из планет созвездия Дброд.

- Как говорится, за успешное и плодотворное сотрудничество! - Мерамовец, который привел меня сюда, передал мне бокал с белым вином. - Я Марш, и я один из пилотов на вашей части корабля. - Между тем в зал зашли две девушки официантки, и поставили на столик мясную нарезку, сырную и тарелку фруктов, половину из которых я никогда не ела.

- Что значит половина корабля? - Спросила я, отщипывая от кисти сочные ягоды винограда и отправляя их в рот вместе с ломтиком сыра.

- Корабль состоит как бы из двух кораблей, при надобности их можно разъединить. На одном остаётся первая команда со своим капитаном, на втором - вторая, тоже с капитаном. - Пояснил Берс, неотрывно смотря на меня.

- Капитан Семест, вы хотите, чтобы я была похожа на решето? - глаза капитана округлились в немом вопросе. - Вы так упорно сверлите меня взглядом, что на ум приходит только два варианта: либо у меня что-то не в порядке, но благодаря отражению в зеркале около выхода я понимаю, что это не так, либо, вам нравиться, чтобы ваши напарники были в крупную дырочку. - Спрятав улыбку в бокале с вином, я посмотрела на Берса. Тот встретил мой взгляд и через минуту отвел его.

- Вы очень красивы, Аделина... простите, капитан Ольхова. Вас трудно было узнать без формы и не в пижаме. - Я подавилась вином и закашлялась. Горячая рука Поля легла мне на спину, тихонько постукивая. А Берс смотрел на все это и улыбался.

Откашлявшись, я навалилась на плече Поля.

- Это очень необычный комплимент. - Выдавила из себя я. А друг продолжил:

- Впредь я попрошу воздержаться от таких комплиментов. Возможно, на Вашей планете они и приняты, но на Нашей такой комплимент можно причислить к оскорблению. Тем более, если этот комплимент получен, от мало знакомого человека. - Я успокаивающе погладила Поля по руке. Но это не помогло.

- Зачем вам Аделина? Что на вашей планете совсем нет специалистов? Деградируете! - Друг вскочил с кресла и, обойдя столик, нависал над Семестом. Капитан же сидел спокойно и так же спокойно произнес:

- Капитан, который не только прекрасный профессионал, но и знает цену жизни стоит того, чтобы его переманить на свою сторону. А то, что она согласилась, это уже недостатки вашей планеты, что не можете удержать сотрудников.

- Конечно, если поманить ребенка новыми игрушками, он пойдет играть новыми, позабыв про старые! - Орал мой друг. И я начинала понимать, почему, он был со мой все это годы. Как же можно оставить маленького ребенка без присмотра!

А я - то думала, он видит во мне равную личность, а оказывается... - Если она что-то захочет, она пойдет к своей цели, не взирая на потери. Захочет отомстить, будет действовать спонтанно, и не думая о последствиях. Пойдет на поводу у своих эмоций, наплевав на приказы и правила! - Чернил меня друг в глазах теперь уже напарника. Отрицать его слова полностью не имело смысла, ведь он был в чем-то прав. Но как же было неприятно! Усилием воли, удержав слезы, протянула руку за стаканом более крепкого спиртного. Сделав глоток, я почувствовала, как во рту вспыхнул пожар, затем, скорей всего благодаря мяте, я почувствовала приятную прохладу, а затем осталось сладкое послевкусие. Интересный вкус. Заметив мой интерес к новому напитку, Марш, подлил мне в стакан еще.

- ... Но если судить о ней как о человеке, то тут полная пустыня эмоций. Слепая, глухая, эгоистичная, - Поль перешел на крик, а его собеседник сидел с равнодушным лицом, так как будто он слушай прогноз погоды, той местности, куда он не собирается даже лететь. – Не замечет чужих чувств, а если и замечает, предпочитает игнорировать, ведь она не умеет чувствовать ничего кроме мести!

- Хватит! – Я не выдержала и вскочила на ноги. Меня немного пошатнуло в сторону, но я устояла. Такого предательства от друга я не ожидала.

- Клериас Поль, покиньте помещение. - Уже спокойно приказала я.

- Аделина... - С болью в голосе и растеряв весь свои пыл, произнес бывший друг.

- Я жду. - Голос звучал жестко и властно. И он подчинился. Как только за пилотом закрылась дверь, я посмотрела на Берса. Мужчина сидел с задумчивым видом, изучая поверхность стола. Затем кивнул Маршу, и он вместе с не представившимися мемарами, вышел вслед за Полем. В комнате остались только мы вдвоем.

- Он не хотел оскорблять вас. - Произнес капитан.

- Простите? - переспросила я, и он ответил:

- Ваш пилот любит, ревнует и не желает отпускать. Он ведь знает вас очень хорошо? - и не дожидаясь ответа, продолжил - Убеждать вас отказаться, поэтому он не стал, а вот показать вас в непригодном свете, чтобы я отказался, вполне мог. - Снова наполнив мой стакан спиртным, Берс встал с кресла, и, передав мне бокал, из которого я на автомате сделала глоток, мужчина подошел ко мне ближе, и я сделала еще один глоток. К щекам прилила краска, и стало невероятно жарко. В свою очередь я отступила на шаг назад и подняла глаза на мерама.

- Остался еще один нюанс. - Его голос заставлял табун мурашек бегать по моей коже. В голове гулял туман, а коленки подгибались, как у пятнадцатилетней девчонки.

Сев обратно в кресло, и сделав глоток, не отрывая взгляда от лица собеседника, я спросила:

- Какой?

- У тебя нет гражданства, - мы перешли на ты? Я не против! - Подписав этот договор, - передо мной на столе очутился новый договор, - у тебя оно будет. – Не глядя я поставила свою подпись.

За окном одиночного корабля мелькала, мала, как всегда бывает, когда летишь на сверх скорости. И, похоже, воспоминания последних дней в моей голове, решили, уподобится моему кораблю, то есть проносились на сверх скорости.

... Утро после ночного подписания договора, я встретила у себя в каюте. Голова совершенно не болела, что было весьма странно, учитывая то, сколько я вчера выпила. Если честно, до вчерашнего вечера я даже не представляла, что могу столько выпить.

Как я добралась до кровати, вспомнить, самостоятельно не получилось. Воспоминания закончились на подписание второго договора. Самое страшное то, что я даже не могу сказать, о чем шла речь в договоре и на что я согласилась! Сидя в постели, я застонала и закрыла ладонями лицо. Но тут же отдернула руки, заметив на правом запястье черное пятно. При дальнейшем рассмотрении это оказалась татуировка в виде переплетенных двух линий между собой и делающих вместе крюк. Стоит ли говорить, что я абсолютно не помню, зачем и главное, когда я ее сделала. Гипнотизирование черного рисунка на теле привило к тому, что у меня все-таки разболелась голова, ну и возникла ассоциация с горячими губами Берса.

Желая избавиться от навеянного видения моей богатой фантазии, я, выскочив из кровати, направилась в душ. На пол полетел мятый сарафан, а вслед за ним нижнее белье. А спустя пол час, приведенная в чувство горячими струями воды и горячим кофе, я направлялась за данными с камер наблюдения внутри и снаружи корабля, попутно отдав приказ заканчивать посадку и взлетать. Приветственную речь пассажирам можно сказать и позже...

И так, с камер наблюденья я узнала, что принес меня на корабль Берс. Встречать вернувшегося не на своих двоих и весьма пьяного капитана вышли дежурные и злой Поль, хотя спрашивается, чего это ему злиться? Предал та он меня, а не на оборот.

Пилот что-то сказал Берсу, тот отрицательно качнул головой. Как же жаль, что я посчитала ненужным устанавливать еще и микрофоны вместе с камерами! Бывший друг еще что-то произнес, и мемуаровец передал меня на руки одному из дежурных, другому же вручил мои босоножки, и с разворота врезал Полю.

Дежурные хотели, кинутся разнимать сцепившихся мужчин, но добившись того, чтобы меня отпустили с рук на землю, я, судя по жестам, остановила их, а сама подошла поближе, посмотрела и тут же развернулась и пошла к кораблю. Дежурные потянулись за мной, оставив мужчин разбираться самим. А я, судя уже по записям с наружных камер, добралась до своей каюты и завалилась спать. Чем закончилась драка, я даже смотреть не стала…

Полет на родную планету прошел без происшествий. И приземлившись, я прямо из порта направилась к сестре.

Лидия занималась разработками в области космических кораблей и оружия. Выдающийся ученый и прекрасная старшая сестра, которая всегда прикроет меня перед родителями.

Сказать маме с папой, что я снова собираюсь работать на военном корабле и участвовать в военных действиях у меня не хватило духа. И поэтому как раньше в детстве бегу под покровительство к старшей сестре.

В лабораторию к Лидии меня пропустили, но с небольшой заминкой. В прочем, как и всегда.

Заявление о смене работы сестренка приняла, конечно, не с радостью, но и сильно протестовать не стала, объяснив это тем, что это моя жизнь и если мне охота находить неприятности на пятую точку, то, пожалуйста. Единственное, что ее заинтересовала это моя татуировка. Лидия была уверенна, что она со смыслом, и очень удивилась, когда я ей сообщила, что без понятия что она обозначает и как у меня появилась. После этих слов, сестра засомневалась, что меня можно отпускать на новое место работы. Покричав о моей безответственности, больше для порядка, ведь она все-таки старшая сестра, она успокоилась. Потом ученая долго рассматривала мое запястье и, сделав фото, пообещала сообщить мне, как только что-то узнает. И не успела я допить чай, как Лидия нагрузила меня новыми разработками и вытолкнула из лаборатории, пока я ее еще больше не шокировала своими поступками, и она не сдала меня родителям…

Самое трудное было найти нового капитана для лайнера. И эта проблема грозила меня задержать на планете на неопределенный срок. Но удача показала мне улыбку и в маленьком ресторанчике, куда зашла перекусить, я встретила своего однокурсника Романа. Чуть ниже высшего проходной бал, прекрасно показал себя на практике. Однокурснику только совершенно не повезло с распределением. Капитан корабля, на котором он служил, совершенно не желал оставлять службу и уходить на пенсию. Лично, по моему мнению, люди в таком возрасте не то что в космос летать не могут, им в соседний город съездить тяжело, но данный индивид был похоже исключением.

Идею о смене места работы с последующим повышением Роман принял. Еще бы он отказался! И я была свободна и могла лететь на новое место работы.

Уже во время посадки в одиночный корабль, меня навестил муж Лидии.

- Лина, Ли попросила передать тебе сыворотку и проконтролировать, чтобы ты ее ввела. - Мой зять протянул мне чемоданчик, в котором находилось двенадцать ампул, тринадцатая уже была заряжена в пистолет.

Данная сыворотка была разработана специально для меня мужем сестры, в виду моего слабого здоровья. Если бы не эта разработка, не видать бы мне капитанских погонов, как и космоса. Сыворотка вводилась раз в месяц и не позволяла чужеродным бактериям и организмам влиять на организм. Такая вот универсальная прививка от всех болезней, ядов, наркотических веществ, алкоголя и беременности.

- Закатывай рукав. - Попросил зять или скорее потребовал.

- Я и сама могу поставить. - Решила возразить я, закатав все-таки рукав, но он подошел ко мне, и, приставив вплотную пистолет выстрелил. Рука тут же онемела, а в теле появилась слабость, которая должна пройти через полчаса.

- Не забывая вводить вакцину каждый месяц, и не будет незапланированных, хм... татуировок. - Пряча смех за серьезной маской, наставлял меня муж жены. - И Лидия передает свои поздравления, я присоединяюсь к ним.

- С чем поздравляете? - нахмурилась я. А потом в мозгу, что-то щелкнуло. - Ли узнала значение татуировки?

- Да, но предпочла, чтобы ты узнала значение сама. Еще раз поздравляю - И, вложив мне в руку пистолет, родственник покинул меня. Скривив рожицу его удаляющейся спине, я поднялась на корабль и через пятнадцать минут преодолела орбиту планеты...

Сутки в пути в полном одиночестве, кого хочешь, достанут, и заставят переживать последние дни снова и снова. Была ли я права, что не известила родителей о смене работы? Нет, это ведь родители и они имеют право знать. Но с другой стороны, я уже большая, самостоятельная личность, и зачем волновать маму, и портить ей отдых вместе папой? Мне кажется, это вечная дилемма детей, говорить родителям или нет.

Потянувшись и зевнув, не прикрывая ладонью рот (все равно никто не видит), я решила посмотреть какие новшества, предоставила мне сестренка.

И так, вытягиваем первый предмет из заколдованного мешка Снежного деда, и это оказывается... барабанная дробь... браслет. Разочарованно повертев его в руке, я поняла, что он даже не золотой, так простой сплав из металлов, красиво переплетенный между собой. Отложив браслет в сторону, я пошарилась еще в мешочке и извлекла на свет карточку с кодом. Тоже без пояснений. Похоже, придется звонить Лидии. Но перед звонком я достала из мешка набор патронов для пистолета. Зная мою слабость к старым видам оружия, то есть тем, которые стреляют не лазерам, а свинцовыми пулями, Ричард, он же мой зять, принялся изготовлять для меня патроны. Такие пистолеты вышли из обихода военных лет сто назад, но если ты растешь в семье, где обязательно хоть один член является военным, то сохранится и такая древность. Помимо пуль Ричард помог реанимировать семейную реликвию. От предложения доработать и внедрить в пулевое оружие лазерную установку я наотрез отказалась. Даже оптический прицел не дала поставить.

Первое, что сказала мне Лидия, когда ее изображение появилось у меня на экране, было:

- Когда ты, наконец, выбросишь эти штаны?! - Дело в том, что упомянутая вещ моего гардероба, находится там довольно давно. Штаны имели приятный темно синий цвет и хорошо на мне сидели, были приятны на ощупь и просто мне нравились. Единственный недостаток, который весьма раздражал мою сестру, была длина штанов. Они доставали мне до щиколотки и были немного потертые. Лидия неоднократно предпринимала попытки спрятать и выбросить мои штаны, но так получалось, что я успевала в последний момент, и отстаивала их. Я прекрасно понимала, что носить любимую деталь гардероба на людях уже просто не допустимо, но вот когда никто не видит...

- И что это за вытянутая футболка?! Аделина, ну как можно выглядеть как пугало, даже если тебя никто не видит?! Самой, то неужели не противно?!

- Мне так удобней и если тебе не нравится, не смотри! - Огрызнулась я, и, нахохлившись как в детстве, надув губки (все равно не перед кем строить из себя собранного и не пробиваемого начальника), буркнула:

- Может, объяснишь назначение браслета или это просто украшение? - Сестра тяжело вздохнула.

- Ли, я когда-нибудь давала тебе просто украшения? - И не дожидаясь ответа, продолжила - Надень браслет на руку. - Я послушно нацепила обсуждаемый предмет. Резкий укол заставил взвизгнуть.

- Лидия! - Обвиняюще крикнула я.

- Не так уж и больно, - отводя глаза, ответила сестра и чуть слышно добавила: - наверное. - Тем временем браслет растянулся от запястья до середины предплечья.

- Ну и? - Маленькая сестренка во мне уступила место специалисту.

- Ты ведь предпочитаешь доисторическое оружие, а более практичный лазер постоянно забываешь или специально не берешь. - Я кивнула, подтверждая правоту сестры. - Так вот, в данный, как ты его назвала „браслетик” встроен лазер. Попробуй собрать его на руке, словно гармошку... - Большим и средним пальцем я стянула края „браслетика”, и он снова стал сантиметр шириной. - А если растянуть его по руке, он примет боевую готовность. - Растянув новую „игрушку” я принялась с интересом ее рассматривать. - Главным преимуществом является то, что в собранном виде он напоминает, как ты уже выразилась браслет и вряд ли кому-нибудь придёт в голову снять его с твоей руки. В принципе без ключа и ты сама не сможешь его снять. - Оторвавшись от созерцания нового оружия, я подняла глаза на изображение сестры.

- И где ключ? - Лидия довольно улыбнулась и продемонстрировала мне тонкую пластину.

- Он у меня. Так ты точно не сможешь забыть „браслетик” где-нибудь. - Я попыталась снять „Браслет” с руки, но чем сильней я его дергала, тем уже обхватывал он мое запястье. - А Лидия продолжала улыбаться. Поняв, что дальнейшие попытки бессмыслен я оставила в покое покрасневшее запястье и уже плотно облегающий его браслет. Откинувшись на спинку кресла, устало закрыла глаза.

- На сколько выстрелов рассчитан данный агрегат?

- Он намного сильнее обычного лазера, но и энергии потребляет больше. Выстрела четыре точно сделает. - Я открыла глаза и посмотрела на сестру. - Потом требуется подзарядка. В отличие от обычного, данная модель сможет самостоятельно перезарядится, аккумулируя энергию из воздуха через день, так что считай это просто дополнительный козырь на крайний случай. - Лидия грустно улыбнулась.

- Спасибо. - Искренне поблагодарила я сестренку.

Сестра обернулась назад, выслушала собеседника, невидимого мне и, развернувшись быстро-быстро заговорила:

- Лина, мне пора идти так, что слушай меня внимательно. - Я кивнула. – Код, который ты нашла на карточке, нужен, чтобы открывать черные дары. - Я открыла рот, но Лидия не дала мне ответить. - Не перебивай. Ученые нашли способ использовать черные дыры для более быстрого перемещения, чем гиперскорость. Вводишь данный код вместо координат при расчете гиперпрыжка. Конечную точку пребывания введешь, когда корабль войдет в пространство черной дыры. Понятно? - Я кивнула, стараясь усвоить новую информацию и при этом не задавать вопросы. - Время полета сократиться в два раза. По прибытию минут десять корабль не будет существовать в реальности, после проявиться. У вас будет возможность оценить обстановку и принять верное решение в какой точке появиться. Только не смей соваться в черную дыру на корабле, рассчитанном меньше чем на троих человек. Есть вероятность не вернуться. Все, люблю, целую. - Лидия завершила звонок. Прикрыв, глаза я еще некоторое время просидела, обдумывая информацию, прежде чем потянулась за карточкой с кодом. Выучив код наизусть, следуя правилам, подожгла карточку с кодом, уничтожая возможность утечки информации.

Экран бортового компьютера озарился красным и из колонки вырвался звук сирены.

- Внимание! Резкое снижение энергоснабжение! Выход из гиперпространства. Переход на аварийное питание. - Лилось из колонки.

Корабль резко дернуло, и я довольно ощутимо приложилась головой об приборную панель. Да здравствуй шишка! Скорость замедлилась и через иллюминатор я заметила приближающийся метеорит.

- Внимание! Неизбежное столкновение! - И в подтверждение корабль поздоровался с метеоритом, одним, другим, третьим...

- Повреждение аварийного генератора. Отключение энергоснабжения... - В борт корабля врезался еще один метеорит, придав направления для падения. Через иллюминатор я заметила маленькую планету, которая должна стать для меня последним пристанищем, если не получиться запустить двигатель.

Уже можно было увидеть, покрытую толстым снегом, землю планеты, когда я приняла решение покинуть корабль. Времени, на то чтобы надеть на себя что-то теплое не осталось, и, гоня мысли, о возможности замерзнуть на смерть, я покинула корабль.

В первый момент, когда я открыла глаза, и белый свет ослепил меня, в голову закралась мысль, что я умерла и попала в рай, что было весьма удивительно, ведь праведником меня даже с натяжкой назвать нельзя. На самом деле в комнате, в которой я лежала на столе, все было белого цвета, аж мороз пробивает. Встать со стола мне не дали ремни, сдерживающие меня в горизонтальном положение.

Моей одежды на мне не было, вместо этого на мне был костюм Евы. Единственное, что грело душу в данной ситуации, это "браслетки" от Лидии, красовался на моем запястье. Только воспользоваться им, увы, мне не суждено, руки связаны.

Белая дверь отъехала в сторону, пропустив в комнату двух мужчин в черных, тонких костюмах плотно облегающие тело. В руках у одного находился сосуд с черной субстанцией, похожей на нефть, и маленький чемоданчик. Мужчина, у которых не было в руках ни чего, подошел ко мне. Он был стар и под его пристальным взглядом, почти бесцветных глаз стало неловко, но я не позволила показать свое смущение, и, сделав независимый вид, посмотрела в глаза мужчине.

- Гордая девочка. - Мужчина погладил меня по голове. - Гордая и храбрая. - Я упустила из виду, второго мужчину, который железной хваткой сжал мою руку. Легкий укол и несколько капелек моей крови перекачивали в сосуд с черной субстанцией. Затем передал данный сосед старику, и тот с улыбкой вылил черное не что мне на живот. Я не смогла скрыть своего отвращения и ужаса, когда черная "клякса” начала расползаться по моему телу, образуя собой нечто похожее на костюм мужчин.

- Это твой костюм. - Пояснил пенсионер. - Он будет поддерживать температуру твоего тела и не даст замерзнуть на моей планете. Меня можешь звать Владлен, моего помощника зовут Двоит. - Мужчина, названный Двоитом, наставил на меня медицинский пистолет и ввел мне какой-то препарат. Я не волновалась по поводу того, что мне ввели, вакцина, введенная мне Ричардом, нейтрализует любой препарат. Тут же Владлен что-то нажал и ремни, удерживающие меня, втянулись в стол.

- Дорогое мое дитя, - начал с пафосом пенсионер, и я всерьез задумалась о его мании величия. Господи! Я попала к шизику! - На моей планете тебе не стоит опасаться за свою жизнь, имущество, здоровье! Здесь нет убийств, грабежей, и разбоя. Все люди поддерживают своим трудом планету и все равны.

- Идеальный мир? - Мужчины в согласие кивнули, а мне стало не по себе. Обычно за маской идеального мира скрыт более жестокий и лживый мир, чем те, в которых нет совершенства.

- С этой минуты тебя будут звать Wr5. – Я чуть не задохнулась от возмущения, с какой стати пенсионер меняет мне имя?

- Но у меня уже есть имя, и во втором я не нуждаюсь. - Наверно это было моей ошибкой - возразить старику. Владлен кивнул и Двоит повторно ввел мне препарат, только в этот раз, увеличив дозу. Сыворотка, разработанная Ромой, не успела справиться с чужеродным препаратом, и из-за этого я ощутила его воздействия на себе.

Подняв глаза на Владлена, мне захотелось безоговорочно верить ему, выполнять каждое его приказание.

- Иди за Двоитом, он покажет тебе твой новый дом и определит на работу. - Спрыгнув со стола, я безвольным рабом пошла за мужчиной. Внутри меня разливалось счастье, что мне дозволили жить в мире, где нет недостатков и разочарований.

Утро началось с ощущения, что внутри меня лопнул воздушный шарик, но при этом ощущение свободы не покидало меня. В комнате, отведенной мне для жизни было темно. И я не помню, чтобы вчера где-то видела выключатель. Свет просто погас в определенное время. Сев на кровати, я свесила ноги с кровати. Внезапно включился свет, и на стене появилась голограмма, зазвучала музыка, и появилось лицо вчерашнего пенсионера.

- С добрым утром дети мои... - Начал он приветственную речь, от которой к горлу подкатывала тошнота. – Давайте, все вместе выполним укрепляющие упражнения для красоты и здоровья наших тел! - Лицо Владлена исчезло, но вместо него на экране появились фигурки людей, выполняющие зарядку. Владлен комментировал каждое действие.

Выполнять упражнения у меня не было никакого желания, и я поплелась по направлению ванны. Но дверь, ведущая из комнаты, самостоятельно не открылась, а толкать и открывать ее вручную, было бесполезно. Пришлось вернуться на середину комнаты. Кровать, как только я встала с нее и заиграла музыка, автоматически втянулась в стену, оставляя комнату абсолютно пустой.

- … ноги на ширине плеч - вещал голос.

Меня нельзя назвать поборникам здорового образа жизни, я не делала зарядку по утрам, не питалась исключительно здоровой пищей и уж точно не соблюдала режим дня. И я не видела смысла начинать заниматься этим сейчас.

До конца зарядки я просидела на полу посредине комнаты. Когда фигурки человечков исчезли с проекции, а на их место вернулось лицо пенсионера, я встала с пола.

- Давайте же закончим утренние физические упражнения полезной для пищеварения водой! - Из пола поднялся столик, на котором стоял стакан с водой. Хмыкнув, я взяла стакан, и, сделав глоток, поставила обратно.

 - Помните, что выпить вы должны все до последней капли, чтобы эффект был полным. -Захотелось тут же послушаться наставления, что было весьма странно, и я это понимала. Пока я раздумывала, дверь в ванну автоматически открылась, приглашая внутрь.

Маленькая комнатка с белыми стенами душевой кабинкой и унитазом. В душевой включилась вода и тонкими струйками начала падать на пол. Тут и произошла первая заминка, я не знала, как снять костюм. Оттягивая его и отпуская, ткань упрямо возвращалась на место. Поборовшись с костюмов минут, пять я все-таки нашла способ, как его снять. Ну, почти. Нужно представить себе, что костюм, как бы отъезжает в сторону, оголяя участок тела и вуаля, тонкая полоска ткани, словно браслет опоясывает кисть левой руки. На кисти правой татуировка сменила цвет на желтый. Во время падения татуировка пылала ярко алым цветом, тогда у меня не было времени рассматривать ее и удивляться. А сейчас уже как-то не хочется.

Когда я встала под душ струи воды были холодные, а через несколько секунд и вовсе вода прекратила свое поступление через дырочки душа. Кнопочек, краников и рычажков в кабинке не наблюдалось. И воду включить не получилось. Это называется, помылась? Только промокла и замерзла! Теплый воздух, вырвавшийся из вентиляции, согрел и высушил меня. Похоже, утреннего душа сегодня не будет. Ну что ж, будем пользоваться тем, что осталось. Подойдя к маленькой раковине, я подняла рычажок, к моему счастью из крана полилась вода.

Через десять минут, закончив с утренними гигиеническими процедурами, покинула ванну.

В комнате появился белый стол, со стоящем на нем завтраком. В тарелке была, судя по всему какая-то местная каша. Я не очень люблю каши, предпочитаю на завтрак салатик из свежей зелени и овощей. Ну, похоже, здесь такого не будет. И придется, есть то, что дают. Каша на вкус была как смерть пюре из картошки и томатом, не соленый и при этом вся масса была ярко синего цвета. Вместо моего любимого красного чая, здесь был отвар из горьких трав, пить который мне абсолютно не хотелось.

Как только я закончила завтрак, дверь открылась, и в комнату вошел мой вчерашний сопровождающий. Поздоровавшись со мной, он поинтересовался, почему я не выпила отвар и воду утром. И не смотря на мои протесты, заставил все-таки выпить ужасный отвар. И не отвечая на мои вопросы о том, где мой корабль, и смогут ли они предоставить мне помощь по его починке, потащил меня на улицу.

Климат этой планеты баловал своих жителей бесконечной снежной пустыней. Маленькие домики были похожи на сугробики с дверцей, из которых выходили люди и шустро шли, не с кем не разговаривая, и не оборачиваясь по своим делам. Было немного дико видеть людей, одетых только в один с виду тонкий костюм на таком морозе и посреди снегов, но как я уже убедилась прекрасно сохраняющий тепло.

Пока я шла к месту назначения, мне удалось разглядеть жителей планеты. У всех мужчин волосы были длиной до плеч, и форма стрижки была абсолютно одна и та же, у женщин наблюдалась та же картина, только длина была ниже спины на уровне ягодиц. Я со своей короткой стрижкой, по их ней мере, можно сказать мужской (хотя у мужчин на пять сантиметров волосы были длинней), сильно выделялась из толпы абсолютно одинаковых людей.

Вскоре Двоит завел меня в здание, у стен которого стояли плиты, столы и прочая кухонная утварь возле которой уже суетились женщины.

- Ты будешь здесь работать, - мужчина указал мне на одну из плит в середине. - Рецепт прочтешь над плитой. Работой и помни, что на столы всего города попадает еда отсюда. - И он ушел, оставив меня в полном шоке и ужасе, рядом со злейшим и ненавистным моим врагом с самого детства - плитой и задачей приготовить обед.

Оглядевшись вокруг и увидев, как организованно и точно женщины снуют по кухне, берут продукты, моют, чистят и варят и повторяют все снова и снова мне стало плохо.

Ко мне подошла женщина и потребовала от меня ответа, почему я все еще не работаю, а стою и хлопаю глазами. И не дожидаясь ответа, развернула меня к плите.

- Я ненавижу готовить! И не собираюсь этого делать нигде, и не под каким предлогом! Я пошла, учиться на военного капитана корабля, если бы я хотела готовить, пошла бы, учится на повара! - Все это я проорала на все помещение. Я не знаю почему я сорвалась на крик, возможно из-за того, что готовка у меня вызывала ужас, и я поклялась себе еще в детстве, что стану капитаном корабля и не буду больше никогда готовить, и вот мне тут предлагают приготовить обед. Черт возьми, я не повар!!!

После моего крика, двери распахнулись, пропуская в кухню мужчин, чьи волосы были подстрижены короче, чем у основной массы, так же был подстрижен и Двоит, и я догадалась по медицинским пистолетам у них в руках, что они выполняют тут функции охраны правопорядка, подавляя волю людей и превращая их в куклы, похожих друг на друга и не имеющих своего мнения. Я не могла им позволить сделать меня одной из них, и позволить превратить себя в куклу. Растянув браслет до середины предплечья, сделала выстрел по первому мужчине, который приблизился ко мне. Вырвался яркий луч и ударной волной снес не только того, в кого я целилась, но и еще двоих за его спиной. А все-таки молодец сестричка, такая мощность, точно в старом оружие не обнаружиться. Так, у меня еще осталось три выстрела, и, судя по всему, оставшийся охранник вызвал подкрепление. Плохо. Выстрелом я выбила дверь, и, оказавшись на улице, побежала подальше от кухни. Я отчетливо понимала, что, сколько бы я не бегала, мне не повезет, так, чтобы за следующим поворотом я наткнулась на свой корабль в рабочем состояние. Меня обязательно поймают и если не убьют, то лишат воли. Сопротивляться бессмысленно, но так не хочется сдаваться! Но вот, за поворотом тупик, сзади уже подбежали охранники. Они поднимают пистолеты уже не медицинские и стреляют.

Проснулась я в своей комнате, от ярко вспыхнувшего света и музыки. Настроение было отличное. Сделав зарядку, и приведя себя в порядок, села завтракать. Каша! Мое любимое блюдо! И отвар сегодня вкусный. После завтрака, я отправилась, как и все люди этого мира на работу. Я твердо шла к своей цели в потоке таких же, как и я людей, и была счастлива. Встав у плиты, я прочитала рецепт и начала готовить. Первым делом я вымыла руки - гигиена это наше все. Попутно заметив, что татуировка у меня на запястье желто оранжевого цвета, но меня это нисколько не волновало. Я начала готовить обед для людей этой планеты. Примерно на середине готовки внутри меня лопнул шар, и пришло понимание, что мою волю все-таки подавили и превратили меня в куклу. И я добровольно и с радостью готовила! На плите зашипела и зафыркала, все та же каша, которую ели и на завтрак, и на обед, и на ужин. Помешав, ее ложечкой, пришла к разумной идее - чтобы избежать повторения вчерашней истории и дальнейшего лишения воли, нужно притвориться, что я, все еще подчиняясь общей идеи, и не чем не выделяться. И если мне уж и продолжать дальше готовить эту кашу, то путь она будет хотя бы не такой пресной и обычной. Я отправилась на поиски приправы и того, что бы помогло мне изменить данное блюдо. Минут через десять, когда я поставила кашу в духовку (пытаясь превратить ее в запеканку) и отошла к столу, татуировка резко покраснела, и тут же за моей спиной раздался взрыв. Похоже, на этой планете я не смогу провести вечер и ночь, в сознательном состояние - это были мои последние мысли в тот день.

 Моей щеки дотронулась холодная ладонь, и я резко раскрыла глаза. Надомной склонялся Владлен.

- Помниться вчера ты была против готовки и сегодня взорвала кухню, что ж возможно работа с детьми получится у тебя лучше, чем готовка. Надо же женщина, не умеющая готовить! - И покачивая головой, он оставил меня отлеживаться в постели.

Спина ужасно болела, от полученных ожогов, обезболивающее на меня не действовало, как и другие лекарства, оставалось только ждать, пока организм сам не излечится. Процесс немного ускоряла сыворотка в моей крови, но не избавляла от боли. От этой боли спасала только темнота, в которую я с радостью отпустила сознание.

Самое приятное, это то, что когда обморок сменился просто глубоким сном, мне снова приснился Он.

Мы находились на залитой солнцем поляне, он стоял в середине, а я с краю. Улыбаясь, я побежала к нему, по пути заставляя белые парашюты одуванчиков взлетать в голубое небо. Подбежав к нему, уткнулась носом ему в грудь и обняла, при этом шепча, как же я по нему соскучилась. Он с какой-то заминкой положил руки мне на спину и начал успокаивающе поглаживать.

- Где ты, мой капитан? - Нежно спросил он, прижимая меня крепче к себе. Я вздрогнула и отстранилась, он с неохотой, но отпустил меня.

На меня смотрели немного удивленные и обеспокоенные его глаза. Но это был не тот человек, который посещал каждый мой сон на протяжении всей моей жизни. Он никогда не называл меня капитаном.

- И даже в мои сны пытаетесь проникнуть!!! - Проорала я, смотря в небо и чувствуя, что из глаз катятся слезы. – Неужели ваш идеальный мир и на сны воздействует?!

- Аделина, - с болью и отчаянием в голосе проговорил он. - Кто они? Где ты? ... ЛИНА!!! - Прокричал он, пока я падала в темноту.

И вот я снова на той же поляне, только уже я в центре, а он стоит с краю. Он бежит ко мне, хватает и кружит по поляне.

- Моя принцесса! – Поставив, наконец, меня на ноги прошептал он мне, вдыхая запах моих волос. Я улыбнулась, зная, что на этот раз это действительно он...

Сегодня второй день того, как я сижу с детьми. Небольшая группка мальчиков и девочек пяти шести лет. Вчера я смогла найти с ними общий язык. Я рассказывала и показывала в лицах им истории про космос, путешествия, дальние планеты, храбрых капитанов и злобных пиратов и дам сердца каждого героя. Конечно, большинство информации приукрасила, больше рассказывая сказки, чем о реальной жизни, но это ведь дети. И пока в их возрасте можно и даже нужно верить в сказки и волшебство.

Когда я зашла, малыши побросали свои игрушки и кинулись ко мне.

-Лина, Лина! – Слышалось со всех сторон. Меня теребили и тащили к маленькой скамеечке, где я вчера просидела целый день, даря детям волшебство сказок.

Но сегодня детям не суждено было услышать сказку, как потом оказалось, в обще им больше не было суждено послушать моих сказок.

В комнату вошли охранники и под конвоем увели меня к Владлену.

- Что же мне с тобой делать, а? сплошное недоразумение? Из-за твоего упрямства погибло трое солдат, из-за взрыва на кухне по твоей вине пострадало тридцать женщин, не говоря уже про то, что помещение кухни предстоит ремонтировать. Ты забила детям голову глупыми сказками и сейчас они только, и говорят про путешествия, в которые они непременно отправятся, как только подрастут. – Рассуждал вслух пенсионер, расхаживая по своему кабинету, в то время как меня с силой удерживали на стуле два охранника, хотя я не видела в этом смысла, бежать мне было не куда. - Ты ломаешь систему в самом ее центре! Так что же с тобой делать? Сыворотка подчинения на тебя действует в больших количествах, и то ненадолго. Убивать тебя нельзя, здесь нет убийств. Запереть? Людям станет любопытно и это снова пошатнет систему. Что с тобой делать?!

- Отдать свободу и корабль. Тогда я смогу убраться с этой «идеальной» планеты! – Я попыталась встать со стула, но мне не дали даже пошевелиться до боли сжав плечи.

- Нет, девочка, нет. Отпустить тебя не выход. Ты расскажешь о нашем идеальном мире, и сюда рванут толпы людей и нелюдей, за миром. А воспитывать мир в человеке нужно с детства, долгие годы взращивать и контролировать каждый вздох. Тогда и только тогда наступает гармония. Ты тоже ее поймешь. – И уже обращаясь к охранникам:

- Вкалывать ей каждые пять часов двойную дозу сыворотки, и отправить её работать в теплицы, где нет автоматического оборудования. – Охранники кивнули, и плече пронзила боль укола.

Каждый день изо-дня в день всю неделю я напоминала зомби. Из-за постоянного ввода инъекции для подчинения сыворотка не успевала вывести негативные частицы. Это по сравнению, как алкоголизм, только начинаешь трезветь, снова выпиваешь и по-прежнему пьян. Но кое-что сыворотка все же смогла уберечь от влияния - мой разум, подчинив полностью тело. Я понимала, что происходит, но не могла ни чего поделать, чтобы изменить это.

Мои дни были однообразны и безлики: я вставала, выпивала стакан воды, куда добавляли средство для поддержания контроля над людьми, делала зарядку, мылась, завтракала все той же кашей, убивала остатки разума отваром с той же дрянью, и шла к месту работы, но уже не могла сама мыслить. Ощущение всепоглощающего счастья и единства с людьми этого мира всецело завладевало мной. Сознание включалось уже на грядке, где я сажала, поливала, полола и удобряла, а вокруг ни души. В середине для, в конце огромной теплицы, появлялся белый столик с обедом - каша и отвар. Да здравствует забвение! Вечером я возвращалась к себе в комнату, ужинала и ложилась спать, а с утра все повторялось снова, только с одной разницей, с каждым часом я все ближе подступала к порогу сумасшествия.

Владлен не шутил, в тот день у себя в кабинете, когда говорил, что мне будут ставить инъекцию через каждые пять часов. Охранники минута в минуту исполняли его приказ, делая исключение только ночью, и благодаря этому я могла видеть Его.

Мы долго разговаривали ни о чем, гуляли по набережной какой-то из планет, целовались. Он старался избегать прямого обращения ко мне, предпочитал опускать момент, когда он раньше меня называл своей принцессой. И непременно, пытался узнать, где я нахожусь, и что со мной происходит. На эти вопросы я никогда не давала ответ. Координаты планеты я не знала, а рассказать, что стала пленницей в своем собственно теле, благодаря человеку, одержимого идеей идеального мира, я не хотела, предпочитала переводить тему. Ночные часы во сне стали для меня маленьким уголком счастья, который напрочь разбивали свет и музыка, которую я возненавидела, как и эту планету.

Через три дня "идеальной" жизни, я начала задыхаться от безысходности и однообразия. К концу недели я думала, что уже никогда не буду прежней. Я физически ощущала, нехватку воздуха, стены теплицы и комнаты давили на меня и заставляли думать о смерти, как об освобождении.

Однажды, работая в теплице, я почувствовала, что тело снова подчиняется мне. От неожиданности я не удержалась на ногах, упав в грядку и сломав росток плода схожего с помидорами. Мне было его абсолютно не жалко. Кое-как, встав с земли, подняла глаза на часы, висящие на стене, которые показывали без пяти минуты два. В два часа по полудню, был обед, за час до этого мне приходили ставить инъекцию. Сегодня этого не сделали, и сыворотка, получившая лишний час для исправления функционирования организма, смогла избавить меня от подчинения. Но зато, в виде побочного эффекта начались глюки.

В теплицу зашла группа люди, во главе с Владленом, рядом с ним шел Он, белая лента бинта охватывала его голову. Этого я уже выдержать не могла. Упав на колени, обхватила себя руками, а на глаза набежали слезы.

- Аделина! - он кинулся ко мне, а я, подняв на него глаза, со стоящими там слезами, тихо прошептала:

- Уйди, глюк. - Мой шепот остановил его, когда он уже встал рядом со мной на колени и протянул руки.

- Она назвала меня глюком? - Он повернулся назад, обращаясь к мужчине, которого я уже, где-то видела, но не могу вспомнить где.

- Капитан, на протяжении двух недель, они кололи ей наркотическое вещество, насколько я знаю, в несколько раз превышая допустимую для жизни норму. Даже сам факт, того что она жива уже является чудом...

Дальше я слушать не стала, просто потеряв сознание.

Светло зеленые стены, маленькая тумбочка у двуспальной кровати, зеркало около выдвижного шкафа, рядом с дверью ведущую в ванну стоит мой чемодан с вещами и маленький кейс с вакциной, больше в комнате ни чего нет.

Меня уже радовало, что стены не стерильно белого цвета, а мебель не выдвигается в стены. Встав с кровати, я подошла к иллюминатору. Моему взору предстал космос, во всей своей красе. Я вырвалась! И нахожусь на корабле. Еще бы узнать на каком корабле и куда лечу.

Повернувшись к чемодану, присела возле него на корточки. Щелкнули замки и предоставили мне внутреннее наполнение моего чемодана. Черный терма-костюм все еще был на мне, но он скорее походит на нижнее белье и ходить в нем будет не прилично. Наверно этот костюм единственный плюс моего пребывания на "идеальной планете". Из чемодана были извлечены мягкие темно серые обтягивающие брюки, водолазку и темные ботинки без каблука.

Одевшись, я вышка из каюты. Сразу около двери стоял высокий мужчин

- Капитан Ольхова, я рядовой вашей части корабля Купров. - Встав по стойке, смирно представился мерамовец.

Так, на каком корабле нахожусь, определилась, сейчас бы узнать, как я здесь очутилась.

- Где я могу найти капитана Семеста? - Купров замялся на мгновение, а потом ответил:

- Капитан, приказал следить, чтобы вам не стало хуже. И я не уверен, что вы достаточно оправились, чтобы идти к «сердцу» корабля.

- И чем же я, по-вашему, болею?! - Мужчина засмущался, и, потупив взор ответил:

- Вам длительное время кололи наркотические средства, и... мм.... Скажем так, не каждый человек останется после этого в здравом уме...

- Что?! - Выкрикнула я, полностью сраженная таким предположением.

- Капитан Ольхова, я не в коем случаи, не возьмусь утверждать, это на все сто процентов. Но процент, что вы остались в своем уме очень низок... - Если я сейчас ему врежу, то он точно убедится в том, что я сошла с ума, и таким образом у меня проявляется агрессия, но и оставить это я так просто не могу.

- Веди меня в «сердце» корабля. - Взяв эмоций под контроль, сухо приказала я. - Возражения не принимаются рядовой Купров. - И мужчине пришлось, подчинится.

Строение корабля было стандартным для военного, может только чуть больше. Экипаж корабля, который попадался нам по пути, не имел знаков отличия и военной формы. Простая удобная одежда разных цветов и покроя.

- Вы практикуете свободную форму одежды? - Спросила я у своего провожатого.

- Капитан Семест, считает, что это не обязательно. Своих подчиненных и их звания он знает и так, а если кого-то захватят в плен, то захватчики не смогут определить кто это - рядовой или сам капитан. - Я была вынуждена признать резонность данного положения. Ведь, подобрав команду, я не могла сказать, кто они по званию. - Капитан Гвор разделял его мнение. Но если вы предпочитаете, чтобы мы носили форму, мы будем носить.

- Думаю, я соглашусь с капитаном Семестом. - Дальше мы шли молча, но не долго.

Из «сердца» выполнялось управление всем кораблем. Если на других кораблях место пилотов и капитана, а также наводчиков и навигаторов находилось спереди корабля, то тут местоположение у него было в самом центре корабля. Около бортовых компьютеров сидели пилоты, места наводчиков пустовали, но я не сомневалась, что они, где-то рядом. В середине помещения, на возвышение разделенные стыковой полосой, разделяющей корабль на две части, стояли капитанские кресла. Одно из них, пустовало, на другом же сидел человек, который снился мне каждую ночь, который оказался капитаном Семестом. Какие еще сюрпризы приготовит мне жизнь? Рядом с Берсом стоял мужчина, которого я вчера не узнала - это был Марш, пилот моей половины корабля, как он сказал при встрече в "Полете".

Повернувшись, Берс увидел меня и поднялся с кресла.

- Добро пожаловать на борт, Лина. - Он мне обворожительно улыбнулся. От его улыбки стало на душе теплее. Но гордость доминировала над всеми остальными чувствами.

- Капитан Семест, я благодарна вам, что вы вытащили меня с той планеты (название я так и не узнала), долг жизни можете считать закрытым, но вроде я не давала вам разрешение называть меня сокращенным именем, для вас я по-прежнему капитан Ольхова. - Капитан грустно улыбнулся, а Марш откровенно рассмеялся. Но встретившись с моим взглядом, тут же извинился.

- Прошу прошение капитан Ольхова, просто очень необычно, чтобы супруги называли друг друга по званиям. - Моя челюсть тут же отвалилась. Какие супруги?! Почему я не в курсе, что я замужем?! А я давно замужем? Посмотрев на Берса, уже собиралась сказать ему все, что я о нем думаю, не взирая, на то, что все, кто были в сердце корабля, взирали на нас и явно ожидали продолжения комедией, но двери разъехались, пропуская внутрь Поля.

- Лина! – Мой бывший пилот, подбежав, сгреб меня в свои объятья. – Аделина, я так за тебя волновался!

- Поль, Поль, успокойся. – Попыталась я вырваться из захвата бывшего друга. Но безуспешно, тогда я попробовала другой способ. – Клериас Поль! Немедленно отпустите меня и объясните, почему вы сейчас находитесь на этом корабле, тогда, когда лайнер остался без первого пилота?!

- Как была жестокой, так и осталась. – Отпуская меня, грустно произнес Поль. И уже обращаясь к Берсу:

- Капитан Семест, можно попросить вас поднять заслон? Я бы хотел поговорить с Аделиной без лишних свидетелей. – Мерамовец согласно кивнул и вокруг возвышения, на котором стояла я Поль и Берс, поднялась прозрачная стена, отрезая нас от остальной части «сердца».

- Капитан, вы не оставите нас? Я хочу поговорить без посторонних. -

- Клерас, для Аделины, - Берс бросил взгляд в мою сторону и, улыбнувшись, поправился, - капитана Ольховой, я не являюсь посторонним, ведь я её муж. – Я открыла рот, чтобы сказать ему все, что я о нем думаю, но слов была так много, что я не смогла определить, что сказать ему в первую очередь. А между тем момент был упущен. Поль подскочив к мерамовцу, ударил его по лицу, а потом, развернувшись, посмотрел на меня.

- Я не на лайнере, потому что он – пилот показал пальцем на капитана, вытирающему рукой кровь с разбитой губы, - позвонил и поинтересовался, где ты можешь быть, так, не долетела до места назначения и у него есть сведенья, что с тобой что-то случилось! А потом почти две недели я искал тебя! И это, несмотря на то, что ты выбрала его вместо меня! Счастья вам в семейной жизни! – Поль нажал на какую-то кнопку на подлокотнике кресла, тем самым заставив стену исчезнуть, и вышел из «сердца» корабля.

- Можно сказать, прошло неплохо. – Подал голос Берс, к которому подошел Марш, протягивая салфетку. Я устала села в кресло.

- Берс, скажи, когда, почему и зачем мы поженились? – Закрыв глаза и потирая виски, задала я самый, интересующий меня вопрос.

- А где же капитан Семион? – Попробовал поддеть меня мой… муж. Но услышав мой тяжелый вздох, ответил: – Чтобы стать капитаном мерамовцкого военного корабля, нужно иметь гражданство. Ждать пока, ты проживешь на моей планете шесть лет, не было времени, мне нужен был новый напарник, другой способ получение гражданства – взять тебя в жены, ну или удочерить. – Я тихонько застонала. А Семион продолжил: - В «Полете» ты подписала брачный договор, там же я нанес тебе и себе на руку татуировку, – он закатил рукав, показывая точно такой же, как у меня на руке рисунок. – И скрепил его поцелуем. Ты разве не помнишь? – Я отрицательно покачала головой. – В любом случае все честно. Лина, ты добровольно дала согласие стать моей женой, иначе татуировка бы просто не активировалась. Ведь я по ней узнал, что ты в опасности.

- Она поменяла цвет. – Догадалась я.

- Да. Аделина, когда рисунок сменил цвет с черного на красный, ты даже не представляешь, как я за тебя испугался…

- Капитан, я получил результаты анализов – В «сердце» корабля влетел местный доктор, помахивая над головой листком с результатом.

- Ну и? – Мерамовец отвернулся от меня, переключив свое внимание на доктора.

- В крови не найдено наркотического вещества. Поздравляю капитан Семион, вы полностью здоровы! – Я уронила голову на руки, не разделяя радости бортового врача. Вместе с работой я сменила фамилию, изменила семейное положение и приобрела гражданство. Надо обрадовать маму с папой, а Лидия с мужем и так все знают, знали и не сказали!

- Аделина, - я открыла глаза и посмотрела на своего супруга. Он снился мне девятнадцать лет, и вот сейчас мы с ним одна семья. Но почему-то кажется, что это неправильно.

– Лина, с тобой все в порядке?

- Да! – Я встала с кресла. – Все замечательно. – Вот скажите мне, кто же жениться, когда жена в стельку пьяная? Или он специально меня напоил? Так, а вот это интересная мысль. - Разводы все еще существуют, а контракт подписан на два года. – И не надо мой милый супруг, так меняться в лице! Сейчас-то я трезвая и отвечаю за свои поступки.

- Марш, я жду всю команду корабля через 5 минут на построение. Буду знакомится. – И уже обращаясь к пилотам и наводчиком, оказавшихся на своих местах: - Все концерт окончен, второго действия не будет!

- А она знает, что комната с капитаном у неё одно? – Послышался шепот со стороны навигаторов.

- Когда узнает, будет второе действие. – И радостный смех, который я прервала:

- Если и будет, то точно без зрителей! – И оставив за своей спиной часть команды и мужа, вышла из «сердца» корабля.

Да, выйти из сердца и оставив последнее слово за собой, несомненно, эффектно, но глупо. Так же, как показывать свою гордость и усложнять, то, что могло быть намного проще, я про мои отношения с Берсом. Но с другой стороны, ему не стоило спаивать меня для получения положительного ответа. Я бы его и так дала... со временем... наверно... не знаю...

За анализом и раздумьями своих действий, я и не заметила, как оказалась рядом с отсеком катеров, и одноместных кораблей, такой мини ангар внутри большого корабля. Свой одиночный корабль я увидела сразу же. Устаревший по современным меркам, побитый, с облупившейся краской, но такой родной и любимый.

Данное средство передвижения я купила, еще, будучи студенткой, долго откладывала стипендию, и те крохи зарплаты, которые я получала на подработке. К концу третьего курса я накопила и стала гордой обладательницей. Со временем заменяла устаревшие детали, оборудование. На данный момент я имею новый корабль в старой оболочке, винтаж в своем роде.

Проведя рукой по приборной панели, попробовала завести, надеясь, что неполадки устранены. Корабль ожил, но показал, отсутствие энергии и автоматически выключился.

Вздохнув и прикинув, сколько прошло времени с момента моего последнего приказа, приняла решение возвращаться к «сердцу».

Но не успела я выйти из корабля, как в ангар вошел Пьер и Берс, направляющиеся ко второму одноместному кораблю.

Я не поддерживаю мнение, что подслушивать не хорошо. Иногда вовремя подслушанная информация является тем ключиком, который позволяет открыть двери к победе.

Приоткрыв двери, для лучшей слышимости, приготовилась слушать разговор моего бывшего пилота и моего... мужа.

- Мерамовец, не дай бог, она будет несчастна рядом с тобой! - Поль открыл дверь корабля и в пол оборота развернулся к капитану. - Я не посмотрю на твое положение, за одну ее слезу отправлю к праотцам.

 - Можешь не волноваться, я не позволю ей быть несчастной, да и она сама себе этого не позволит. - Берс, как всегда был самоуверен и оставался хозяином положения. Его ухмылка раздражала и при этом заставляла сердце биться чаще.

- А если захочет уйти, отпустишь? - Этот вопрос и меня интересовал, я непроизвольно задержала дыхание в ожидание ответа. Семест выдержал паузу и ответил, устремив взгляд на мой корабль. Неужели знает, что я здесь?

- Отпущу. Я дам ей свободу, даже если буду считать, что ей это не пойдет на пользу.

- Спасибо. - Прошептала я, и Берс, словно услышав меня, улыбнулся.

- Ты даже не представляешь, как мне хочется тебе врезать, этим убрав с твоих губ улыбку. – Прошипел Поль.

- Представляю. - Капитан дотронулся до развитой губы.

- Нет, ты не представляешь, каково любить ее, видеть, как она взрослеет, делает ошибки, набирается опыта, ждать, когда она повзрослеет и обратит на меня внимание, а потом, вдруг ее дорога пересекается с таким как ты! И все надежды рушатся! Я предупредил тебя. Ее жизнь и счастье для меня всегда будут на первом месте.

- Не для одного тебя. - Поль ничего не ответил мерамовцу, сел в корабль и улетел.

Когда в отсеке остался только Берс и я, он подошел к моему кораблю.

- То, что я говорил ему, я могу повторить и тебе лично.

Я вышка из корабля и встретилась с его глазами.

- Как узнал, что я тут? - мужчина подал мне руку, помогая мне сойти с корабля.

- Если я скажу, что чувствую твое присутствие, поверишь мне? - Он снова улыбался, и я понимала, что за одну эту улыбку согласна на все. Так, Лина, приходи в себя! Сколько можно строить из себя влюбленную дуру с розовыми мозгами?!

- А должна верить? - Ответ получился резче, чем мне бы хотелось.

- Как хочешь. Ты можешь не верить не тому, что я здесь говорил, ни моим ответам тебе, ни тому, что я тебя люблю. Это твое право верить или не верить мне. Но я буду старательно доказывать тебе свои слова.

- Попробуйте. Пока, я не верю, что можно влюбиться с первого взгляда. – Ну, да, ну, да, а я просто исключение из моего же собственного правила, но ему это знать не обязательно. Берс, словно догадываясь о чем-то подобном, приблизился ко мне в плотную и, нагнувшись, прошептал мне:

- Я буду, очень старятся. – По моему телу забегали табуном мурашки, а губы нестерпимо зачесались.

- Мне надо идти. - И я постыдно сбегаю из помещения. Можно сколько угодно себя убеждать, что меня ждет моя команда для знакомства. Правда же была в том, что я действительно сбежала, сославшись на дела. Почему, ну почему мне надо все усложнять? Показать, что я гордая? Да я уже всем это показала! Но нет, мне кажется это недостаточно, и продолжаю усложнять себе и другим жизнь.

В коридоре меня встретили Марш, и показал дорогу в кают-компанию, где обычно проводятся все сборы.

Четырнадцать мужчин при моём появление, поворачивают одновременно головы в мою сторону. Миг и они стоят в одной шеренге.

- Я капитан Аделина Ольхова - начинаю я, но Марш, стоявший за моей спиной, поправляет меня:

- Капитан Семест. - Наверно скрип моих зубов не слышал только глухой.

- Капитан Ольхова - снова продолжаю я. - Раньше была капитаном военного корабля «Sperare», а затем туристического лайнера. Чтобы вас надолго не отвлекать от ваших прямых обязанностей, прошу представиться быстро и четко. - И выжидательно уставилась на команду. Мерамовцы не заставили себя долго ждать и уже через пять минут, я знала всех. В моем подчинение оказалось пятнадцать человек: два пилота, хакер, двое оружейников, навигатор, кок по совместительству отвечающий за хозяйственную часть, трое механиков, и рядовые, а еще врач.

В лицо запомнила я их всех, но вот по именам... Всегда было туго с запоминанием мужских имен.

Распустив всех, отправилась вслед за Маршем в сердце корабля, где познакомилась с пилотами, хакером и навигатором второй части корабля, а также узнала, что из-за меня опаздываем на место соединения с другими кораблями для схватки на три дня.

- Как так получилось, что в военное время, Берс получил разрешение, отправится за мной? - Я сидела в своем кресле, придвинув его ближе к пилоту. Управляли кораблем сейчас Марш и Торл - пилот со стороны Берса. С Маршем я и говорила. В обще создавалось такое чувство, что Марша, приставили ко мне помощником, таким раскладом я была довольна, Он мне искренне нравился.

- А кто ему может запретить? Капитан, ведь далеко не простой военный. - Я нахмурилась. А пилот продолжает:

- Но это только одна часть, вторая же заключается в том, что любому мерамовцу нужен душевный покой. Если морально сломать мерамовца, то его можно уже считать мертвым. Он сходит с ума и медленно умирает. Это ужасное зрелище. Когда умер брат капитана, на вашем корабле, вы стали для Берса той неожиданной поддержкой, которая держит его на границе с безумием. Вся команда это понимает и не может забыть то состояние, в котором он был, когда вы не явились в назначенное время. - Я сидела, опустив глаза, и пыталась переварить информацию и не знала, что тут, можно сказать. Когда душевное спокойствие ставится на первое место это необычно и для того, кто рос в обществе, где с твоими переживаниями никто не считается и их принято скрывать, это трудно понять.

- Что бы вы, не думали о капитане Семесте, знайте, что вы то, что заставляете его жить. – Я подняла глаза на пилота, и увидела, что его слова искренне. Чтобы избавится от не ловкого чувства и продолжения разговора, решила перейти к активным действиям. Встала из кресла и подошла к приборной панели.

Прерывать гипер-прыжок не безопасно, но другого выхода я не видела, для исправления ситуации. Когда до пилотов, дошло что я собираюсь сделать, оба попытались меня остановить.

- Я знаю, что я делаю. - Был мой ответ на их протесты, а на заявление, что нужно согласовать действия с Берсом, попросила, чтобы с ним связались по внутренней связи и пригласили присоединиться.

Выжив из кресла Марша, села за управление сама. Корабль дернулся, при выходе и остановился. А я уже вводила код для создания черной дыры.

- Аделина, что черт... - Дальнейшее высказывания мужа заглушила сирена, объявляя о возникновение черной дыры в непосредственной близости от корабля.

Соседнее кресло пилота тут же занимает Берс и пытается исправить положение.

- Оставь! - Пытаясь перекричать сирену ору я. - Выключи сирену! Все под контролем! - На меня смотрят как на умалишенную и во взгляде явно читаются сожаление, что взял меня капитаном.

Тем временем мне удается завести корабль, не смотрю на старания Семеста, в черную дыру.

- Вводи координаты конечной точки! И выруби, наконец, сирену! – Ору я. - Если мы сейчас не введен направление, нас выкинет черт знает куда! - Мгновение Семест колеблется, но потом решает мне довериться, и вводит, наконец, координаты. На экране вспыхивает время прибытия в конечную точку. Полет будет длиться три минуты.

Сирену, наконец, отключают. И я оглядываюсь назад. В «сердце» присутствуют все пилоты, два хакера и навигаторы. Все поднятые по тревоге. Поворачиваюсь к супругу, тот сидит и внимательно меня изучает.

- Новая разработка ваших ученых? - Наконец спрашивает он. В его голосе слышится усталость.

- В несколько раз уменьшает время полета. Потом минут десять мы не будем существовать. Есть время оценить обстановку. - Решила я прояснить ситуацию до конца.

- В следующий раз предупреждай. - И объявляет по внешней связи боевую готовность, затем уходит.

Меня обступают пилоты и хакеры с вопросами по поводу использования черной дыры для перемещения. Вяло отвечаю, что не знаю принципа, что не скажу код открытия черной дыры, и что мы первые кто использует дыры на практике. После этого заявления, окружающие бледнеют и перестают меня расспрашивать.

- Похоже, с вами нам скучать не придется. - Марш был единственный, кто остался стоять возле меня. Ну, это и понятно, я все еще занимала его место.

- Думаю в моем запасе не так много выходок из разряда вон выходящего. И вы скоро привыкнете. - После этого я освободила место пилота и пересела в свое кресло. Вскоре и соседнее кресло было занято, и мы вышли из черной дыры.

Окружающий нас мир был словно черно белое кино, поставленное на паузу. По обстановке можно было понять, что противник значительно превосходит нас численностью, а половина наших кораблей при следующем выстреле потеряет способность к дальнейшему ведению боя.

Берс выругался, я его в этом полностью понимала, было видно, что бой проигран и как только мы в него вступим, нас прикончат.

- Капитан, что прикажете? - Было не понятно, у кого спрашивает пилот, но это было без разницы, идеи для выхода из ситуации не было ни у меня, ни у моего мужа.

Тишина, установившаяся в «сердце» корабля, давила и заставляла панику поднимать голову.

- Аделина, мы сможем сделать выстрел? - Обратился ко мне муж. Я только пожала плечами, но все же отдала приказ:

- Локальный, по ближайшему вражескому кораблю. - Приказ тут же выполнили, и заряд, покинув ствол орудия, завис в космосе по направлению к вражескому кораблю. Я перевела взгляд на Семеста.

- Есть шанс, что заряд достигнет своей цели, как только мы сами проявимся в реальности.

- Предлагаешь расстрелять все корабли противника?

- И увести из-под удара наши. - Я развернула кресло так, чтобы сидеть напротив Берса, а не рядом.

- Мы потратим большое количество зарядов и энергии, ты должна прекрасно понимать, что в случае неудачи мы будем на ровне с теми, кто ведет бой уже не первый час.

- В любом случае летальный исход неизбежен. Тут есть хотя бы шанс, что он будет не для нас. - Капитан кивнул, принимая решение, а в запасе у нас оставалось минут пять, а работа предстояла долгая.

Для экономии времени корабль разделили на две части, и там, где проходила линия разделения выросла прозрачная стена. Огромный корабль превратился в два средних, пока несуществующих в этой реальности корабля. И началась работа.

Кто-то может сказать, что обстрел кораблей, когда те не могут защититься не честно и подло, но, когда вопрос стоит: или ты или тебя, и плюсом еще несколько кораблей, мне кажется тут не до чести. К тому же, какой разговор может идти о чести, если противник в несколько раз превосходит тебя числом?!

За оставшееся время, предположительно было выведено большая половина противников и отведены от удара все союзники. Но оставались еще те, кто мог дать отпор, и они дали. Выход произошел незаметно, прозвучали взрывы, оповещая, что они достигли цели. Радость от того, что план сработал, тут же сменилась сосредоточенностью, когда на экране появилось предупреждение о наведения на нас локального выстрела.

- Восемьдесят процентов энергии на передние щиты. - Отдала я приказ, уже понимая, что после энергии останется только для того, чтобы двигатели не заглохли. Второго выстрела корабль не выдержит. Яркая вспышка ослепила меня на мгновение, но щиты выдержали.

- Капитан, второго попадания не выдержим. - Заикнулся кто-то из оружейников.

- Знаю! - Рявкнула, соображая, как сохранить корабль. Остается только маневрировать, и уклонятся от выстрелов.

- Кайл, освобождай кресло. - Отдала приказ пилоту, искренне надеясь, что не перепутала его имя. Второй пилот был примерно моего возраста с очень длинными, на мой взгляд, волосам. Но, похоже, с именем я не перепутала. Заняв место пилота, взялась за штурвал.

- Капитан, вас вызывают.

- Соединяй. - Ответила я, не отрывая напряженного взгляда с экрана.

Вызывал меня кто-то из союзников, как оказалось, он пытался организовать мне прикрытие, хотя сам был подбит и находился в гораздо плачевном состояние, чем мы. В резких формах оповестила его о том, что лучше бы сам пытался сохранить корабль, а не прикрывал меня.

Самое интересное, что таких вызовов с настойчивым предложением прикрыть было еще пять штук, на все я ответила отказом. То же, мне нашли принцессу, которую нужно оберегать и защищать.

Шестой вызов пришел от Берса. Он в такой же грубой форме, в какой я отказывалась от помощи, сообщил, что пора объединять корабль. А как только соединение произошло, чуть не убил.

- Какого, черта, отказываешься от помощи?! - Орал он на меня, предварительно подняв звукоизоляционную стенку.

- Я никогда не приму помощь, у тех, кому самому нужна помощь! - так же орала я. - И мне кажется, что сейчас не время предъявлять мне не обоснованные претензий! Кто я такая, чтобы меня должны прикрывать в ущерб себе?! - Берс отвел взгляд и предпочел отступить. Убрав стену, мы вернулись к управлению.

Добить почти разбитого противника не составит труда почти никому, ну или почти не составит. Но фактом остается то, что уже через полчаса мы летели на базу.

Стоит сказать, что когда корабль соединился, энергия сбалансировалась между двумя его частями. Очень интересная и практичная разработка.

Чтобы довести корабль до пункта назначение, присутствие капитана в «сердце» не обязательно, отсюда следует, что я могу, смело пойти к себе. Дяди уже большие и им не нужен постоянный контроль.

После горячего душа, который позволил снять напряжения после военных действий, завернувшись в мягкое, светло голубое полотенце, сдернув с кровати, покрывало, повалилась на нее. Уснула я моментально и уже не услышала, как в каюту вошел Берс.

Я стояла перед экраном и смотрела, как парламентеры выходят для переговоров на середину коридора между кораблями. Вот еще чуть-чуть и я увижу дядю. Сердце принимается бешено колотиться об грудную клетку. Воздуха катастрофически не хватает. Паника начинает поднимать свою голову.

Мужчина с нашей стороны тоже подходит к середине, оборачивается и смотрит на камеру. Это не дядя, это Берс…

Гребер резким движением достает оружие и стреляет. Семест падает, а я начинаю кричать, а в груди разрывается атомная бомба...

- Тшш... Тише девочка, успокойся... - Горячие, сильные руки укачивали меня, а по моим щекам катятся слезы.

- Лина... - Берс сидел, прислонившись спиной к спинке кровати, а я полулежала на нем упиравшись спиной ему в грудь.

Всхлипнув, попыталась слезть с Берса. Ключевое слово попыталась, мерамовец не отпустил меня, а продолжил укачивать и шептать, что-то утешительное.

И тут моя гордость сдала позиции. Развернувшись, поцеловала его, одной рукой пытаясь придержать сползающее полотенце. Секундное удивление, и он ответил на поцелуй. Господи! Как же я его люблю!

Потребность придерживать полотенце и дальше, как-то отпала сама по себе.

Муж ласково перебирал мои заметно отросшие, благодаря шампуню из "идеального мира", волосы. Было необыкновенно хорошо, и я была готова пролежать вот так в постели с ним хоть всю жизнь.

- Моя принцесса. – Прошептал он, прижимая меня теснее к себе.

В моих снах он всегда так меня называл, услышать это в первый раз бодрствуя, было неожиданно, и я вздрогнула, но тут же расслабилась, и, поднявшись на локте, поцеловала его в нос.

- Я знаю. - Берс поднял брови в удивление.

- Разве? - Кивнув, я еще раз его поцеловала.

- Пора вставать, скоро прилетим. - Сказала я, вставая с кровати и проходя к сумке с моими вещами, нужно будет разложить их потом в шкафу.

Берс внимательно наблюдал за мной горящими глазами, пока я не оделась.

- Ну?

- А мы уже давно прилетели. - Лениво потягиваясь на кровати, сообщил мне мерамовец.

- А почему ты мне ни чего не сказал? - Справившись с шоком, спросила я, подходя к кровати.

- Я пришел тебя будить, когда... Ты кричала. Лина, я очень испугался за тебя. - Я прилегла рядом с Берсом, положив ему голову на грудь, и обняла его. - Что тебе снилось? - я покачала головой. - Лина, я хочу, чтобы ты мне доверяла.

- Со временем. Пошли, нас наверняка ждут. – Ему только и осталось мне подчиниться.

Мне приходилось присутствовать на военных советах. Большой зал, в центре стоит стол, за которым сидят капитаны, чьи боевые заслуги позволяли им сидеть рядом с императором и военным министром. Вокруг стояли трибуны, на которых сидели все остальные военные.

Так вот, как не трудно догадаться, я обычно сидела на трибуне, а мой дядя за столом, в этот же раз мое место было за столом, рядом с Берсом, который в свою очередь сидел по правую руку от императора. Отсюда делаем вывод, что мой муж министр по военной части. Приплыли. Этого он мне не говорил. Да мы практически и не разговаривали. Я вышла замуж за человека, о котором ничего не знаю. Больше не буду пить в сомнительных компаниях, и принимать даже самые простые решения хоть с малой долей алкоголя в крови.

Сев за стол Берс обратился к Императору:

- Что ты тут делаешь?! - он обращайся шепотом, но мне все прекрасно было слышно.

- Отец отказался от титула в мою пользу, после смерти Гвора. Чаще бы выходил на связь, знал бы о смене своего положения раньше, наследник.

А я сидела и тихонечко офигевала. Наследник блин. С каждой минутой все интереснее.

- А вы милая девушка, как я понял Аделина, супруга, моего младшего брата? - обратился ко мне император. Я в ответ только кивнула, смотря прямо в глаза своего мужа. Интересно, каких еще тараканов и скелетов он имеет? Берс виновато на меня посмотрел. Я его понимала. Мы знакомы меньше месяца, общались при этом от силы часов десять. За это время невозможно рассказать все о своей жизни.

- Сочувствую вам. - Я перевела взгляд на правителя, а он продолжил:

- Мой брат далеко не подарок. Как же вы дали согласие на брак?

- В состояние алкогольного опьянения. - Наслаждаюсь растерянностью на лице правителя и ужаса супруга.

- Берс, я же тогда просто шутил, по поводу женитьбы на пьяной невесте. Зачем же принимать мои слова в серьез?! – Похоже, старший брат был глубоко поражен поведением младшего.

Дальше наш разговор не продолжился в виду начала военного собрания.

Собрание продолжалось часа три. Его итогами стала утвержденная военная стратегия и план дальнейших действий.

После собрания, вернувшись на корабль, я с Берсом впервые поговорили спокойно, не повышая голоса и не выходя из себя (это все относится на мой счет). Из разговора я смогла узнать некоторые подробности о семье мужа, его положение в обществе и о сложившейся ситуации.

Выходило весьма интересно:

У правителя Мерама было три сына (как в сказке). Старший сын Торш, средний Гвор и младший Берс. После смерти Гвора, Торш стал императором, и до появления у него детей (а он еще не желает, и обзаводиться семьей пока не планирует) Берс будет являться наследником престола.

Что же касается моей роли в этой игре, то после завершения военных действий, на меня как на жену наследника престола накладываются определенные обязательства. От примерного перечня обязательств и нормы поведения мне резко поплохело. С этой минуты я буду искренне молиться за здоровье шурина. Ведь если с ним не дай бог что-нибудь случиться...

В общем, кошмар на всю будущую жизнь мне обеспечен. А отказаться от этой почетной обязанности я не смогу.

Развод у Муромцев существовал, но только не у правящей семьи. В моем случае расторгнуть брак можно только после смерти одного из супругов.

Нельзя сказать, что я была сильно расстроена этим известием, ведь не надо было думать о разводе, показывать свою гордость и возможно потерять раз и навсегда человека, предоставленного мне самой судьбой. В общем, меня все устраивало в сложившейся ситуации, кроме титула моего супруга.

После разговора обстановка на корабле стала намного лучше. Уже не чувствовалось того напряжения, и граница разделения корабля и команды практически исчезла, появляясь лишь когда корабль разделяли для ведения военных действий.

День проходил за днем. Уже прошло полгода, с того момента, как я заключила договор. И я с каждым часом убеждалась, что решение, принятое на пьяную голову не такое уж ужасное и даже принесло мне больше пользы и счастья, чем, если бы отказалась, будучи трезвой. У меня есть любимая работа, есть муж, есть команда и корабль, что еще нужно для счастья? Наверно только победа в войне. А так как силы равны, победа далеко.

Бои были не столько кровожадными, сколько выматывающими. Не одна сторона не могла одержать победу или хотя бы хоть на шаг приблизиться к ней.

Сегодняшний бой длился уже десятый час. Корабль пришлось соединить на шестом часу боя. Сторона Берса была сильно повреждена, команда тоже была не в лучшем состояние, а сам же капитан еле держался на ногах.

После соединения, корабль недолго продержался, пришлось перейти на резервные генераторы и отсоединить, предварительно переведя людей, половину Берса. Она только отнимала энергию. В этот раз перевес сил был на стороне Греберов.

- Лина... - ко мне подошел Берс. По его виску сбегала струйка крови, а ноги подкашивались. Повернувшись к нему от пульта управления, еле удержалась, чтобы не высказать все, что я думаю об его умственных способностях. Ну, вот какого он спокойно не лежит в каюте, ну на худой конец не сидит в кресле, а ползает по всему кораблю?! С его командой удалось справиться и отправить раненых по постелям, но вот почему не удается справиться с капитаном? Я и сама не железная, несколько часов на ногах, а еще он, строит из себя героя, руководителя. Устало подошла к мужу с целью усадить его в кресло.

- Как обстановка? – спросил он, на минуту прикрывая глаза.

- Без изменений. Капитан Семест, я, конечно, понимаю, что вам непременно нужно находиться «у руля», и вы не будете обращать внимание на такие мелочи жизни, как слабость и не состояние стоять на ногах. Но вам следует учесть одно обстоятельство, что еще полчаса такого поведения, и вас можно будет выносить. – Развернувшись, я пошла к пульту управления, чтобы вызвать бортового медика.

- Тобиас, подойдите в сердце. – На другом конце канала ответили утвердительно, и, отключившись, повернулась к Берсу.

- Сидеть, на месте, в идеале не двигаться. – Ответ Берса по поводу моего самоуправства мне не суждено было выслушать, вражеский крейсер вызывал нас по видеосвязи. Кивнула пилоту, чтобы разрешил связь. На экране появился капитан греберов. Что-то неуловимо знакомое было в нем, какое-то сходство между моим собеседником и убийцей моего дяди, наверняка его родственник. Я точно знала, что у него на экране отражается только Берс и мое пустое кресло, и изменять позицию я не собиралась.

- Приветствую вас капитан Анторы. – Начал свою речь греберовец. – Вы один? – Я кивнула Семесту, чтобы подтвердил.

- На данный момент да. Чем могу быть полезен? – Удивительно, как меняется человек, под обстоятельствами. Больной, понимая, что нельзя показывать свою слабость, будет выглядеть полным сил, несмотря на то, что его состояние далеко от этого.

- Я выступаю от лица наших правителей, с предложением о переговорах. – Что-то внутри меня оборвалось, три года назад дяде пришло точно такое же предложение. – Мы будем ждать вас капитан Семест, через три часа – на экране появилось сообщение с координатами – в указанной точке. Если вылетите сейчас, как раз долетите вовремя.

После того, как вызов был завершен, я посмотрела на мужа. Он тоже внимательно рассматривал меня. Вот интересно, какие мысли у него сейчас в голове? Лично в моей голове табунами бегали мысли о сходстве ситуации и дальнейшем пути ее развития. Я не могла допустить, чтобы на моих глазах погиб и Берс.

В «сердце» стояла тишина, нарушаемая только легким гудением аппаратов.

- Курс на заданные координаты. – Прервал тишину Семест, а вместо с ней и мои сомнения. Грустно улыбнувшись, вышла из «сердца», и как раз вовремя, к «сердцу» подходил бортовой медик. Он был очень большим мужчиной с весьма устрашающей внешностью, но, не смотря на внешний вид, в душе он был милый и добрый, как ягненок.

- Тобиас, мне нужно снотворное для Берса, желательно быстродействующее. – Мужчина внимательно на меня посмотрел.

- Капитан Ольхова, вы уверенны в своих действиях? – Я только кивнула. А Тобиас полез в свою сумку и вытащил медицинский пистолет.

- Правила знаете, экипаж не может вмешиваться в разборки капитанов. – Я снова кивнула и протянула руку за пистолетом, предварительно спросив:

- Но конвоирование бесчувственного тела капитана в каюту, же можно? А то я его на себе не дотащу. – Врач только хмыкнул. – Позовите двух рядовых и будьте готовы.

Ну, что ж пора разыгрывать представление.

Спрятав пистолет под рукав просторного свитера (нагло стащенного у Берса), зашла в «сердце», прошла к панели передач. Присутствующие активно занимались трудовой деятельностью, других капитанов уже оповестили о предложение переговоров. Половина кораблей уже отправились на базу, а наши пилоты уже готовились к гипер-прыжку. Пора вмешиваться.

- Марш, подожди, не торопись. – Прошептала, не опуская глаз от экрана, спиной чувствую взгляд мужа.

- Вы что-то опять задумали? – Оставив вопрос без ответа, резко развернулась, быстро подошла к Берсу и села ему на колени. Удивление в его глазах и непонимание, и чтобы удивление не переросло в подозрение, закрепила эффект поцеловав в губы.

Так получилось, что за шесть месяцев мы ни разу не были наедине. Эти месяцы были полны только работы. Нет, конечно, мы спали в одной постели, правда, по очереди. Приходя в каюту, я падала на кровать и тут же отрубалась, будил меня Берс, в свою очередь тоже падая и засыпая. Какая уж тут супружеская жизнь и романтика, когда все мысли крутятся вокруг сражений, а сам устаешь, как собака?

Так вот, пока Берс пребывал в шоке, ввела ему снотворное.

- Прости. – Глаза мужа медленно закрывались, и я смотрела, как он засыпает. Подошел Тобиас и приложил пальцы к вене на шее.

- Замечательно вводите вакцину, так ровно и так аккуратно.

- Спасибо за лестную оценку. – Это доктору, и уже рядовым: Отнесите его в каюту. – Экипаж смотрел на меня с непониманием, я и сама себя иногда не понимаю. Подойдя к пульту управления начала объяснять свои действия.

- Греберы пять лет назад объявили войну Ларелам, через два года, они предложили переговоры, на которых расстреляли в упор парламентера и направили оружие на корабль с экипажем, на котором прилетел парламентер. – Во время объяснения, подготовила корабль для гипер-прыжка, заменив координаты личным кодом, и когда появилась черная дыра, ввела координаты родной планеты. – Сейчас Герберы решили повторить свой трюк. – Рассказывала я, отходя от управления и садясь в своё кресло. Через пять минут должны прибыть на место. – Сейчас мы летим на Ларел, там меняем корабль… - и, не дожидаясь протестов, обосновала - Антора, не достаточно маневренна, и не в лучшей форме. После летим на встречу, но немного изменяем правила поведения при переговорах.

- Капитан Ольхова, вы уверены, в том, что это ловушка? – Спросил Марш. Как же меня достали вопросы, уверенна ли я в своих действиях. Пора было уже запомнить, что я уверена в себе, в своей команде и в доверенных лицах.

- Да. Капитан Берс важная фигура на доске, и его смерть должна ослабить, если не вывести из равновесия военную мощь Моара, не зря Гребер уточнил, что на переговоры должен явиться капитан Семест.

- Но, вы, как я понял, не намерены отпускать его на переговоры? – Я улыбнулась пилоту.

- Правильно поняли. Туда пойду я. – Марш открыл рот, но я не дала ему сказать. – Возражения не принимаются и моё решение не обсуждается.

- Тогда у меня есть единственный вопрос. – Марш, сцепил пальцы в замок и обхватил колено. – Кто сообщит капитану Семесту, что его жена и второй капитан погибли вместо него?

- Думаю… - голос предательски сорвался. – Давайте решать проблемы по мере их поступления. – Знала ли я, что шанс вернутся с корабля Герберов, ничтожно мал, если совсем не отсутствует? Определенно да. Но все, же я надеялась, тайно на этот шанс.

- Введите запрос на посадку в порту Либод.

- Посадка разрешена. – Отрапортовал пилот.

- Тринадцатый ангар. – Практически безжизненным голосом произнесла я, а затем вышла из «сердца». Пока я на планете, хочу увидеть родителей, а то боюсь, другого шанса жизнь мне не предоставит.

В маленьком домике с желтой обшивкой и коричневой крышей жили мои родители. Подъездная дорожка подсвечивалась маленькими фонариками, журчала вода в декоративном фонтанчике на лужайке. Какая-то ночная птичка пела из пышного, зеленого куста.

Отогнув рукав черной водолазки, посмотрела на циферблат электронных часов, синие цифры показывали час ночи. Я очень надеялась, что родители еще не спят.

Открыв тяжелую дубовую дверь, вошла в маленький коридорчик, куда пробивались лучи света из кухни.

- Родители. – Позвала я, снимая ботинки. Из кухни вышел папа, а следом за ним и мама. – Опять трамбитесь на ночь?

- Вернулась… - Мама подошла ко мне и обняла. – Я боялась, что ты уже не вернешься. – По её щекам катились слезы, а я посмотрела на папу. Примерно четыре месяца назад, я сообщила ему, что подписала контракт с Моаровцами, и сейчас являюсь капитана военного корабля. Тогда он согласился со мной, что маме знать это не обязательно, а сейчас выясняется, что он ей все рассказал.

- Мамочка, не надо плакать. – Я вытерла ей слезы и улыбнулась. – Со мной все в порядке. У меня не так много времени, и через полчаса я должна буду уже отправляться на корабль. – После этих слов мама отступила и посмотрела на меня строго и сердито.

- Зачем ты опять ввязалась в войну? Хочешь повторить судьбу своего дяди?! Нам в семье хватает одного самоубийцы, возомнившего себя герое! Не повторяй тех же ошибок, выйди замуж, устройся на нормальную работу, роди детей. – Мама снова начала плакать. А мне от её слов стало смешно и ужасно грустно, ведь я полностью повторяю судьбу своего родственника, и при этом умудрилась выполнить два её условия, хотя с втором она была в корне не согласна.

- Оставь её, она не даст себя убить. – Папа подошел и обнял меня. – Пошли на кухню малышка, расскажешь, как у тебя дела. – И я дала себя увести на кухню.

Полчаса пролетели за одну секунду. Я интересовалась всеми происходящими у родителей делами, узнала, что Лилия ждет ребенка. Про мою работу по умолчанию мы ничего не говорили.

И вот, стою на крыльце и снова обнимаю родителей, на этот раз, прощаясь, возможно навсегда.

- Я люблю вас мама, папа. – Я стараюсь улыбаться, удерживая слезы.

- Мы тоже тебя любим. Постарайся вернуться. – Мама не скрывала своих слез.

- Мам…

- Ты думаешь, я не поняла, что ты прилетела сюда попрощаться с нами?! – Папа подошел и обнял маму за плечи. Я опустила голову.

- Простите… - И, развернувшись, пошла по дорожке к маленькому красному кораблю, взятому в аренду в порту, для перемещения по планете.

- Лина! – Я оглянулась, ко мне шел папа. – Лина, ты сейчас к Лидии? – Покачала головой, у меня уже не осталось времени попрощаться с сестрой. – Подожди минутку. – И папа убежал в дом. А на крыльце стояла мама и смотрела на меня.

- Мама, я вернусь, обещаю. – Она кивнула, хотя не верила в мои обещания. Я бы тоже себе не поверила.

Папа принес две капсулы, размером с арахис.

- Лидия просила передать тебе это. – Он отдал мне капсулы. – Моментальное перемещение из любой точки в другую для одного человека. – Мои глаза расширились, разработка, над которой бились ученые не одно столетие, лежала у меня на ладони.

- Она боялась, что ты не приедешь к ней, и вот её тревоги оказались не напрасны. Аделина, используй только в крайнем случае, их было крайне трудно достать, а еще капсулы не использовали в полевых условиях. В лаборатории работает, а вот вне ее стен… – Я обняла папу.

- Передай Лилии, огромное спасибо! Она подарила мне шанс на жизнь. – Прошептала я на ухо папе.

- Все так плохо?

- Герберы потребовали переговоры. – Больше я могла ничего не объяснять, он и так все понял.

- Удачи, дочка. – Папа выпустил меня из объятий, и как только я села в корабль, и отъехала на достаточное расстояние, чтобы родители не видели меня, заревела.

Когда я поднималась на бывший дядин корабль темно зеленого цвета, я уже успокоилась и была сосредоточена и полна решимости.

Марш и второй пилот сидели за штурвалом и осматривали «новую» панель управления. Хакер со стороны Берса, вроде бы Лонд, пытался взломать код бортового компьютера, чтобы войти в систему.

- «Лилина», - обратилась я к хакеру. – Пароль «Лилина». – Он поднял голову и посмотрел на меня, а я указала на фотографию, прикрепленную к стене над монитором. На ней была изображена я и сестра двадцать лет назад, мы сидели на качелях в парке и ели фруктовое мороженное. Эту фотографию сделал дядя, для того, чтобы его любимые племянницы всегда были с ним на любом задание. Своей семьи у него не было, и в свое свободное от службы время он проводил с нами. Вот и пароль у него состоял из наших имен.

Хакер ввел пароль и зашел в систему.

- Прежде чем лезть в окно, попробуй постучать в дверь, вдруг откроют.

- Греберам тоже будете стучать в дверь, капитан? – Хакер явно был против моих затей, и старался это показать.

- Нет, полезу через пространство. – На меня уставились, как на дуру. Ну да, ну, да, сама себе бы не поверила. - Мне нужна программа, которая сможет передать всю информацию системы на один компьютер.

- И защищенную? – Хакер подобрался, и можно было видеть, как его мысли уже забегали вокруг программ, которые могли бы подойти.

- Особенно защищенных. – Лонд нахмурился, но уткнулся в компьютер, ища программу. – А так, же нужна вирусная программа, полного уничтожения всей системы. И желательно скомбинированная с первой. – Моаровец хмыкнул, и больше не отвлекаясь на внешние раздражители, углубился в работу.

- Приготовится к отправке, курс на систему Ружрен. – Заняв свое место, стала наблюдать, за тем, как исполняют мой приказ, не прекращая при этом обдумывать план дальнейших действий.

Лилия спасала дядю и меня новыми разработками не один раз. Другой вопрос, что некоторые из них были неопробованные на практике и иногда в итоге результат не мог предсказать никто. Сейчас благодаря сестре, у меня есть шанс, может быть и не на жизнь, но шанс, испортить систему и передать данные.

Мне совершенно не охота изображать из себя героя и идти сознательно на верную смерть. Чтобы не отступить назад нужно еще больше мужества, чем нужно для шага вперед. И чтобы не сделать этот шаг назад, необходимо загнать себя в угол, отрезать все пути отступления. И тогда не останется иного выхода, как идти вперед. Это не смелость, это необходимость.

Как только, корабль вышел в зону доступную для гипер-прыжка, открыла черную дыру. Перемещение будет длиться шесть минут, у хакера осталось совсем немного времени для комбинирования двух программ.

- Капитан Ольхова, вы помните, что я вам рассказывал о эмоциональной зависимости Мерамовцев?

- Да, Марш, и поэтому, найдите ему новую привязанность, как можно скорее, если я не вернусь.

- Но капитан! – Я остановила дальнейшее высказывание пилота. Вынос мозга, это последнее, что мне сейчас нужно. Вместо этого я прошла в каюту, где лежал Берс.

В отличие от Анторы на Sperare не было больших кают, так как он сам был не очень большим кораблем, но зато маневренным и энергетические запасы у него были намного больше.

Прежде чем подойти к односпальной кровати, на которой лежал Семест, и сесть рядом с ним, сменила черную водолазку на китель. В нем я чувствовала себя более защищенно, да и в карманы можно положить полезные вещички.

Поцеловав мужа тихонько прошептала ему на ухо, хотя знала, что он не услышит:

- Прости, я эгоистка. Но я не смогу пережить еще одну смерть любимого человека. – Ресницы Берса задрожали, и он открыл глаза. В нутрии меня, что-то оборвалось. Он не позволит мне совершить задуманное – пронеслась мысль у меня в голове.

– Прости - в последний, раз прошептала я, и выскочила из каюты, закрыв дверь на кодовый замок с той стороны, предварительно вводя программу, чтобы было невозможно открыть из нутрии. Я слышала, как Берс звал меня, а потом дверь сотряслась от удара.

Мы прибыли в точку назначения, корабль противников уже был на месте. Пора было начинать действовать.

- Двери в мою каюту не открывать, пока не отойдете на достаточное расстояние от корабля Греберов. – Проинструктировала команду я, при этом отстегивая от пояса оружие. – Лонд, давай программу. – Хакер протянул мне чип.

- Информация будет поступать на наш компьютер, возможно, займет больше времени, по окончанию уничтожит систему. Вам лучше убраться оттуда до взрыва. – Голубые глаза хакера смотрели на меня и видели смертницу. Так же на меня смотрела и вся команда. В «сердце» стояла гнетущая тишина.

- Что ж, - мой голос прозвучал хрипло, и я прокашлялась. – Держите корабль на прицеле, если появятся другие корабли, уходите. – В полном молчание я ввела координаты вражеского корабля и координаты ближайшей населенной планеты на устройства мгновенного перемещения, и прежде чем активировать первый, спрятала второй в маленький карманчик на манжете кителя, предусмотренный специально для капсул.

- После уничтожения, вражеской системы, я перемещусь на Людойд. Если сигнал не подам в течение суток, - в горле образовался ком, - вам потребуется новый капитан. – И я раздавила устройство мгновенного перемещения, чтобы не видеть взглядов людей, которые понимали, что скорей всего я не вернусь.

Яркая вспышка ослепила меня, а после осталась тошнота, и темные круги перед глазами. Сделав шаг, я чуть не поприветствовала пол корабля, схватившись за приборную панель, переждала головокружение. Придя в себя, я огляделась. Мне определенно повезло, я находилась в «сердце» вражеского корабля, а все присутствующие застыли во времени.

Не теряя больше времени, вставила чип и запустила программу. Установив связь сo Sperare, узнала, что информация поступает. Я уже совсем собиралась покинуть корабль, как время вернулась в привычное русло. Я тут же оказалась окруженная и под прицелом.

- Кто такая?! – Прорычал мужчина, судя по всему, помощник капитана, так как сам капитал с величием смотрел на меня со своего кресла. У меня больше не осталось сомнений, что капитан гребероского корабля близкий родственник ныне покойного убийцы моего дяди. Меня силой принудили встать на колени, но они не могли мне не позволить гордо держать голову, тем самым показывая, что, даже физически находясь в невыгодном положение, я все равно не потеряю своего достоинства.

- Я не собираюсь спрашивать дважды! – К моей голове приставили бластер.

- Я парламентер Моара. – Смотрю прямо на капитана корабля.

- Мы настаивали, чтобы им был капитан Семест, только на этих условиях мы согласны проводить переговоры. – Я попыталась вырваться, но меня тут, же схватили за плечи двое греберов, этим самым не дав шевелиться.

- А я и есть капитан Семест. Аделина Семест. – И видя недоверие, внесла предложение – Можете посмотреть по базе, что у корабля Андоры два капитана и оба с фамилией Семест. Условие выполнено. - Капитан встал с кресла и подошел ко мне, дав знак отпустить меня. Я тут же поднялась с пола. Но прежде чем отойти от меня на достаточное расстояние, проверили наличие оружия. Браслет не привлек их внимание, а другого оружия у меня с собой не было.

- Твое лицо мне знакомо. Как зовут? – От его голоса по коже побежали мурашки, и я вспомнила, кто это. Брод'Арлим – отец убийцы моего дяди. Мне точно не выбраться живой.

- Капитан Брод'Арлим, я вроде уже назвалась, проблемы со слухом? – Главное не показывать свой страх и оставаться спокойной. Капитан крепко схватил меня за подбородок и принялся рассматривать моё лицо, поворачивая из стороны в сторону. От его хватки в будущем появятся синяки, но это самое малое, что меня сейчас заботило, в глазах греберовца проскользнуло узнавание.

- Ты!

- С парламентёрами так не обращаются. – Холодно заметила я.

- Но парламентёры и не взламывают систему! – Зло прошептал мне в лицо помощник капитана, а затем пояснил, чтобы, ни у кого не осталось сомнений: – Она запустила какой-то вирус к нам в систему! Капитан, мы пытаемся его ликвидировать, но пока безуспешно. - Я мысленно порадовалась их неудачам. Молодец Лонд, знает своё дело.

- Ты немедленно остановишь свой вирус, и обещаю, я убью тебя быстро! Для тебя, тварь, эта невиданная щедрость. – Схватил меня за горло Брод'Арлим.

- Если вы намекаете на то, что я убила вашего сына, так это было осуществлено по вашим же законам! – Пытаясь, высвободится от захвата, прошептала я.

- Закон не распространяется на военное время!

- Переговоры, всегда приравниваются к мирному времени. И именно в это время ваш сыночек убил капитана Ольхова. – Первый удар пришелся на лицо, затем удары посыпались по всем жизненно важным органам. Мне еще никогда не было так страшно. Я допускала тот факт, что умру в сражение, от пули, лазера или взрыва, но я даже не могла предположить, что могу умереть от побоев. Сквозь боль я слышала, как Брод'Арлим отдал приказ открыть огонь по Sperare. Слышала, что мой корабль первым сделал выстрел и повредил часть системы. За все неудачи греберовцев отвечала я. Удары становились с каждой минутой все сильнее.

Внезапно все прекратилось. С невероятным усилием встав на колени, и удивившись, что все еще способна шевелиться, сплюнула кровь на сапоги капитана. Руки и ноги дрожали, а тело превратилось в сплошной комок боли.

- Останови вирус и атаку, иначе твоему короблю и экипажу придёт конец! – Прорычал гребер мне на ухо.

- Сами останавливайте, если вам так надо. – Мой голос прозвучал подобно скрипу ржавого железа. За корабль я могла не волноваться, даже если они подзовут подкрепление Sperare маневренней и быстрее любого корабля греберовцев.

...Sperare – на забытом языке моей планеты это означает надежда. Надежда – самое светлое слово в любой войне.

Sperare первый и самый маневренный корабль, который был у военной мощи Ларела. По счастливому жребию он достался моему дяди, после окончания академии, и он полностью его выкупил спустя три года военной службы. Sperare дарил надежду отчаявшимся в космосе на протяжение семи лет. Ведь если и прекращалась война с одной планетой, то непременно начиналась заново с другой. Последние три года для моей планеты являются относительным затишьем.

В этот день Sperare снова подарит надежду воюющим в космосе, и потеряет второго своего капитана…

Боль разрывала мою голову, клоня её к земле. Меня перестали избивать, а принялись изощренно пытать радиационными волнами, вызывая головную боль, которая захватывала всю меня целиком, и становилось единственным, что я чувствовала, видеть и слышать я уже не могла.

- Останови вирус! – Когда греберы поняли суть вируса, попытались удалить систему на своем корабле и перекрыть доступ к другим кораблям. Но видимо Лонд не только скомбинировал две программы, но и добавил функцию «заморозки» системы.

- Немедленно! – Меня ткнули лицом в пульт управления.

- Идите к черту… - Еле проговорила я, наслаждаясь временным перерывом от пыток.

Меня схватили и потащили к какому-то отсеку.

Перед входом, разорвали на груди мне китель. Под ним у меня находился черный костюм с «идеальной» планеты.

- И где интересно ты достала этого паразита?! – Я подняла затуманенные болью глаза на капитана. В них он мог прочитать не понимание. – О господи! Девчонка, на тебе паразитирующий организм, да он поддерживает температуру твоего тела в норме, но за это пожирает годы твоей жизни! Год ношения такого костюмчика и пяти лет жизни, как не бывало! – Интересное открытие, только неактуальное на данный момент. – Но моя естественная доброта поможет тебе избавиться от паразита. В контакте с солью они погибают. Бринт, Колт, принесите раствор соли, три к одному будет вполне достаточно. – Миссионер блин нашелся. Вот вы поверите в добрые намеренья человека, у которого отняли сына? Мне почему-то не вериться. Но тратить силы на возражения я не стала, и так стою на ногах, благодаря, тому, что греберовец держит меня за шкирку.

Бринт и Колт на удивление быстро притащили огромный чан с холодной водой. Облив меня с головы до ног, встряхнули как котенка и с милой улыбкой садиста посоветовали:

- Охладись, милая. – После этого, меня втолкнули в служебный отсек. Не удержавшись на ногах, я упала на пол и осталась там лежать.

Вокруг меня стены были покрыты инеем, и было ужасно холодно в сырой одежде.

В такие отсеки, как этот обычно заходят в герметичном костюме, чтобы не замерзнуть. Мой паразит, согревавший меня, черной жижей стекал вместе с каплями воды на пол, образуя лужу, которая грозила вот-вот замерзнуть, как и я сама.

Чего я жду? Капсула мгновенного перемещения со мной, что мне мешает её раздавить прямо сейчас? Страх, что не переживу перемещение? А есть ли какая-то разница, как умирать? Так я пролежала минут двадцать, и ждала непонятно чего.

Система оповещения об опасности заревела раненным зверем, оповещая, об уничтожение всего корабля через пять… четыре… секунды. Мои губы растянулись в улыбке. Данные переданы, работа завершена. Надавив на кармашек на манжете, раздавила капсулу. Запоздалая мысль скользнула в сознание, что надо было бы проверить координаты прибытия, не дай бог изменилась хоть одна цифра. Оказаться в открытом космосе не входило в мои планы.

Взрыв, уничтоживший корабль прогремел на секунду позже, чем я исчезла с него. Бой был выигран, а со сведеньями не далеко и до победы в войне.

Из кабинета, в каюте капитана туристического лайнера, лился приглушенный свет в спальню. Такая знакомая и родная обстановка и ощущение полной безопасности.

Все происшедшее со мной было сном. Дурным сном. На самом деле, я нахожусь на своем лайнере, курс пролегает на Лизат.

Все бы было отлично, если бы не тело, которое болело так, как будто, по мне проехал каток. Попыталась перевернуться на бок и изо рта вырвался стон. Больно.

Зеленый огонек на двери мигнул, пропуская в каюту подругу.

- Нелли, что со мной?! – Мой голос был хриплым, а пересохший язык царапал горло.

Девушка молча подошла к моей кровати. – Нелли? – Красивое личико координатора искривилось в гримасе ненависти. В её руке, занесенной надо мной, блеснуло лезвие кухонного, разделочного ножа. Кошмар продолжается.

Сложно представить каких сил стоило мне уклониться от удара ножом в грудь. Откатилась к другому краю кровати, я упала на пол.

- Нелли, Нелли, Нели… - Разъяренная девушка гарпией нависла надомной. – Может, поговорим? – Подруга не была настроена на разговоры, ей зачем-то потребовалась моя смерть. И ей бы удалось достичь поставленной цели, если бы дверь повторно не открылась, и в каюту не вошел Роман с бортовым врачом. Правильно оценив ситуацию, новый капитан лайнера (все же не сон) сбил Нелли с ног.

Прижав ее к полу и выбив из рук нож, бывший сокурсник, обратился ко мне:

- Лина, ты как?

- А сам не видишь? – доктор подошел ко мне. – Ей лежать и лежать, а она тут спортом занимается. Напомнить тебе, что у неё все органы отбиты, сотрясение мозга и обморожение?

- Рома, я в порядке, правда. – Моему заверению не поверили, и врач, переложив меня снова на кровать, принялся за медосмотр. Капитан же вывел из каюты Нелли.

- Отдыхайте миссис Ольхова. – Я уже было открыла рот, чтобы возразить, что я уже не Ольхова, а Семест, как поняла, что собираюсь сказать. Упиралась, и не хотела менять фамилию, а сейчас чуть не поправила человека, назвавшего меня моей родной фамилией. Когда же я определюсь с тем, чего я хочу?

Я бы наверняка заснула, если бы нежелание узнать причину, подвигнувшую Нелли напасть на меня.

Бортовой медик наверняка бы меня убил, за мою идею не только нарушить постельный режим, но и присутствовать на допросе, который наверняка уже проводить Роман.

Встав с кровати, и стараясь не сильно стонать от боли, направилась к стулу, на котором лежало мое чистое нижнее бельё и штаны, под стулом стояли мои ботинки. Кителя не было. Если вспомнить, что его разорвали, то становится понятным, почему данная вещь моего гардероба отсутствует. Ну, ничего, можно ведь нагло позаимствовать из гардероба бывшего однокурсника какой-нибудь свитер.

Одевшись, вышла из каюты, и, придерживаясь за стенки, направилась в сторону… так, а в какую сторону мне идти? К счастью Рома, как раз шел за мной.

- Я так и знал, что ты не будешь лежать в постели, даже если будешь находиться при смерти. – Капитан говорил без укора в голосе, но его слова так напоминали мне мои собственные, которые я говорила Берсу. Грустная улыбка посетила мое лицо.

- Ты прав. Веди меня к ней. – Без лишних слов мужчина при обнял меня за плечи и повел в каюту Нелли.

Девушка сидела прикованная наручниками к спинке кровати. Как только я зашла, она одарила меня таким взглядом, что лучше бы мне быть мертвой.

- И так Неллина, зачем ты пыталась убить миссис Ольхову. – Я была не уверена, что Нелли, что-то скажет. Так каково же было мое удивление, когда девушка заговорила, при этом устремив взгляд куда-то вдаль. Позже, Рома объяснил мне, что он напоил её сывороткой правды, что было не вполне законно.

- Все началось еще в университете, она получила последнее место в группе, для подготовки капитанов кораблей, а мне пришлось, идти в группу координаторов, хотя проходной балл у нас был одинаковым! Всем было известно, что её дядя постарался, чтобы любимую племянницу взяли. А потом она предлагает мне работу под СВОИМ началом. Это было как плевок в лицо.

- Зачем же ты согласилась? – Меня очень интересовал этот вопрос.

- Все дело в Поле. Я встретилась с ним в одном из баров, после войны. С первого же взгляда, я поняла, что он тот, кто мне нужен. Естественно, как только я увидела его у тебя на корабле, я согласилась на твое предложение. А он сделал вид, что не узнает меня и собачонкой бегал за тобой, преданно заглядывая в глазки!

- Это все? – Устало спросила я, прислоняясь к стене. Силы постепенно покидали меня.

- Естественно нет. – С долей превосходства ответила бывшая подруга.

- Со временем я простила тебе Поля. Но тут появился морамовец и естественно, все его внимание было направленно не на жалкого координатора, а на капитана, которая пошла на риск, спасая его команду.

Когда ты покинула корабль, я постаралась и установила в твой одиночный корабль энергетическую бомбу. Высосав всю энергию из корабля, она должна была взорваться. Но ты не погибла. Но нет. Спустя полгода ты снова перешла мне дорогу! Свалилась непонятно откуда, во время отправки с Людойда капитану на руки. И последние четыре дня, он только и сидел рядом с твоей кроватью! А ведь Рома мне еще в университете нравился, и ты об этом прекрасно знала. Ты должна быть мертва! Мертва! Мерт… – Дальше слушать не имело смысла. Рома тоже, так думал, поднявшись, он помог мне добраться до моей, извиняюсь уже его каюты.

Когда я снова улеглась в постель, моё любопытство подняло голову вверх.

- Рома, что произошло еще за эти четыре дня? – Капитан, уже собиравшийся выйти из спальни, развернулся и присел на край кровати.

- В мире или на лайнере?

- В мире.

- Создается Альянс, против греберов. Поступила информация, что они собираются захватить всю галактику, объявляя войну планете за планетой и подчиняя их себе. Они завоевали уже около десяти планет. Наша отбилась, планета Моар в состояние войны, ну это ты и так знаешь. – Он на минуту замолчал. – Теперь ты мне будь добра ответь на вопрос. Откуда ты свалилась мне на голову. И я имею в прямом, а не переносном смысле. – Я улыбнулась.

- Опробовала новую разработку наших ученых на практике.

- А больше ты и не скажешь.

- Не скажу. Возможно потом, но не сейчас. – Роман все понял и оставил меня в каюте одну.

На следующий день мы прибыли домой. Рома довез меня до дома, и сдал меня счастливым родителям. Мама не могла нарадоваться, что я жива. Им сообщили, что, достав секретную информацию, я погибла на вражеском корабле. А тут их дочь привозит капитан лайнера. Становиться понятно, почему мамочка влюбилась в Романе и пригласила погостить у нас на даче. Рома пообещал как-нибудь обязательно воспользоваться предложением, а пока дела не отпускают. На этом обещание он покинул нас. А на следующий день он прислал мне цветы, с пожеланием поскорее выздоравливать.

Следующую неделю я приходила в себя, а за это время Альянс разнес греберов. На данный момент греберы стали вымирающим видом, полностью подчиненными Альянсу.

Я очень жалела, что не участвовала в финальной битве, а мама же напротив была этому рада. Меня охватила какая-то апатия. Никого не хотелось видеть, ни с кем не хотелось разговаривать. Подруга предала, все знакомые считают меня мертвой, в финальной битве не участвую, и контракт с Моаром подходит к концу. Возвращаться снова на туристический лайнер? Нет. Я не смогу жить спокойно. Играть роль примерной жены и растить детей тоже не для меня. Кстати насчет примерной жены. За все время, я ни разу не попыталась связаться с Берсом. Он точно знал, благодаря татуировке, что я жива и в безопасности, но рисунок на запястье не мог указать ему место моего назначения. И я не спешила заявлять о себе мужу, хотя уверенна, он волнуется, и как только все утрясётся, он обыщет всю галактику, чтобы найти меня. И найдет. Возможно… не сразу, но найдет… Вот тогда и встретимся…

- Лина… - на веранду где я предавалась размышлениям, зашел Роман. В его руках был огромный букет цветов. – А Берс ни разу не дарил мне цветов – мелькнула в голове шальная мысль. Прогнав её, я фальшиво улыбнулась сокурснику. Его видеть я тоже не хотела, хоть он и спас мне жизнь.

- Аделина, я пришел сюда, чтоб… - Он купился на фальшь, Берс бы не купился.

- Лина, каков будет твой ответ? – Из-за своих мыслей я пропустила вопрос Романа.

- Прости, ты не мог бы повторить вопрос? – мужчина уронил голову на колено, на котором он стоял (так, а почему он стоит на одном колене?!), но потом, протянув мне, букет и посмотрев глаза повторил:

- Лина ты согласна стать моей женой? – Приплыли.

- Ром, я как бы немного замужем.

- Линочка, - терпеть не могу, когда меня так называют – ключевое слово немного. Сейчас мы состоим в Альянсе, а это значит, - что брак, заключенный с твоим капитаном будет действителен только на его планете и негде больше. – Я поднесла правую руку к груди, а левой потерла запястье, где была нанесена татуировка. – Я предлагаю тебе совместное будущие.

- Полигамия меня не устраивает. – Слишком резко, чем хотелось, ответила я.

- Понятно. – Положив цветы на стол рядом со мной, он развернулся и пошел на выход, но остановившись в дверях спросил: - Любишь? – Мой ответ вырвался быстрее, чем я подумала:

- Да!

- Тогда вам нужно будет пожениться по правилам альянса. Ах, да, чуть не забыл. – Несостоявшийся жених достал из кармана конверт и передал его мне. – Тебя награждают «Высшим» орденом за заслуги перед Альянсом. – Ты будешь первым человеком, кто его получит лично. – И он ушел, больше не оборачиваясь.

Открыв конверт, быстро пробежала глазами приглашение, адресованное моим родителям. Меня действительно награждали «Высшим» ордером. Ордером, который дают посмертно…

Мое появление на церемонии было весьма эффектно. Естественно, человек, которого наградили посмертно пришел за наградой. А ведь все присутствующие были твердо уверенны, что я мертва, иначе наградили бы другим ордером.

Но самое интересное заключалось в том, что носитель такого высокого ордера, не имеют права отстранять от военной службы, если он не выходит на пенсию. Отсюда следует, вручив мне, ордер меня восстановили на службе. МЕНЯ ВЕРНУЛИ НА МОЮ ЛЮБИМУЮ РАБОТУ!!!

Апатия прошлых дней прошла, в глазах снова появился азартный огонек к жизни, а за спиной выросли крылья. И на этих крыльях я полетела к мужу. Ну ладно полетела на одноместном корабле, предварительно достав и обезвредив энергетическую бомбу (Нелли, надеюсь тебе комфортно в тюрьме).

Четыре дня пути, и я на планете. Как жена наследника, без проблем получила разрешение на приземление и как раз вовремя. Через три платформы от меня готовился к отлету Антора. Его капитан стоял на пирсе и прощался с братом. Подойдя поближе (охрана пропустила к венценосным особам без проблем), услышала вопрос моего шурина:

- Полетишь искать свою зазнобу? – Я не дала ответить Берсу, сама включившись в разговор.

- Зазноба сама себя нашла. – Братья повернулись ко мне.

- Не буду вам мешать. – Правитель быстро ретиревал в сторону, оставив нас с Берсом наедине.

Мы долго стояли и рассматривали друг друга, не произнеся ни слова. Вокруг кипела жизнь, а мы застыли двумя статуями. Я смотрела на усталые черты лица супруга, на ниточки седины в его темных волосах, на его потухшие глаза, в которые с каждой секундой возвращалась жизнь.

- Когда ты успел поседеть? – Наконец нарушала я молчание.

- Когда татуировка на запястье горела огнем, а я сидел запертый в каюте и боялся, что она исчезнет насовсем.

- Капитан Семест… - Позвал с трапа Марш.

- Да? – Одновременно спросила я с Берсом, а пилот предпочел отступить обратно на корабль. Я грустно усмехнулась.

- Наш брак действителен только на Моаре.

- Я знаю… - Был ответ Семеста, и снова наступила тишина. Я ждала четыре слова, а они не прозвучали, и я ушла к своему кораблю, а через минуту взлетела. В иллюминатор я видела, что Берса нет на пристани, и от этого стало грустно. Он обещал меня отпустить и отпустил. Морамовцы всегда держат свое слово.

Перед выходом в гипер-прыжок на бортовой компьютер пришло сообщение, отправленное с Анторы. Оно гласило: «Выходи за меня замуж». Это послужило рычагом, чтобы развернуть корабль.